Чтение онлайн

В. Метод правового моделирования позволил сформировать теоретическую модель эффективного правового регулирования отношений, возникающих в связи с цифровыми технологиями в сфере наследственных отношений.

Г. Метод правового прогнозирования стал основой проецирования возможных перспектив модернизации правового регулирования наследственных отношений, осложненных использованием цифровых технологий.

Д. Историко-правовой метод был использован при выявлении генезиса развития наследственных отношений, в частности развития доктринальных представлений и отечественного законодательства об использовании цифровых технологий в данной сфере.

Указанная методология позволила по итогам исследования создать комплексное авторское оригинальное представление о регулировании правом наследственных отношений, осложненных применением цифровых технологий. Оно может быть использовано в целях совершенствования законодательства и практики его применения.

Надеемся, что монография, которую Вы сейчас читаете, заинтересует и будет полезна для дальнейших научных изысканий, в процессе совершенствования действующего законодательства, а также в судебной и деловой практике. Авторы готовы выслушать любые замечания, рекомендации и предложения, которые возникнут у читателей, а также принять участие в дискуссии в любом доступном формате по тем проблемам, которые обозначены в работе.

Ответственный редактор

Кандидат юридических наук, доцент

Алексей Александрович Волос,

Июнь, 2022.

Перед тем, как непосредственно перейти к проблеме исследования цифровых челленджей наследственного права, следует затронуть ряд методологических вопросов. В частности, будет раскрыт вопрос о методологических особенностях изучения принципов гражданского права в условиях цифровизации общества. Приведенные ниже рассуждения позволят показать, из каких методологических установок исходили авторы настоящего исследования.

Принципы гражданского права часто привлекали внимание ученых. Особая теоретическая и практическая роль принципов в совокупности с неоднозначным определением их сущности, системы, соотношения с методом правового регулирования детерминировали проведение дискуссий на предложенную тему. Однако в настоящее время в связи с развитием процессов цифровизации общества заявленные вопросы обрели новую значимость. Основные проблемные аспекты этой тематики могут быть сведены к установлению роли принципов гражданского права для регулирования отношений, осложненных использованием субъектами различных цифровых технологий.

Решение предложенной задачи должно опираться на научно обоснованную методологию, которая в данной ситуации будет обладать определенной спецификой. Ранее отмечалось, что при выборе методологии исследования принципов гражданского права следует учитывать их значимые характеристики (системность принципов, межотраслевые связи, влияние судебной практики, международного права и зарубежного законодательства, появление новых принципов, наличие ограничений действия принципов)1. Вместе с тем раскрыть некоторые из предложенных аспектов будет практически невозможно, так как, например, судебная практика по вопросу применения принципов гражданского права к «цифровым отношениям» еще не сложилась. Отсутствует и системность законодательства в данной сфере, оно только начинает формироваться.

Правда, есть мнение, что анализ правовых конструкций в цифровой среде не корректен ввиду того, что отсутствуют законодательные предписания, регулирующие фактические отношения в digital-среде2. Следует предположить из этого, пока нет системного регулирования «в digital-среде», то и о принципах как таковых говорить рано.

Согласиться с подобным утверждением очень сложно по различным причинам. Во-первых, отсутствие правового регулирования и специальных норм никогда не рассматривалось в качестве основания неприменения общих норм и принципов. Наоборот, даже презюмируется возможность использования аналогии закона и аналогии права. Следовательно, невозможно отказаться от принципов гражданского права только лишь по той причине, что юридически значимые отношения складываются в цифровой среде.

Во-вторых, принципы гражданского права имеют в своем базисе правотворческое значение. Процесс формирования законодательства, регулирующего «цифровые отношения», в любом случае должен опираться на научно обоснованную систему принципов. Иной подход приведет к нежизнеспособной системе правовых норм. Таким образом, в любом случае следует признать значимость и особую роль принципов гражданского права в условиях цифровизации общества как для толкования действующих норм (особенно в ситуации пробельности законодательства), так и для правотворческой деятельности в этой сфере.

