Чтение онлайн

— Все все, я понял! — Третий остановил мой полет фантазии. — Ты прав, идиотская затея.

— Сама идея имеет право на жизнь, но слишком много «но». Нам бы в своем измерение досконально разобраться, а не пытаться нырнуть в другие и там решить проблемы нашего. Вообще, очень дико все это звучит.

— Ты про что?

— Про вечные вопросы. С чего все началось? Оказывается, что существуют еще и другие реальности. Мы и так живем по достаточно странной концепции, а тут, оказывается, есть еще многое помимо нас.

— Мне кажется, ты несколько путаешь понятия.

— Разве есть особая разница?

— «Реальность» это больше про параллель, тогда как «измерение» — про совершено другое. Включая физические законы.

— Не вижу особого смысла в разграничении в данном контексте. Но если призадуматься, то нынешняя ситуация достаточно мелочна.

— Не понял…

— Мы изначально ставили Замысел превыше всего. И считали саму идею максимально глобальной. Но получается, что по сути, вся эта Сансара лишь песчинка в масштабе вселенных. Вот мы были, и вот нас не стало. Кому до этого есть дело?

— Нам, — твердо ответил Третий. — Не ищи смысл в философии, там ты его не найдешь. Лишь озадачишься еще большим количеством вопросов. Мы живем здесь и сейчас. И нам надо попробовать спасти наш дом.

— Знаешь, — сказал я после минутного размышления, — попробовать стоит. Если и не получится, то мы хотя бы попытались.

— Вот! — радостно хлопнул меня по плечу друг. — Такой настрой мне по душе!

— Появилась у меня одна идея, но тебе она не понравится.

— Весь внимания.

— Помнишь слова Стража? Если все души ринутся к Первородной, то ни один барьер не сдержит?

— Ты прав, мне уже не нравится к чему ты клонишь…

— Отправим всех к Матери.

— К «чертовой» забыл добавить, — ужаснулся Третий. — Ты же не хочешь?..

— Именно этого я и хочу. Если Первородная насытится, то у нас появится шанс. Отир сказал, что тогда они опоздали — Страж уже начал дробить Первородную на части. Но если мы попробуем его остановить до этого момента? Помнишь я рассказывал, что находясь рядом с Ней, меня буквально наполнила сила? Мне тогда не хватило совсем чуть-чуть, чтобы дать Стражу отпор. Но если мы все вместе окажемся рядом с Ней, когда Она наполнится душами? Нас двенадцать, а он один.

— И это твой план? Уничтожить все Миры? В принципе сделать то, чего боялся Страж?

— Я бы сказал временно очистить. Когда-то Она вдохнула жизнь во все. Кто сказал, что этого не произойдет вновь?

— Но как же Тротти… и твоя дочь?!

— Мне тоже больно, — ответил я. — Но пойми, печальный финал ждет всех рано или поздно. Так у нас хотя бы есть шанс.

Третий отступил от меня на несколько шагов и взялся за голову. Раньше не доводилось видеть его печальных слез. Его глаза бегали верх-вниз, словно он читал книгу. Сейчас ему предстояло принять нелегкое решение. Наконец, он сказал:

— Мы можем найти другой путь!

— Какой?

— Я… Я не знаю! — он резво мотал головой, его потряхивало. Третий упал на колени и склонил голову. Я подошел к нему, сел на корточки и положил руки ему на плечи. Посмотрев в глаза Хранителю, я произнес:

— Третий, ты мой единственный и лучший друг. Пожалуйста, не считай меня абсолютным злом. Но другого выхода я не вижу. Все должно погибнуть, чтобы возродиться вновь. И заметь, я не говорю о том, что Тротти и Элика должны умереть прямо сейчас. Мы можем их укрыть от начавшегося апокалипсиса. Проблема в другом — захотят ли они существовать в мертвом Мире? Это будет их последняя жизнь, переродиться буквально в некого. Не думаю, что Первородную надо будет наполнить прямо всеми ее частями, чтобы Она поделилась с нами своей силой. Но сейчас нам нельзя играть в погрешности, рассчитывая сохранить условные двадцать процентов населения, которые со временем заполонят Миры снова. Вдруг погибших не хватит? Попытка у нас одна. Тем более, в каждом Хранителе спрятано по тринадцать душ и так.

