Чтение онлайн

Будет ли их удобнее «переваривать» в голове с закрытыми глазами? Большой вопрос. Чем отличается от нынешнего «Спросите Гугл»? Принципиально – ничем.

Возрастающее число людей, у которых вместо органов кибернетические аналоги, на сферу образования повлияет мало.

Кибернетические усилители интеллекта теоретически возможны. Они вряд ли будут принципиально отличаться от нынешних интеллектуальных помощников, в основе которых лежат слабые ИИ и огромные информационные хранилища. Но в любом случае их наличие – это существенный фактор, который уже сегодня требует от сферы образования новых подходов. Об этом мы поговорим во многих следующих историях.

Сценарий 4. Подключение к информационному полю. Многие знаменитые ученые, в том числе Нобелевские лауреаты, считали и считают, что кроме материального мира существует иной мир. Среди них есть люди, полностью религиозные. Есть те, кто, отрицая религию в обычном смысле, считают материальный мир порождением или проявлением иного мира.

Погружение в мир квантовых явлений практически не оставляет шансов остаться классическим материалистом. Гипотезы о влиянии наблюдателя на поведение элементарных частиц обсуждались всеми основоположниками квантовой физики. Квантовые процессы в нейробиологии – одно из важных направлений исследований. Утверждение, что не физический мозг порождает разум, а разум проявляется в физическом мозге – одна из серьезно изучаемых научных гипотез.

Как обстоят дела на самом деле, я судить не берусь. В нашем исследовании мы рассматриваем самые разные гипотезы и варианты. Гипотезу подключения человеческого мозга к мировому информационному полю (коллективному бессознательному, мировому сверхразуму) опровергнуть пока не смог никто.

Но в нашем контексте гипотеза настолько революционна, что ее практическое подтверждение изменит сферу образования еще больше, чем появление сильного ИИ или полноценных виртуальных миров. Все придется перестраивать заново. Ну а сроков здесь вообще нет никаких. Поэтому оставим ее в стороне, за пределами нашего исследования.

Следующая история – о гораздо более приземленных вещах, самым существенным образом влияющих на сферу образования прямо сейчас.

В профилях сведений много храним.

Польза – понятна, от рисков сбежим!

В отличие от дискуссий вокруг искусственного интеллекта, виртуальной реальности или генетических исследований обсуждение цифровых профилей носит во многих странах ожесточенный характер. Это можно объяснить следующими причинами.

Во-первых, это настоящее, а не перспектива завтрашнего дня. Накопление сведений о конкретных людях, многофакторная обработка таких сведений, принятие на этой основе самых разных решений – давно уже наша реальность.

Во-вторых, проблемы, связанные с цифровыми профилями, касаются сегодня абсолютно всех. Мы сталкиваемся с этим в самых разных ситуациях. При получении кредита или банковской карточки, при обслуживании в поликлинике, при обучении в школе или университете.

В-третьих, неконтролируемое накопление персональных данных раздражает практически любого человека. Мы не идеальны в самых разных смыслах. Нам очень не хочется, чтобы наши недостатки и проблемы стали публичными.

В-четвертых, большинство людей верят в могущественных хакеров и не верят в гарантированную защиту от них. В целом это правда. Защита от профессионального взлома информационных систем и баз данных требует больше ресурсов, чем сам взлом.

В-пятых, людям все чаще отказывают в получении услуги традиционным способом. Многие наиболее принципиальные противники цифровизации до последнего времени могли ее избегать. Сегодня это получается все реже. Вот они и протестуют все громче и громче.

В-шестых, внедрение цифровых профилей приводит к серьезному элитному конфликту. На одной стороне цифровой или около цифровой бизнес, дающий государству необходимые налоги. Он заинтересован в цифровых профилях. С другой стороны, множество государственных служащих, в первую очередь из силовых структур и судебных инстанций, чьи персональные данные требуют особой защиты.

И, наконец, последнее. Апокалиптические сценарии цифрового концлагеря достаточно правдоподобны и обоснованы. Элементы такого концлагеря в Откровении Иоанна Богослова придают им дополнительную убедительность. Даже атеисты видят в этом предупреждение о грядущем цивилизационном барьере, который человечество может и не преодолеть.

Тем не менее, несмотря на все вышеперечисленное, сбор персональных данных самого разного характера в самых разных системах не прекращается, а набирает обороты. Объяснение простое – выгоды от использования цифровых профилей очень и очень существенны. Они существенны для бизнеса, который использует их в конкурентной борьбе. Они существенны для потребителей, которые голосуют за их применение кошельком или вниманием.

Мы сколько угодно можем негодовать, что Гугл собирает и анализирует наши поисковые запросы и предпочтения при работе в интернете. Но не переходим на другие поисковые системы, которые этого не делают (были когда-то и такие). Мы все больше и больше покупаем товаров в онлайн-магазинах, услуг в онлайн-сервисах. И нас не смущает, что, оплачивая карточками, мы оставляем в сети явный цифровой след.

Онлайн-сервисы заказа талончика к врачу или покупки лекарства не смущают нас своими потенциальными последствиями. Это не сведения о диагнозе, но вполне к ним близкие. Противники школьных электронных дневников среди родителей есть, но их совсем немного. Видеокамеры на каждом углу нас пугают и раздражают, но все-таки меньше, чем открытый бандитизм на улице.

Перечень можно продолжать долго.

Из этого следует вывод, что цифровые профили – это реальность де факто, это данность, которую повернуть вспять не получится. Вокруг чего тогда разгорается основной спор? Таких вопросов несколько.

Централизация баз данных с разнородными персональными данными в рамках единого цифрового хранилища. Так, чтобы по одному уникальному идентификатору человека можно было бы получить и кредитную историю, и образовательный профиль, и медицинскую карту, и историю профессиональной деятельности… И многое-многое другое.

Против данной концепции очень много возражений. Например, возражения силовых структур, которые хотят защитить сведения о своих сотрудниках. Или возражения специалистов по кибербезопасности, которые указывают на возрастающие риски воровства персональных данных. Защитники концепции указывают на ее многочисленные преимущества. Они, безусловно, есть. Но вот насколько значимые?

Рассмотрим близкий нам пример – образовательный цифровой профиль ученика. Безусловно для индивидуализации образовательного процесса он нужен, и об этом мы еще подробно поговорим в одной из историй. А вот насколько важно для образовательного учреждения иметь доступ к медицинской карте учащихся? К финансовому благополучию семьи? К данным о поведении ученика в социальной сети?

Очень большой вопрос. Ответ – скорее не нужен.

В Китае проходят эксперименты по внедрению системы социального рейтинга. Это доведенная до предела модель централизации сведений о гражданах для последующего использования. Цель самая благая. Люди должны вести себя лучше! Допустил отклонение от норм социального поведения, тебя моментально выявят и накажут. Проехал без билета – сразу понижение в должности на работе. Зашел не на тот сайт – кредит получить гораздо сложнее.

На что будет способно такое общество в социальном и экономическом плане, тоже очень большой вопрос. Новаторам и творцам там точно будет некомфортно. Они по определению не любят рамки.