Чтение онлайн

Предрассветные часы я провёл в своей личной мастерской, стоявшей ниже по склону от моего горного дома. Там я работал над новым набором брони для Пенни. Это был старый проект, который я долго откладывал. Не было никаких врагов, с которыми требовалось сражаться, и поэтому проект всё время казался недостаточно срочным. Большая часть крупных элементов уже была выкована, но ещё оставалось много работы по доводке, да ещё нужно было внести некоторые изменения, поскольку она потеряла руку. Я призвал крепкий ветер, чтобы сдуть накопившуюся пыль, и принялся за работу.

По большей части работа была рутинной, что позволяло моим мыслям блуждать, пока мои руки и магия выполняли нужные задачи. Я мысленно делал заметки насчёт чар, которые надо будет позже наложить, раздумывая о том, как сделать этот процесс аккуратнее и эффективнее. Как только Королева выдаст работу своим оружейникам, у меня может появиться более сотни комплектов для зачарования за относительно короткий срок. Правильно планируя, и имея стандартный шаблон для чар, я по идее должен был работать гораздо быстрее, чем раньше.

Я также думал о некоторых вещах, которые сделал Мэттью. Он последние несколько лет работал очень талантливо, и я невероятно гордился им. Что важнее, он преподал мне урок: мне не следует ограничивать мои идеи одними лишь моими возможностями. Некоторые из чар, которые он сотворил для своего похода в альтернативную реальность, включали в себя особые дополнения и от Мойры, и от Элэйн.

Думая в этом направлении, я решил, что мне следует спланировать использования некоторых аспектов особой «транслокационной» магии моего сына как в броне Пенни, так и в латах, которые я буду зачаровывать для новых рыцарей. Сделать что-то подобное тому, что он сотворил с Шипом, было непрактично — то было произведение искусства, на которое ушло огромное количество времени, — но некоторые идеи можно было легко адаптировать, сделав новые чары более практичными.

Когда солнце начало выглядывать из-за горизонта, я вздохнул, и отложил работу. Пришло время завтрака. Я всё ещё не был голоден, но чай бы не помешал.

Когда я вернулся домой, Алисса была на кухне с ножом в руке, и нарезала бекон на завтрак. Мне в голову пришла внезапная мысль.

— Иди сюда, — сказал я ей.

Нахмурившись, она отложила нож, и подошла ко мне. Какое-то время я оглядывал её с ног до головы, но её платье было слишком объёмистым, чтобы я мог точно оценить её размеры одним взглядом.

— Снимай платье, — приказал я.

— Сэр? — удивлённо ответила она.

— Снимай поскорее, но бельё оставь. Я хочу посмотреть твою фигуру, — объяснил я.

Её щёки слегка порозовели, но Алисса была не робкого десятка. Она была бойцом, и по навыкам была наравне с Грэмом и своим отцом, Сайханом. Она начала стягивать с себя толстое шерстяное платье, пока я рылся в своём мешочке в поисках нужной вещи. Найдя её, я начал отдавать приказания:

— Подними руки вверх. — Встав позади неё, я протянул руки вперёд, и плотно обернул её талию мерной лентой, запомнив число. Затем я повторил эти же действия, измерив её грудь, ширину в плечах, и бёдрах.

Тело Алиссы было гладким и фигурным, но под её обманчивой женственностью скрывалось много мышц — результат целой жизни, полной тренировок и упражнений. По одним лишь её физическим данным было легко видеть, почему Грэма влекло к ней — но её тело было для него, наверное, наименьшим фактором её привлекательности. Умственные тренировки, через которые она прошла, сделали её смертоносной воительницей. Вероятно, с точки зрения Грэма это тоже шло ей в зачёт, хотя для меня её интеллект и иные таланты были в равной степени впечатляющими. Изначально Алисса проникла в мой дом исключительно благодаря своему актёрскому мастерству, чтобы шпионить для её дяди.

Я измерил верхнюю часть её плеча, длину от локтя до запястья, а также охват самого запястья, после через перешёл к её щиколоткам.

— Встань, слегка разведя ноги, — сказал я ей.

— Для чего мерки? — наконец спросила она.

— Для того, что нужно каждому рыцарю, — туманно отозвался я.

Примерно в этот момент в кухню забрела моя дочь, Айрин.

— Папа? — вопросительно произнесла она.

— О, хорошо, ты как раз вовремя, — отозвался я. — Иди сюда, Айрин. Мне нужна твоя помощь. Иначе этот этап был бы немного смущающим.

Моя младшая дочь довольно быстро поняла, о чём шла речь, когда я попросил её снять с Алиссы мерку по внутреннему шву и по охвату бедра. Когда с этим закончили, я сказал Алиссе снова одеваться, и возвращаться к работе.

— Тебе надо и с меня мерки снять, — предложила Айрин.

— Не думаю, что ты уже закончила расти, — хохотнул я. — К тому же, такая броня волшебнику может в некотором роде мешать.

— О, — разочарованно сказала Айрин.

— Что может волшебнику в некотором роде мешать? — спросила Пенни, только-только появившаяся в дверях. Она выглядела слегка растрёпанной, но я не заметил того раздражения, какого я боялся после моего решения прошлым вечером послать Мэттью в Кэнтли. Сон — чудесная штука. С другой стороны, у неё скорее всего пока не было времени задуматься о вчерашних событиях.

— Доброе утро, милая, — отозвался я. — Иди сюда, и снимай халат, если ты не против.

Пенни приняла сердитый вид:

— Сейчас слишком рано для этого дела. Я ещё даже чаю попить не успела.

— Я хочу заново измерить твоё туловище, — объяснил я, жестом приглашая её подойти ближе.

Айрин вставила слово:

— Он только что закончил и Алиссу измерять. — Она ещё и произнесла это масляным тоном, чертовка.

К счастью, мы с Пенни были вместе слишком много лет, чтобы она могла клюнуть на нечто столь очевидное. Она слишком хорошо меня знала.

— Так в чём дело? — спросила она, но халат уже начала снимать.

— Я просто хотел сравнить размер твоего бюста с бюстом Алиссы, — легкомысленно ответил я.

Пенни бросила на меня безжалостный взгляд:

— Осторожнее, сейчас ещё утро. Я кусаюсь.

Я поцеловал её в щёку:

— Я на это надеюсь.

— Фу! — воскликнула Айрин. — Вы губите мою детскую невинность.

Посмеиваясь, я объяснил:

— Вообще-то, я решил закончить твою броню, но мне нужно заново снять мерки в некоторых местах из-за твоего…

— Увечья? — сказала Пенни, пытаясь договорить за меня.

— Я хотел сказать «ставшего более пышным бюста», но если ты предпочитаешь «увечье», то пусть будет так, — ответил я.

Моя жена слегка прищурилась:

— Так ты намекаешь, что я потолстела.

Я вздохнул:

— Мне тут никак не выйти победителем. — Закончив снимать мерки, я отложил мерную ленту. — Ты видела этим утром Мойру?

— Пока нет, — ответила Пенни, — но Коналл говорит, что она уже поела в главном зале. Она хочет, чтобы ты зашёл к пленнику.