Чтение онлайн

Ведь Windows 8 — это не просто стратегический просчет, судя по цифрам — это экономическая диверсия! Не только продажи Windows 8 катастрофичны, но и беспрецедентное сокращение в первом квартале продаж ПК на 14 % (крупнейшее квартальное падение за последние 20 лет!) почти целиком объясняется нежеланием людей покупать компьютеры с предустановленным монстром ненавистной ОС!

Но и это еще не все. Аналитики Microsoft каким-то невероятным образом сумели не распознать смертельную опасность, которую несла в себе Windows 8, и не остановили портирование «революционного интерфейса» на собственную мобильную платформу Surface. В результате планшет, у которого и без того шансы на выживание были мизерные (а что же вы хотели от появления на рынке с трехлетним опозданием?) обернулся совсем уж позорным фиаско.

«Windows 8 is unpopular and a bad tool», — вот единственная оценка, какую только возможно сегодня встретить в аналитических материалах, посвященных затяжному харакири в исполнении редмондских чудаков. А что же чиновники из MSFT? Продолжают успешно рапортовать о триумфальных победах и возросших продажах! На мой взгляд, это чистой воды корпоративное преступление, наказанием за которое уж никак не должно быть увольнение (но и не расстрел, разумеется:)

Какова главная ошибка Windows 8? Очевидно, что это отказ от традиционного интерфейса, который шлифовался и доводился до ума более 20 лет. Интерфейса, к которому все привыкли, который все понимали, и чья логика не требовала насилия на здравым смыслом и интуитивностью. На уровне метафоры этот интерфейс передавался кнопкой «ПУСК». Разумеется, этому «ПУСКу» до удобства лончера в Gnome или маковского Dock’a как до луны, но это лучшее из того, что когда-либо существовало в форточном мире. А главное, «ПУСК» символизировал парадигму Windows, настраивая сотни миллионов пользователей на привычный лад работы.

С какого-то невероятного перехмура «ПУСК» выбросили на свалку и заменили на ужас кубиков «Метро»? И главное — когда заменили?! В тот самый момент, когда критика одномерного десктопа iOS с его примитивными иконками, расфасованными по линейным экранам, достигла своего апогея. Windows 8 предложила свой «оригинальный» вариант — о, как же это по-редмондски! — устаревшей концепции.

Предложила и поплатилась. Не будем, однако, драматизировать. В конце концов со всяким случается. И мелкие просчеты, и даже грубейшие ошибки. И вот тут-то наступает момент истины. Эта истина — единственно верный шаг, который и отличает победителя от лузера. О каком шаге идет речь? Проиллюстрирую мысль хрестоматийным примером.

В 1985 году абсолютный фаворит и любимец рынка прохладительных напитков Coca-Cola решила искусить судьбу и продемонстрировать миру свое могущество. Компания по какому-то своему помутнению корпоративного сознания похерила волшебный и секретный рецепт своего культового напитка, заменила его на нечто, как ей казалось, оригинальное и выбросила на рынок под названием New Coke.

Реакция рынка была сокрушительной. Продажи не просто упали, а изничтожились: люди просто отвернулись от некогда любимой компании и подались кто куда (в основном в объятия Pepsi). Показательно, что протест был еще и активным: Coca-Cola получила 400 тысяч гневных писем от потребителей, требовавших возвращения родного пойла.

В те примитивные времена рынок не отличался гуттаперчевой эластичностью, характерной для эпохи кредитно-виртуальных отношений, поэтому Coca-Cola очень быстро задышала на ладан. Нужно было действовать, причем действовать молниеносно. И Coca-Cola нанесла беспощадный удар по самолюбию: без каких-либо экивоков вернула обратно старый рецепт напитка.

Дабы признание ошибки не выглядело слишком оскорбительно для корпоративных амбиций, старый напиток вернулся на рынок под измененным именем — Coca-Cola Classic. Новую жидкость ограничили продажами лишь в США и Канаде, в 1992 году переименовали в Coke II, к 1998 году горемыка продавалась лишь в Джорджии и прилегающих штатах, а в 2002 году тихо и без шума похоронили неудачную инициативу, которая чуть было не обанкротила компанию.

