Чтение онлайн

Она тихонько высморкалась, а Диего наконец вспомнил, что им назначил свидание загадочный узник в башне – предмет отчаянных поползновений бартолемитов и главное сокровище Сен-Мара, которое им следовало по приказу миледи выкрасть и доставить в штаб-квартиру Бюро.

Наступила полночь. Уикхемы, прикрывшись завесой невидимости, выскользнули из покоев для гостей, где их разместили по приказу барона, и тихонько прокрались к лестнице. Сам барон все еще не вернулся из Виллера; что же до гостевых покоев, то их охраняла недреманная стража, и это навело Диего на мысли о том, что под гостеприимством скрывался обычный арест.

Трое вооруженных слуг старательно таращили глаза в темноту, глядя сквозь брата и сестру, которые быстро спускались в бальную залу, чтобы выбраться из дома через большие окна, которые смотрели в сад. В бальной зале было темно, хоть человеческий глаз выколи, но оборотню вполне хватало света луны, который сочился между тяжелыми темными портьерами, закрывающими окна в пол. Диего взял сестру за руку, провел по зале к ближайшему окну и отодвинул портьеру. Девушка шепнула отмыкающее заклинание, и они вышли в сад.

По той же дорожке, по какой вел их барон во время праздника, Уикхемы добрались до донжона и обнаружили перед ним еще шестерых стражников. Число телохранителей Сан-Мара росло не по дням, а по часам.

Но он полагался не только на людей и ружья. Диего принюхался и уловил озоновый запах магии. Диана прочла несколько заклинаний и указала ему на синеватую полосу в снегу, окольцовывающую башню.

– Подстраховался, – шепнула девушка.

– Сможешь ее убрать?

Мисс Уикхем присела на корточки и некоторое время рылась в поясной сумке с амулетами и инструментами. Наконец девушка вытащила из нее пакетик с порошком, заклинанием пробудила герон на пакетике и аккуратно высыпала содержимое поверх синей полосы. Она несколько раз мигнула и погасла.

– Протискивайся осторожно, – велела брату Диана. Она проскользнула над обезвреженным участком защитной полосы с легкостью облачка. Диего, пыхтя, постарался ужаться как можно сильнее и боком перешагнул через порошок.

– Отлично. – Диана деловито огляделась. – Охрану мы не потревожили. Молнией нас тоже не поразило, значит, барон еще не так далеко продвинулся в магии. Но что дальше?

– Наверное, ждать, – предположил Диего.

– Ждать? – приуныла девушка. – А долго? Давай кинем в ставень камушком!

– В какой именно ставень? Мы же не знаем, где комнаты мальчика.

– Вот будет прекрасно, если он спит и десятый сон видит, забыв о нашей встрече, – проворчала мисс Уикхем. – Ну, давай хотя бы в башню зайдем! Мне не нравится торчать у них на виду даже под завесой.

Однако над защитой двери донжона Сен-Мар постарался куда сильнее, чем над линией на земле. Диана, высунув от усердия кончик языка, безуспешно шуршала в зачарованном замке то одним инструментом, то другим, пока Диего наконец не предложил:

– Давай я ее просто выбью.

– А вдруг там что-то взрывоопасное?

– Ну и что? Ладно, хочешь, перекинусь для большей безопасности?

Девушка недовольно нахмурилась, и тут в лоб оборотня ударил мелкий кусочек черепицы. Уикхем поднял голову и толкнул Диану в плечо: за ставнями второго этажа мелькал белый огонек.

– Вот вам и призрак королевы! – прошептала девушка.

Огонек несколько раз качнулся направо. Уикхемы переглянулись, и Диего сделал несколько шагов вправо от двери. Огонек закивал и то же скользнул вправо.

Обойдя донжон, брат с сестрой обнаружили узкую маленькую дверь, наполовину заколоченную. Под стрельчатым сводом виднелось забранное решеткой оконце. Здесь никакой магией не пахло.

Через несколько минут ожидания чуткий слух оборотня уловил за дверью еле слышные шаги. Под ставнем, что закрывал оконце за решеткой, мелькнул узкий луч света, а затем клацнула щеколда. Кто-то открыл ставень, и за решеткой, похожей на медовые соты, показалось лицо – точнее, верхняя его часть: падающие на высокий лоб темные кудри и плотно завязанные шелковым шарфом глаза.

– Э… доброй ночи, – пробормотала Диана, несколько опешив. – Как поживаете?

– Где медведь? – после короткой паузы отрывисто спросил баронский сын; голос у него был хрипловатый, но совсем юный. Диего по этому голосу дал бы ему не больше семнадцати-восемнадцати лет.

– Я здесь, – сказал оборотень и шагнул к двери.

Юноша повернул к нему голову, и у Диего возникло странное чувство, будто тот смотрит на него прямо сквозь платок.

– Надо же, – прошептал юноша. – Надо же! Никогда таких не видел… Кто ты такой? Кто твоя хозяйка?

– Я – Диана Уикхем, – представилась достойная дочь профессора. – Я не хозяйка Диего, я его сестра, и мы…

– Лжешь! – оборвал ее сын барона. – Он – не родня тебе по крови. Ничего общего, – тихо добавил юноша и снова завороженно уставился на Диего. Оборотня уже начало это смущать, и он отступил за спину Дианы.

– Мой отец усыновил Диего, так что он – мой брат не по крови, но по семье.

– У-сы-но-вил? – по слогам повторил молодой человек, до крайности удивленный этим фактом. – Какого черта профессор усыновляет говорящих медведей? Ты, – закрытые платком глаза обратились к оборотню, – что ты такое? Не человек, не полностью зверь, еще и говорящий!

– Во-первых, – суховато сказала Диана, – давайте-ка вести себя повежливей. Мой брат – оборотень. Один из последних своего племени.

– Оборотень! – восторженно прошептал юноша. – Такой страшный! Настоящий!

– Во-вторых, он не животное, чтобы обсуждать его в таком тоне. В-третьих, а вы кто, собственно говоря, такой?

– Шарль Мируэ… а вы что, разве не знаете?

– Ваш почтенный батюшка не соблаговолил вас представить.

– Странно, – пробормотал юноша. – Я-то думал… Нет, конечно, он не станет так делать! Тьфу, что это была за глупость! Не стоило и надеяться…

– Почему ваш отец прячет вас в башне? – спросила Диана, но парень ее, кажется, не услышал. Он о чем-то глубоко задумался, опустив голову и нахмурив брови.

– Разве мой отец позвал вас не для того, чтобы… меня вылечить? – наконец с запинкой спросил он.

– Вылечить? – мягко переспросила Диана. – От чего?

Юноша поднял руку и коснулся тонким пальцем своих глаз.

– От этого, – хрипло сказал он. – Я всегда просил его только об одном. Чтобы он нашел того, что вылечит меня от этого. Но он-то никогда не захочет, – с горечью добавил молодой человек