Чужой ребенок
Шрифт:
Я сильнее обнимаю, перебарывая это неловкое оцепенение в худом жилистом тельце, выдыхаю, зажмуриваясь.
Мой якорь, маленький, но такой сильный.
Я опять в какую-то глупость скатилась, просто от непонимания, необычности ситуации, и сейчас с радостью цепляюсь за константу: ребенок. Его надо кормить. Ура!
— Пойдем, я тебе омлет сделаю, хочешь?
— Да, с колбасой!
— Хорошо…
— А потом — в басик!
— После еды нельзя…
— А я не буду прыгать!
Глава 40
— Ань, как думаешь, надолго мы тут? — Ванька, утолив первый голод, задумчиво пьет сок и смотрит в большое панорамное окно, выходящее на сад, с противоположной стороны от бассейна.
Честно говоря, врасплох вопросом застает, я как-то уже успокоилась, расслабилась даже, тем более, что за компанию с Ванькой позавтракала омлетом и пришла к выводу, что все эти вгляды и прочее — просто бред. Результат непонятного ночного разговора, утренней встряски…
Только-только привела нервы в порядок, короче.
Но дети, оказывается, обладают особым умением ставить в тупик и загонять в угол неожиданными и неуместными вопросами.
Хотя, где тут неуместность?
Вчера Ванька был сильно занят сначала собственным спасением, потом бассейном, понятное дело, что времени не нашлось на прояснение дальнейших планов.
Но наивно было думать, что он так долго будет делать, все же, не пятилетний ребенок, вполне самостоятельный уже человек.
И сейчас этот человек смотрит на меня внимательно и ждет ответа на вопрос.
И вот есть ощущение, что, стоит начать мямлить или говорить неправду… Сразу почувствует.
Да и к чему это все делать?
— Я пока не могу сказать, — честно отвечаю я, — надо с твоим отцом…
— Он нифига не отец, — перебивает меня Ванька, обиженно поджимая губы.
— Понимаешь, Вань… — стараюсь подобрать правильные слова, зная его вспыльчивость, — скорее всего, отец… Он проверил…
— Интересно, как? — фыркает Ванька, — чего-то не помню, чтоб кровь сдавал!
— Вань, не обязательно кровь сдавать… Достаточно волоса, например, или ногтей…
— Да ладно? — удивленно таращит он глаза.
— Да… Скорее всего, он еще у тебя дома, в первый раз, что-то взял… Или его подчиненный… Сергей, помнишь?
— А чего он не сказал тогда?
— А когда, Вань? Да и ты… Не особенно рад был встрече…
— Чему радоваться? Он маму…
Я обхожу стол, сажусь с ним рядом, собираюсь с мыслями… Надо попробовать. В конце концов, Ванька умный парень и сам уже догадался, что его мама, как бы это помягче… Преувеличила…
Конечно, я могу ничего не говорить и не переубеждать, да что там, буквально месяц назад я бы так и сделала! Хата с краю же…
Но сейчас почему-то подобное кажется неправильным.
Ваньке определенно будет лучше с отцом, и как-то надо его к этой мысли подтолкнуть. И начать с развенчивания образа насильника.
— Вань… — вздыхаю, смотрю в темные, тревожно моргающие глаза, — думаю, твоя мама была очень обижена на него… И немного… Преувеличила… Понимаешь? Так иногда бывает, когда человек очень обижен…
— Она не могла… — возражает, но как-то неуверенно.
— Ну вот вспомни их разговор, у вас дома, — говорю я, — она же в итоге сказала, что ничего такого не было…
— Ну…
— Она сказала, что обижена на него, что он виноват… Помнишь?
— Но зачем она тогда?..
— Так бывает, Вань… Люди от обиды делают самые разные вещи… Это не значит, что она плохая, или он плохой… Просто… Так получилось. Я уверена, что твоим родителям нужно еще встретиться и поговорить… Обязательно.
— Так пусть едет и поговорит! — кивает Ванька, — если они просто обижены, то можно же попросить прощения! И помириться!
— Да, конечно…
— И жить вместе!
Эм-м-м…
Перестаралась…
— Думаю, — мягко пытаюсь ограничить я фантазию Ваньки, — что они сами решат… Как дальше будут общаться. В любом случае, они друг с другом связаны навсегда. Тобой.
— Ну да… — кивает Ванька с готовностью. — Я с нею поговорю. Она же просто переживает… Вот и… А, когда перестанет переживать, то и пить не будет!
Ох, черт…
Сильно перестаралась…
— Ладно, Вань, давай пока не будем так далеко забегать вперед. Сначала надо, чтоб за тобой перестали охотиться.
— Да… — Ванька, судя по чуть притухшему блеску в глазах, вспоминает о причине нашего появления здесь, — как думаешь, он скоро все узнает? И вообще… Сможет нас защитить?
— А сам как думаешь?
— Думаю, да. Он вон как круто раскидал этих уродов, которые Иваныча побили!
— Ты же не видел?.. — смеюсь я, радуясь неподдельному восхищению в голосе Ваньки. Конечно, умение отца решать проблемы с помощью силы и оружия, это не то, чем правильно гордиться, но уже нет прямого негатива, это хорошо. Хотя, я думаю, что Ванька так быстро согласился, потому что у самого море сомнений было после услышанного разговора отца с матерью.
Там бы и самый глупый человек понял, что что-то не то. Не получается легенда стройная. А Ванька совсем не глупый…
Иногда мне кажется, что он умнее и дальновиднее меня. Я так привыкла с ним разговаривать, словно с ровесником, что некоторые выводы, которые он делает по итогам наших бесед, приводят в шок.
Как недавно заявление, что вырастет и женится на мне.
Или вот только что: идея, что родители помирятся и сойдутся.
Конечно, из психологии помню, что это вполне логичный вывод для ребенка его возраста, но все равно неожиданно прямо…
Надеюсь, он не будет проводить масштабных мероприятий, чтоб свести мать и отца. Хотя… Прикольно было бы посмотреть.
Усмехаюсь, мысленно представив лицо Хазарова в такой момент… Определенно, на это стоило бы посмотреть.
— Ну… Я же потом видел, как они валялись… Он крутой, вообще-то, у нас в школе его пацаны старшие уважают сильно…
Лорвлю себя на том, что отвлеклась, а Ванька за это время, оказывается, успел расширить свое заявление и обосновать его.
— А они, кстати, говорили, чем он занимается? — спохватываюсь я, ловя момент, — кроме спортзала?