Как эта история соотносится с Microsoft? Очень просто: если редмондская компания не хочет отправиться на погост, она обязана вернуть кнопку «ПУСК» вместе с привычным и удобным десктопным интерфейсом в ближайшем же обновлении — Windows 8.1. Если амбиции будут слишком давить, «Метро» можно сохранить в виде альтернативной опции, упрятанной куда-нибудь глубоко-глубоко в настроечных недрах ОС (как сегодня там упрятана сама кнопка «ПУСК»).

Только так и никак иначе. Потому что альтернатива для возвращения к Coca-Cola Classic только одна — домовина!

К оглавлению

Опубликовано 27 апреля 2013

Мы живём в эру, когда образы, почерпнутые из коммерческой мифологии, формируют реальность. Кто самый известный рыцарь плаща и кинжала? Конечно Бонд, Джеймс Бонд! А кто его начальник? Понятно, что М. И с 1995-го года — число читающих книги Яна Флеминга вряд ли велико, да и сам этот страстный библиофил a book в бондиане употребил лишь однажды — каждый кинозритель знает, что М — это женщина. (Ну, если быть совсем точным, британскую контрразведку MI-5 женщина возглавила ещё раньше: Стелла Римингтон была директором этой организации с 1992 до 1996-го года.) Но американцы отставали. Секретную Службу, «топтунов» президента США, женщина возглавила сначала в фильме Olympus Has Fallen, американская премьера 22 марта 2013 года, а лишь 27 марта 2013 года на эту должность в реальной жизни заступила Джулия Пирсон.

Ну а теперь опять идут неясные разговоры. Как там у Смелякова?

Правда, теперь неясные разговоры касаются всего лишь карьерных назначений. Ну, кто из шпионов наиболее ценим и любим профессиональными патриотами-пропагандистами? Конечно же, Аллен Даллес с его пресловутым планом, на обличении которого возникла масса видных имён. А неясные (смутна даже статья в добросовестной The Christian Science Monitor) разговоры посвящены тому, что должность Аллена Даллеса нынче достанется женщине. Женщине неназванной, даже литерой не обозначенной… Но именно леди-невидимка, похоже, возглавит «руки» ЦРУ — его Национальную службу тайных операций (в прошлом — Департамент планирования и Оперативный департамент) в ранге директора.

Но когда Невидимка (смотрим роман Уэллса) становился видимым? А когда его забрасывало грязью и пачкало кровью. Ну, вот тут и грязь и кровь тоже имеют место. Дело в том, что, по рассказам американской печати, загадочная дама в 2005 году подписала (вместе с тогдашним директором Хосе Родригесом) приказ об уничтожении аудиозаписей допросов, имевших место в тайной тюрьме ЦРУ на территории. Тюрьма тайная, то есть незаконная. И допрашивали, вроде бы не гнушаясь пытками (о бутылках из-под шампанского речи, кажется, не было…). И Washington Post эти игры на свет вытаскивала. И Департамент юстиции США расследование проводил. Но обвинений никому не предъявили… А теперь и будто бы на высокий пост назначили. Единственно, что грязь фигуру невидимки малость обозначила.

Сформулируем сухой остаток. Даже при нахождении страны на вершине планетарной пищевой пирамиды, даже при наличии эффективных механизмов контроля гражданского общества над силовыми ведомствами, даже при массовом помешательстве на политкорректности всё равно сохраняется нужда в тайных и кровавых делишках. За которые кто-то берёт ответственность. Кто-то… Имени кого население не знает… Но фигура всё равно обозначена, оконтурена грязью и кровью. И обозначения этого при каком-то (пусть и не очень вероятном ходе событий) может быть достаточно, чтобы политические конкуренты (прекрасно знающие все персоналии) поволокли на расправу…

Не ради законности и политкорректности, конечно, а ради своей — чисто внутриполитической — игры. И вот тут-то в игру вступают технологии. Дело в том, что на них не распространяются моральные ограничения. Дело в том, что роботов невозможно судить.

Вот забавные новости из мира нейросетей. Глубокое обучение, deep learning, позволяет опытным образцам от Google вдвое лучше распознавать кошечек на роликах из YouTube. Смешное применение? Требующее к тому же астрономических расходов машинных ресурсов. Только вот кристаллы технология позволяет штамповать со всё падающими и падающими издержками… И легко предсказать, кто купит первую систему, способную эффективно опознавать лица и распознавать речь. А ещё — перевод. Практический интерес разведок к тому и иному региону легко распознать по найму на госслужбу знатоков русского, арабского, пуштунского, фарси…