Чья земля, того и вера
Шрифт:
– Да не было ничего такого! – парень явно не впервые отвечал на этот вопрос.
– Кто приезжал, кто уезжал, кто-нибудь твоей семьей интересовался? Вспоминай! – теребила его девушка.
– Ну, Пряжка уехал, прапорщик наш. В отпуск. – Рука, лежавшая на шее Марго, вдруг сгребла в кулак длинную собачью гриву. – А перед отъездом про ребят спрашивал… письма я ему читал, фотки показывал. Обещал навестить! – в покрасневших глазах металась смесь озарения, ужаса и отвращения.
– Как фамилия? – немедленно отреагировал капитан, занося руку над ПДА. – Ага, ага, Пряжинцев, Александр Борисович…- он шустро ерзал пальцем по крохотной клавиатуре. Сейчас посмотрим, что за отпуск у него. – Удовлетворенно сказал он, отправив запрос.
– Еще что было? Рожай, мученик! – возбужденно наклонился вперед Круглов.
– Еще? Прорыв был охренеть какой, еле остановили. Так это не секрет, на нескольких постах нашего направления в тот день насилу отмахались. Народу сколько полегло…
– Пряжка там был? – быстро спросил майор Круглов.
– А то. На него как раз псевдоплоть перла, как чертов танк, а он, лошара, даже автомат забыл поднять. Я его в каптерку швырнул, он там без сознания до конца боя так и провалялся.
– А ты ничего не чувствовал? Необычного? – спросила Рита.
– Какого? – вскинулся парень. – Необычного, мать вашу?! Кабаны нам ворота вынесли, как бумажные! Слепые псы, псевдоплоти эти долбаные валом перли. Ребят на клочки порвали на моих глазах! В башке такой звон стоял, в глазах темно, блин, как ночью! – он уже почти кричал. – По всему посту кишки и кровищи по колено, шматки какие-то перемешанные…не поймешь ни хрена, где люди, а где тварюги эти проклятые! – его ощутимо трясло. Он опять погладил Маргошину шею и с усилием выдохнул воздух, словно избавляясь от вставшей перед глазами жуткой картины.
– Звон и темно…- повторила Рита задумчиво – И очень страшно, да?
– Да. – Просто ответил Димка, не обидевшись. – Очень. Никогда в жизни не было мне так страшно. А Пряжку с того дня как подменили – только и зудел, козлище, как бы ему свалить на фиг побыстрее и подальше.
У капитана пискнул ПДА.
– Ну-ну, можно считать, подозреваемый у нас имеется. – Отчитался он, изучив пришедшее сообщение.- Вот, будьте любезны: Пряжинцев испросил внеочередной отпуск по состоянию здоровья. Даже справочку медицинскую притаранил, доходяга наш.
– Похоже, это все, что у нас есть. – Подвел черту долговец. – Какие еще будут соображения у высокого собрания?
– Это не люди. – Сказала Рита.
– Вы уверены? – Недоверчиво спросил Круглов.
– Да, мы уверены. – Рита твердо посмотрела ему в глаза. – Прорыв был разведкой. Предоставил возможность войти в близкий контакт с военным контингентом – единственно доступными людьми вне Зоны. Выбрать кандидатуры для дальнейшей обработки. И потом – люди не смогли бы безо всякого сопротивления увести с поста взвод солдат. И не смогли бы передвигаться по Зоне, оставаясь незамеченными. Это в том случае, если бы вообще нашлись люди, способные на такое.
– Кто же они тогда? – растерянно спросил капитан. – Если не люди?
– Если не люди – значит, нелюди. Вот найдем их – и посмотрим. – Рита потушила сигарету в пепельнице и рассеянно вертела в руках пачку, косясь на Марго. Вздохнув, положила сигареты на стол и отодвинула подальше вместе с зажигалкой. – Сейчас надо думать, с чего начинать их искать. Аномалии им не опасны, звери тоже. Зато опасны люди, особенно в больших количествах. И куда они могут направляться?
– Думаю, на север. Здесь вокруг слишком много народу шатается... – начал было долговец, но его перебил сигнал ПДА. Прочитав сообщение, он быстро написал ответ и сказал:
– Ребята на Свалке шушпанчика какого-то чудного изловили. Совершенно не в себе и все про автобус, говорят, лепечет. Сейчас подробности будут.
Подробностями оказался сменившийся с дежурства Коля Наждак. Ввалившись в комнату, он оглядел честную компанию, поздоровался. Покосился на Маргошу, рефлекторно потер пострадавшее когда-то место.
.- Бандюган, сопливый еще. Прибежал ночью к посту, автомат бросил, весь какой-то синий и трясется. – Рассказал Коля.
– Грит, шел со Свалки по Темной Долине к кирпичному заводу, к своим, значит. Глядит, по дороге, со стороны старой свинофермы, армейский ПАЗик чешет. Ну, он прибалдел, конечно, дернул быстрее, любопытно ему стало. А ПАЗик-то к фабричным корпусам не поехал - после моста свернул к старой бойлерной. Ну, там тоже ихние бандосы тусуются, так что отморозок этот решил пойти посмотреть, что за гости пожаловали.
Подошел поближе – и, говорит, так на душе тоскливо стало – хоть в петлю лезь. Ну, он с разгону-то в бойлерную забежал – а там, грит, одни трупешнички друзей-то его. Ни один не дышит. И жуть, говорит, такая черная его скрутила, что чесанул он оттуда, куда глаза глядят. Теперь только и думает, как из Зоны ноги сделать. Лучше, говорит, отсижу, сколько дадут, там, чем еще хоть на минуту здесь останусь. И плачет, натурально, вот такенными слезами. – Наждак продемонстрировал внушительный волосатый кулак. – В общем, совсем у парня башню снесло от страха.
3
– Сколько нас будет? – спросила Рита, начиная переупаковывать свой рюкзак и сумки для Маргоши. Она вынимала оттуда припасы, которые понапихал заботливый Ефимыч, оставляя лишь самое необходимое.
– Нас четверо. – Откликнулся Литерный. – Мы вот с унтер-офицером и еще двое - снайпер и спец по тяжелому вооружению. Оба – профи, я за них ручаюсь.
– Ну, унтера вашего можно не считать, он отродясь дальше своего поста носа не высовывал. – Круглов с сомнением посмотрел на Димку. – Ты, парень, по ту сторону Кордона можешь быть самой крутой десантурой, но по сю сторону – салага конкретная, только мешаться будешь. Короче, Ритуль, бери моих сколько надо. Только скажи - кого. На такое дело любой не пойдет даже – побежит. Чтобы дети, да в Зоне…совсем офонарелая жизнь пошла… - Майор даже головой потряс.
– Да уж, куда уж офонарелее…- задумчиво протянула Рита – А надо ли нам так много народу? Куда целой армией-то по Зоне шарашиться?
– Да ты, Рыжик, одичала совсем! – накинулся на нее Круглов.
– Неизвестно – кто там, что там, взвод солдат-то уханькали бесследно единым махом! А вас – трое бойцов, один унтер и дама с собачкой! Подумай думалкой-то своей! – Раздухарившийся майор явственно ощутил, что сболтнул лишнего и взял себя в руки. – Ну, сама прикинь, Ритуль, ведь не в казаки-разбойники идете играть, жизни детские на кону! Возьмите еще хоть пару-тройку моих архаровцев, лишними не будут! – обратился он уже к Литерному, как к коллеге.