Чтение онлайн

Три дня назад её план раскрыли, заклятие сняли, и мы вернулись на свои места.

Папа смотрел на меня с таким выражением, словно его ударили под дых. Явно от того, что все надежды на моё скорое выздоровление в его глазах рушились.

– Я знал, что эти фэнтези истории не доведут тебя до добра. Вас обеих.
– Он глянул на маму, лицо которой тоже дрогнуло.

– Марьяна, зачем ты всё это говоришь?
– беспомощно спросила та.

Она вообще-то любит всякую мистику. Верит в гадалок и потусторонние силы. Но, кажется, сейчас это не помогло.

Ладно, пора переходить к убеждениям.

– Вы же должны были почувствовать, что со мной всё не так в последние две недели, - сказала я мягко.
– Ладно бы я забыла, как пользоваться телефоном и микроволновкой. Но характер? Вы же знали меня двадцать с лишним лет. Мои привычки, особенности, словечки, которые я всегда использую.

Вчера мама удивилась, когда я заварила себе зелёный чай - спросила, хочу ли я его снова пить. Пару раз изумлённо улыбалась, когда я узнавала про её подруг и наших дальних родственников.

И сейчас её взгляд становился всё более настороженным.

– Проверьте меня, - решительно предложила я.
– Устройте мне тест бытовой техникой и семейными воспоминаниями. Задайте любые вопросы, которые помогут убедиться, что сейчас я помню всю свою жизнь. Начнём с того, что определим, что я в твёрдой памяти, раз с трезвым умом пока не ясно.

Отец вышел из оцепенения первым.

– Дочка, да мы не сомневаемся в твоём рассудке, - попытался соврать.
– Просто зачем…

– Олег, подожди, - мама вдруг накрыла его руку.
– Марьяна… как фамилия тёти Оли?

– Той, которая твоя школьная подруга? Рогозина.

Я отвечала. Я старалась держаться непринуждённо. Включала чайник, назвала код на домофоне и разблокировала принесённый мне смартфон.

После десяти минут допроса родители смотрели на меня странно.

– Ну хорошо, ты всё вспомнила, - голос папы подрагивал, хотя он и пытался это скрыть.
– Я безумно рад. Но зачем придумывать истории про волшебство?

Потому что я люблю двоих людей передо мной. Потому что это правда и они должны её знать - я не могу просто отделаться от них, использовать их и бросить навсегда по дороге к собственному счастью.

Потому что они должны услышать, что их дочь не больна, не изменилась до неузнаваемости разом. Они сами учили меня доверять тем, кого любишь - а последний месяц убедил, что интриги и ложь не ведут ни к чему хорошему.

Я достала со стула и положила перед ними папку с рисунками, которую приготовила заранее.

– И рисовать я не разучилась, - продолжила тише.
– Занялась этим позавчера. Тут часть из того, что мне удалось увидеть.

Я оставила себе только портрет Эра.

У них два варианта: решить, что их дочь тяжело больна, или поверить, что всё может быть совсем иначе. Второй - куда сложнее, но столь же притягательней. Он должен пустить корни. Ну же.

– Согласитесь, что по большому счёту выдумывать мне сейчас ничего не нужно. Я вернулась. Я пережила то ещё приключение - кстати, было страшновато - но вернулась в привычную среду. Но, - я вздохнула.
– Я хочу попасть обратно в тот мир. И могу.

Мама резко оторвалась от листов.

– Зачем?
– её глаза напоминали блюдца.

– Я там влюбилась и вышла замуж.

Она беззвучно раскрыла рот. Я сжала её руку - ровно так же, как делала всегда. Смотрела на неё с немой мольбой: поверь же мне.

– Ты?
– переспросила.
– Влюбилась?

– Ну, это как раз не очень на меня похоже, да?
– нервная усмешка всё же пролезла на губы.
– Но так уж вышло. То есть, решение с замужеством было спонтанным, чтобы защитить меня. Но я правда встретила потрясающего человека. Мне жаль, что… там. Хотя мир вообще-то неплохой.

Ну вот теперь и потрет Эра можно выложить.

– Красивый, - минуту спустя пробормотала мама севшим голосом.
– Кто он?

– Лорд на службе у короля, - мне захотелось как-то безумно улыбнуться - или напротив сжать пальцы, потому что следующие слова показались важнее всего, что было раньше.
– Он хороший человек. Помогал мне и спасал от неприятностей. Только благодаря ему я вообще смогла попасть назад и увидеть вас снова.

– А тут нельзя найти нормального мужчину?
– тихо спросил отец. Неплохой вопрос, учитывая, что до этого он вовсе мне не верил.

– Олег!
– шикнула мама.
– Погоди. То есть… что будет значить, что ты снова попадёшь туда?

И я объяснила: мой единственный шанс - опять обменяться телами с той девушкой, которая жила тут в последние две недели.

Мама прижала руку к сердцу. Отец сжал её плечо, неясно на меня глянул и сказал вместо каких-либо заключений, что возьмёт выходной.

– Кто она вообще?

Снова попытки рассказать: Айли восемнадцать лет, она… на самом-то деле, возможно, такая же девушка как и я изначально. Но воспитанная при совершенно других обстоятельствах. У неё была счастливая семья однажды. Но она осталась по сути одна с багажом проблем, у неё никого нет. Там - точно.

– Я понимаю, что немыслимо просить, чтобы вы вдруг приняли её за дочь, - я сглотнула, внезапно чувствуя себя неуверенно, потому что к этой части мы перешли как-то слишком быстро.
– Она другой человек. Но всё, что ей нужно в жизни - немного тепла и поддержки.

У меня есть деньги на карточке, есть вещи, которые можно продать - я попыталась сказать, что это должно помочь в первое время, но мама замахала руками. Мысль, что Айли нужно приютить, раз такое дело, она озвучила поразительно легко. Её больше волновало, как мы договорились поменяться местами.

И ещё:

– Марьяна, проблема ведь в том, где будешь ты! Это же… хуже, чем отправить ребёнка на другой конец света. В какой-нибудь Австралии есть камеры и скайп!

И я выдала предположение:

– Думаю, я смогу разговаривать с вами во снах. Приходить, рассказывать, как дела у меня, узнавать, как всё у вас. Возможно, вместе с мужем.

Ну, на крайний случай мы с Айли всегда можем махнуться телами на уикенд, правда?

Мама расширила глаза. Папа тоже.

– Ты сейчас серьёзно?

– То есть, у нас будут доказательства всей этой… магии?
– произнёс отец.

Я кивнула, внезапно улыбаясь. Потому что хоть их вопросы и походили на попытки спокойно поговорить с буйным пациентом, в них звучало всё меньше уверенности, что происходящее невозможно.