Чтение онлайн

«А действительно ли маги заслуживают прощения? Я всегда считал себя хорошим человеком, но недавно убил ребенка. А тот мальчик, будучи магом, и сам сгубил множество жизней. И вот я вновь очутился в городе, где очередной маг сеет страх и ужас в сердца людей. Может, все же без нас будет лучше?» – думал юноша, продолжая разглядывать мозаику.

Вдруг в храм вошел мужчина в роскошных одеждах. Его сопровождали несколько вооруженных людей.

«Аристократ», – пронеслось в голове юного мага.

Мужчина надменным взглядом окинул зал храма.

– Мальчишка! – обратился он к Альве. – Позови настоятеля Пирэля. Да поживее.

Юноша застыл в нерешительности.

– Так ты не слушаешь меня, щенок! – гневно воскликнул мужчина. – За такую наглость ты поплатишься! Видит Творец, мои люди так тебя изобьют, что ты надолго запомнишь это!

Не успел Альва и слова сказать, как услышал знакомый спокойный голос:

– Как я погляжу, местная знать не отличается сдержанностью. Впрочем, ничего нового.

– Кто посмел?! – вскричал аристократ, устремив свой яростный взгляд в дальнюю часть зала.

Юноша обернулся и облегченно вздохнул.

Паладин решительно шел по пустому залу навстречу аристократу. За ним следовал мужчина в скромных черных одеждах. Аристократ хотел вновь что-то закричать, но, заметив суровый взгляд настоятеля, сумел себя сдержать.

– Представься, – все так же холодно скомандовал паладин.

– По правилам этикета вам следует представиться первым, – покрываясь красными пятнами от сдерживаемого гнева, заметил аристократ.

Настоятель, чувствуя неладное, вмешался в разговор:

– Перед вами – паладин Ордена. Вам следует на время забыть о правилах этикета.

Лицо аристократа вмиг побледнело. Он неосознанно сделал несколько шагов назад.

– М… Мои извинения! Прошу простить мою грубость! Я Зельдос Шабо, младший сын барона Шабо.

– Что ж, Зельдос, я полагаю, ты прибежал сюда, чтобы вновь кого-то оболгать?

Лицо Азариуса оставалось все таким же спокойным, чего нельзя было сказать о Зельдосе Шабо.

– Прошу простить, уважаемый паладин, – промямлил он, – но я никогда не лгал в обители Творца.

– А почему же тогда ты до этого дважды столь уверенно заявлял, что нашел мага, указывая на неугодного тебе простолюдина?

– Это всего лишь ошибка! – воскликнул аристократ. – Я искренне подозревал их в колдовстве! Все мы можем ошибаться!

– Но не все после этого горят в огне.

Повисла напряженная тишина. Азариус пристально смотрел на младшего сына барона Шабо.

– Я… Я буду молить Творца о прощении, – сдавленно сказал Зельдос.

– Не только его. Извинись перед мальчиком и целуй его ботинки. Возможно, тогда я разрешу тебе уйти.

– Что я должен сделать? – удивленно спросил аристократ.

– Извиниться перед мальчиком и поцеловать ему ботинки, я неясно выражаюсь?

– Я дворянин! – воскликнул Зельдос. – И не буду такое делать!

Глаза паладина засветились ярким светом.

– Ты думаешь, меня волнует, кто ты? – грозно спросил он.

Зельдоса Шабо затрясло то ли от гнева, то ли от ужаса. Он подошел к Альве и упал на колени перед ним. Зельдос несколько раз поцеловал ботинки юноши и встал. Смотря на пол, он сухо извинился и попросил разрешения уйти. Паладин махнул ему рукой, и Зельдос выбежал из храма вместе со своей свитой.

Азариус еще некоторое время обсуждал с настоятелем городскую обстановку.

«Почему этот дворянин так испугался паладина? Даже поцеловал ботинки простолюдина. Он что-то скрывает?» – думал Альва.

Вскоре герои вновь зашагали по безлюдным улочкам Бэлора.

– Куда мы теперь идем? – спросил юный маг.

– К графу Богарне, – ответил Азариус.

– Вы его подозреваете?

– Нет, но его сын может кое-что знать.

– А что думаете о господине Зельдосе Шабо?

– Жалкий тип.

– Мне он тоже не понравился, – подхватил Альва, – было в нем что-то отталкивающее. И он очень боялся вас.

– Если бы я представился, боюсь, его дорогие штанишки не выдержали бы, – спокойно заметил паладин.

***

Поместье графа Богарне выглядело воистину роскошно. Дорогие ковры с яркими узорами и многочисленные статуи из великолепного розового мрамора красноречиво показывали достаток владельца поместья. Азариус и Альва сидели в просторной светлой гостиной и ждали графа.

Паладин размышлял о новой информации, полученной от настоятеля Пирэля. С его слов, убитые горожане имели кое-что общее. Все они были светловолосы. Все, кроме убитого несколько дней назад дворянина. Его звали Мирэйн. То убийство отличалось от всех предыдущих. У других жертв помимо отрубленной головы находили только небольшую рану, оставленную, по-видимому, кинжалом. Но у Мирэйна обнаружили глубокую колотую рану на спине. Ему отрубили голову, как и другим жертвам, но никакого странного символа рядом на мостовой стражники не увидели.

«Судя по всему, то был подражатель. По словам настоятеля, этот Мирэйн отличался добротой и миролюбием, но у любого человека есть враги. Возможно, нам сейчас поведает о них его лучший друг. Как его там? Келсий? Да и с самим графом поговорить не помешало бы», – размышлял Азариус.

В гостиную вошел темноволосый мужчина средних лет, обладающий приятной внешностью.

– Добрый день, уважаемые гости, – сказал он, садясь в кресло напротив Азариуса, – меня зовут Келсий Богарне. Я старший сын графа. Прошу простить, но отец неважно себя чувствует со вчерашнего дня. Боюсь, он не сможет почтить вас своим присутствием. Однако я готов оказать вам должное внимание и посодействовать вашему делу, насколько это в моих силах. Не сочтите за грубость, но не могли бы вы представиться, чтобы я мог должным образом к вам обращаться.

– Паладин Азариус Гуарье.

– Наслышан о ваших подвигах. Благодаря им в мире намного безопасней. А ваш спутник? – Келсий перевел взгляд на Альву и, увидев смущение юноши, ободряюще улыбнулся.

– Меня зовут Альва, господин Келсий Богарне.

– Какие же у вас есть вопросы, дорогие гости?

– Вы знали Мирэйна? – спокойным голосом спросил Азариус.

Келсий Богарне едва заметно вздрогнул, что не ускользнуло от внимательного взгляда паладина.

– Конечно, знал. Он был моим другом. Для меня его смерть стала тяжелым ударом.

– У него были враги?

– О таких я не слышал. А почему вы спрашиваете? Его же убил проклятый колдун.

– Так и есть, но я хочу понять, почему еретик выбрал его.

Келсий откинулся в кресле и посмотрел на потолок. Его взгляд стал задумчивым. Мужчина ненадолго замолчал, а после сказал:

– Никогда не слышал о врагах Мирэйна. Он почти ни с кем не ссорился. Лишь с господином Зельдосом Шабо у них возникали перепалки. Понимаете, Мирэйн чувствовал отвращение от воспитательных мер барона Шабо по отношению к слугам. Не знаю, слышали ли вы об этом или нет.