Чтение онлайн

Анжелика увидела, как стремительно граф де Пейрак промчался по палубе, перескакивая через ступеньки лестницы. Сюда, на полуют, к нему собрались люди: граф д'Урвилль, капитан, Ванно, Виль д'Эвре и другие. Граф направил подзорную трубу на «Сен-Жан-Баптист».

— Что там происходит? — спросила Анжелика. Виль д'Эвре бросил ей:

— Онорина на борту…

— На каком борту?

— «Сен-Жан-Баптиста».

Анжелика, в свою очередь, перелетела через мостик и оказалась в группе окружавших графа де Пейрака людей. Пейрак опустил подзорную трубу.

— Несомненно, ото она. Она на борту корабля. Взгляните! В увеличительные линзы Анжелика рассмотрела корабль по частям. Она различила беспорядочно сваленные грузы, отдаленные силуэты каких-то людей, шляпы с перьями, принадлежащие, видимо, офицерам из эскорта посланника короля. Затем среди них… Вне всякого сомнения:

— Это она! Это она! Я узнаю ее зеленый капор. Сегодня утром я надела ей этот капор, когда мы ходили на прогулку. Ошеломленная Анжелика уронила руки.

— Ее похитили, — сказал кто-то.

Было воскресенье. В это утро все экипажи кораблей де Пейрака были в церкви, на мессе. Туда же были приглашены пассажиры с «Сен-Жан-Баптиста». Нигде не было видно посланника короля. Правда, некоторые пассажиры, спасаясь от холода, завернулись наглухо в манто и до самого носа нахлобучили высокие шапки, так что их лица было трудно рассмотреть. Жители поселка, индейцы и охотники, спустившиеся с гор, образовали огромную толпу, которая хлынула в маленькую часовню, чей колокол призывно звучал в морозном воздухе.

В полдень состоялась процессия. Онорине позволили снять капор, Анжелика отпустила детей на попечение их обычных гувернеров. На берегу развлекались стар и млад. Дружное веселье охватило всех, особенно когда Жоффрей де Пейрак велел раздать населению плетенки табака, стеклянные стаканы и искусственный жемчуг, которым индейцы украшали свою праздничную одежду. Анжелика вернулась на «Голдсборо», чтобы сменить туалет и немного отдохнуть.

Туда и сюда быстро проплывали ялики, барки, каноэ, перевозя людей с кораблей и обратно.

В тот момент, когда Анжелика готовилась отправиться па берег, она заметила волнение на корабле и услышала, как Виль д'Эвре крикнул ей; «Онорина на борту!»

Онорина на борту «Сен-Жан-Баптиста»! Ее похитил разбойничий экипаж!

Граф де Пейрак снова взял подзорную трубу и начал внимательно всматриваться.

— Я узнаю Иолаиду, она только что появилась. Она солидная женщина, се можно увидеть и невооруженным глазом. А голубое, пятно рядом с ней — это Адемар. Керубино, наверное, тоже там, под нею скрывает высокий борт балюстрады.

— Мой сын попал в руки бандитов! — воскликнул Виль д'Эвре. — Мы погибли. Зачем, граф, вы вчера их ограбили, отобрав бургундские вина? Теперь они нам ответят сторицей!

Интендант Карлоп вмешался в их разговор:

— Дорогой мой, напоминаю, что вина грабили вы, а не граф. Я слышал, как вы говорили о своей добыче. Несмотря на мои рекомендации…

— Конечно! Но не следовало разрешать им сходить на берег.

— О, маркиз! Я своими ушами слышал, как вы советовали графу применить политику ослабленной узды…

— Граф де Пейрак мог бы меня и не послушать.

— Прекратите дискуссию, — сказал Пейрак, — это совершилось. Нужно принимать меры. Месье Карлон, вы как интендант Новой Франции можете оказаться мне полезным.

— Я в вашем распоряжении, — заявил королевский чиновник. Его тон выражал искреннее расположение. Было видно, что он по-настоящему тревожится о детях. Это взволновало Анжелику. В этот момент се симпатии склонились на его сторону.

— Они ни за что не позволят нам подняться на их корабль, а детей используют как заложников, — сказал Виль д'Эвре. — Несчастные наши малыши! С нас потребуют кошмарный выкуп. Я знаю этого Дюга! Он способен на все. Где же они? Боже мои, их не видно!

Анжелика отобрала у маркиза подзорную трубу. Она могла подтвердить, что группа, которую они только что видели, исчезла. Палуба была пуста.

— Они их бросили в воду! — закричал Виль д'Эвре. Он начал снимать с себя редингот (длинный сюртук особого покроя), намереваясь броситься в воду в коротких брюках и жилете. Его удержали.

— Успокойтесь, — сказал граф. — Мы сейчас спустим на воду шлюпку. На ней мы доберемся до судна быстрее, чем вплавь. Пожалуйста, маркиз, не теряйте хладнокровия.

Он быстро сложил свою подзорную трубу и, сопровождаемый всеми, устремился к шлюпке, которую уже отвязывали матросы. К счастью, одна шлюпка осталась на корабле, остальные увезли людей на праздник.

Виль д'Эвре разговаривал сам с собой, спускаясь в шлюпку по веревочной лестнице: «Я сошлю их на галеры, я велю их расстрелять. Напасть на моего сына! Они потребуют от меня все мое состояние… Тем хуже, я заплачу, но пусть они берегутся!»

Анжелика пыталась не сходить с ума. «Сен-Жан-Баптист» окружен хорошо вооруженным флотом. Они не решатся на крайние меры. Но как же все это произошло? К каким уверткам они прибегли, чтобы выкрасть двух детей, которых всегда предупреждали о недоверии к чужим людям. И при детях были опекавшие их Иоланда и Адемар! Может, они применили насилие! Но по отношению к Иоланде это невероятно, У этого голодающего экипажа не хватит сил, чтобы погрузить насильно Иоланду на судно. Тогда?.. Не все ли равно. Будет еще время поговорить об этом, если мы найдем их целыми и невредимыми.

Анжелика увидела, что Пейрак взял свою охрану. Все матросы были хорошо вооружены. Он обернулся к ней:

— Я отправляюсь первым.

— Я хочу вас сопровождать.

— Будьте терпеливы. Нельзя, чтобы мы вместе оказались во власти бандитов. Если дело обернется неудачно, вы немедленно последуете за мной. Я послал сигнал на берег, чтобы все шлюпки немедленно собрались к «Голдсборо». На одной из них приплывете и вы с д'Урвиллем и его людьми. Захватите пистолеты для себя и для маркиза. Кроме того, на берегу объявлена тревога. Все люди с «Сен-Жан-Баптиста» окружены и не смогут явиться на борт своего корабля.

Жоффрей де Пейрак говорил спокойно.

«Но он всегда спокоен, когда дела плохи», — сказала себе Анжелика, вспомнив безмятежность Жоффрея перед фортом Катарунк, где его окружили с воплями ирокезы.

Она, должно быть, была мертвенно-бледной. Граф положил ей ладонь на запястье. Это пожатие сообщило ей уверенность.

— Терпение, дорогая! Вы сразу же последуете за мной, и мы вместе сумеем показать бандитам, что их удар был плохо рассчитан. Но они не должны почувствовать, как глубоко они ранили нас.