В связи со сказанным актуальность заявленной темы исследования вызвана еще одним моментом. Принципы права – основа любой отрасли права и даже одно из оснований выделения группы правовых норм в самостоятельную отрасль, наряду с предметом и методом3. Есть даже вполне логичный и практико-обоснованный подход, согласно которому принципы первичны по отношению к предмету и методу отрасли права, тем самым предопределяют их4.

Таким образом, если удастся доказать, что существующие принципы гражданского права в ситуации возникновения новых отношений, связанных с использованием цифровых средств, не могут быть реализованы, а должны быть сформированы новые принципы (как вариант, качественно и структурно отличающиеся от принятых сегодня), то это могло бы стать серьезным аргументом для выделения цифрового права в самостоятельную отрасль права. Не удивительно, впрочем, что уже предпринимаются попытки описания цифрового права как комплексной отрасли права5. Здесь уместно привести мнение Б.М. Гонгало, который небезосновательно подчеркивает, что «совокупность норм различной отраслевой природы, предназначенных для регулирования функционально или иным образом связанных между собой отношений, не может образовывать отрасль права»6. Правда, тогда все равно без ответа остается вопрос о критериях образования отрасли права.

Автор настоящей статьи исходит из гипотезы, что цифровое право в России на сегодня не является ни отраслью права, ни даже отраслью законодательства. Действующие сейчас и планируемые к принятию правовые акты, регулирующие отношения с использованием цифровых технологий, не предопределяют создание новой системы, а являются лишь механизмом по реализации в отраслевом законодательстве правил, регулирующих субъективное право на цифровизацию. Кроме того, принимаемые акты направлены на установление определенных гарантий субъектам по поводу возможности применения цифровых средств. Главным аргументом такого вывода является то, что принципы гражданского права остаются актуальным и необходимым инструментом, который может быть использован и в законодательной, и в правоприменительной деятельности при решении юридических проблем, возникающих в связи с использованием цифровых технологий. При этом принципы гражданского права в данной ситуации наполняются особым содержанием, которое требует самостоятельного изучения. Для доказательства указанной гипотезы следует провести комплексное исследование, которое будет описаться на особые методологические приемы, важнейшие характеристики которых следует свести к следующему.

Изучение эмпирического материала. Ведутся дискуссии по поводу применения эмпирических приемов и средств в юридических исследованиях, прежде всего, в связи с тем, является ли это особым уровнем методологии или типом исследовательских средств, объединенных в систему метода юридической науки7. Однако, очевидно, что для юриспруденции подходами, связанными с изучением эмпирического материала, могут выступать методики обобщения правоприменительной практики8. Практически во всех цивилистических исследованиях в том или ином формате производятся анализ и обобщение судебной или иной правоприменительной практики.

Говоря об изучении принципов гражданского права в условиях цифровизации общества, приходится признавать, что опробованные приемы не могут в полной мере работать, хотя бы потому, что судебная практика еще не сформирована. По отдельным делам есть решения, но они не представляют собой какую-либо систему и сильно разнятся как в плане обоснования, так и по непосредственным выводам. Правда, есть и положительные примеры, когда суды встали на путь толкования законодательства с учетом принципов гражданского права. К примеру, суд кассационной инстанции отменил решения нижестоящих судов, решивших, что отношения по поводу криптовалюты не могут быть объектом гражданско-правового регулирования. Кассация отметила, что на «момент возникновения спорных правоотношений цифровая валюта де-факто существовала, имела некую экономическую ценность, с ней могли совершаться операции по покупке, продаже, обмену, в том числе на вещи, лицами, имеющими материальный интерес в таких операциях». Кроме того, сделан акцент на диспозитивности гражданско-правового регулирования, открытости перечня объектов по ст. 128 Гражданского кодекса Российской Федерации и возможности применения аналогии закона и аналогии права9. К сожалению, чаще суды все-таки отказывают в признании за криптовалютой статуса объекта гражданских прав, что представляется необоснованным, исходя из принципов гражданско-правового регулирования, которые предполагают, что то, что прямо не запрещено, разрешено.