Он поднял голову, посмотрел мне в глаза и сказал:

— Когда придет время, я сам… убью… Тротти… Она… не испытает боли, просто… заснет.

Я встал. Мне стало невыносимо тяжко от того, что мне предстоит проделать тоже самое со своей дочерью. Я так боялся и избегал нашей встречи. И для чего? Чтобы появиться и умертвить ее?.. Прости, Руфус. Истинный отец Элики. Но так надо.

Третий подошел ко мне и произнес:

— Я позабочусь об Элике, не переживай.

У меня градом потекли слезы. Было столько возможностей и все они бездарно потеряны. Постоянно откладывая момент можно упустить его вовсе.

— Спасибо, — только и смог сказать я.

Мы оба стояли в тишине и смотрели на звездное небо. В воздухе витала надежда, что остальные Хранители откажутся и вместе мы придумаем другое решение. Люди созданы таким образом, что они верят и надеются на лучшее. Сталкиваясь с проблемой лицом к лицу мы, в большинстве своем случаев, если решение имеет негативный оттенок, пытаемся отложить его принятие до последнего.

Оставалось только одно — собрать всех вместе и обнародовать правду.

Хранители столько лет исполняли свое предназначение, чтобы в итоге сделать все наоборот. Нет никаких гарантий, что они согласятся с моим предложением. Надеюсь, что собратья предложат какой-нибудь альтернативный вариант. Вот только ни я, ни Третий его не видим. Ирония судьбы — скорее всего, нам придется стать всадниками апокалипсиса.

Но, что если я не прав? Мне не давала покоя эта мысль. Однозначно, Страж не договаривает всей правды. С другой стороны, зачем призраку прошлого лгать? Какие цели может преследовать мертвец? И, если Мир возобладает над сознанием, то как это будет? На мою теперешнюю личность наложится отпечаток старых? Вспомню свои прошлые жизни, каждый промежуток до очередного момента заточения в оболочке части души Стража? Как себя чувствует человек с амнезией, который прожил достаточно много времени под новой личиной и к нему неожиданно вернулись воспоминания? Кто получится в итоге? Вернется изначальный? Или будет жить последующий, но с опытом и знаниями предыдущего? Поменяются ли новые привычки на старые? Или это вообще будет третья личность, состоящая из двух? Неопределенность чертовски пугает. Нужно отринуть все сомнения прочь и двигаться вперед по намеченному курсу. Бездействовать нельзя.

Предстояло созвать Совет.

— К Первому пойдем в последнюю очередь, — сказал поникший Третий. Он никак не мог придти в себя.

— Само собой, — ответил я. — Сейчас предстоит собрать всех остальных.

— С кого начнем?

— Точно не Седьмого, пускай перебесится. По кругу пойдем.

Мы отправились на Лидар, восьмой Мир Кольца.

На планете преобладает суша, она занимает около восьмидесяти процентов площади. Мир так и остался на средневековом уровне развития. Население чрезмерно религиозно и верит в Единого Бога. Основой постулат — только ручным трудом человек приблизится к Богу. Доходит до абсурда — банальную мельницу считают олицетворением зла. Запрячь лошадь чтобы вспахать поле — нельзя. Но вот выковать мечи и доспехи, использовать в военном деле коней, возводить для корольков замки — это Бог разрешает. На протяжении всей известной истории идет вечная охота на ведьм. К черной магии относят буквально все, начиная от предсказания погоды и заканчивая потугами умов к открытиям. Инквизиторы без разбора сжигают на кострах людей за любой косой взгляд. Когда все блага цивилизации сосредоточены в руках одних, другие проще поддаются контролю. Самое главное, чтобы те верили в необходимость их тяжелой ноши и у них была мотивация терпеть.

Тут и там происходят лишь мелкие стычки местных царьков, феодальные войны не принимают глобального масштаба. Тысячи автономных княжеств никак не могут договориться между собой. Периодически появляются сильные правители, готовые железной рукой подмять под себя доступные территории. Но их век короток. Потомки или узурпаторы пытаются продолжить дело предшественника, но как показывает история — у них ничего путного из этого не выходит. Мир погряз в тотальной стагнации, любое развитие находится под запретом. И самое ужасное во всем этом — люди привыкли. Они находятся в своей зоне комфорта.