Чтение онлайн

– А я по гаражам бегала.

Андрей, наконец, улыбнулся:

– Все течет, но не все меняется. Ты, значит, еще кормишь своего высокотехнологичного гурмана?

Миролюбивый тон Андрея делал свое дело. Аня, наконец, чуток расслабилась и отозвалась:

– Ага, его попробуй не покорми. И вообще, надо же мне чем-то оправдывать свой скользкий путь.

– Ты переняла у своего робота привычку шутить, не улыбаясь?

– Он пока не шутит.
– "Хотя такую шутку выкинул, что тебе, Андрей, и не снилось..."

– И слава богу, я тогда спокоен за будущее рода людского. А если серьезно...

– А серьезно точно нужно?

– Нет. Не хочешь выпить кофе?

– Только что выпила две чашки. Может, просто поедем к тебе?

У Андрея даже глаза округлилсь. Аня прыснула. Приятно все же было видеть, что она еще может чем-то шокировать невозмутимого господина Дегтярева.

– Ко мне?

– Ну, можно и ко мне. Ты уж извини, но мне все это напоминает брачные танцы пауков.

Андрей явно опешил и на какие-то секунды сделался похож на Гришу, у которого спросили что-то из загадочной области этических проблем.

– Э... Так уродливо?
– наконец, негромко предположил он.

– Нет, так бессмысленно. Или ты правда хотел выпить кофе, поговорить за жизнь и покормить рыбок?

На этот раз Андрей посмотрел на нее так, словно у него в глаза сканер был встроен. Хотя, может, и был. Аню же тянуло спросить, не подозревает ли он, что ее вербанули конкуренты, и действительно ли он настолько дурак, что думает, будто те не нашли бы девчонки с актерскими данными получше.

– Это глупо, но я действительно не отказался бы выпить с тобой кофе, поговорить за жизнь и даже покормить рыбок, хотя мои подохли, - медленно произнес Андрей.

– Твои слова следует понимать как отказ?

– Нет, поехали ко мне. Если я скажу, что хотел бы с тобой не переспать, а помириться - это ведь тоже будут брачные танцы пауков?

Аня пожала плечами:

– Если ты поднапряжешь память, то поймешь, что мы не ссорились. У нас нет повода мириться в том смысле, в котором ты это понимаешь. И не будем об этом больше говорить, если ты не против.

– Что-то мне подсказывает, что мы не будем об этом больше говорить, даже если я против. Мы едем сейчас?

– Да. Отдельно буду благодарна, если на полчаса остановимся у любой парикмахерской. Это надо либо смыть, либо сбрить. Я, кажется, похожа на труп своей прабабушки.

– Нет, но и на себя не похожа.

– Ну, такие проблемы в парикмахерских, насколько я знаю, не решаются.

Входная дверь ее квартиры гостеприимно распахнулась. Однако на пороге, к изумлению Ани, стоял вовсе не Гриша. А тощий, встрепанный и испуганный субъект, который от него, прямо скажем, предельно отличался.

– Ну... в общем, это... Пока тебя нет, я тут за твоими фикусами ухаживаю, Анют. Ничего?

Аня только и оставалось, что затылок почесать. По правде сказать, постороннему человеку в своем доме она удивилась куда меньше, чем якобы обитающим там и остро нуждающимся в заботе фикусам. Тем более что Ник, бедолага, все-таки был ей не посторонний, а приятель. Но вот уж любви к цветочкам она в себе никогда не замечала. Да что там, у нее и кактусы-то не выживали. Даже те, которые были генетически модифицированы и вроде как могли прожить еще сто лет после ядерного взрыва, попав в его эпицентр. Скорее всего, единственным реальным критерием продолжительного существования растения в ее доме была бы способность при отсутствии полива сожрать хозяина. И то не факт.

– А... Э. Да, мои фикусы. Класс...

– Ты не волнуйся, я щас вещи быстро соберу...

– Да не, Ник, ты чего. Я просто в шоке, что мои фикусы выжили. Спасибо большое!

Ник расцвел:

– Ну, я тогда пока кофе заварю.
– И исчез из поля зрения. Зато там появился Гриша, вышедший из комнаты. Серьезное лицо очень плохо сочеталось со свитером, на котором был изображен какой-то мультяшный гибрид оленя и лося с красным носом и пивным бокалом. Ане даже знать не хотелось, как подобное чудовище могло завестись в его гардеробе. Видимо, Леся отобрала у кого-то из своих клиентов и спасла животное, подарив его Грише. Человек, не будучи под тяжелыми наркотиками, такое бы по своей воле не надел.

– Добрый вечер, - предельно нейтрально произнес Гриша.
– Я должен передать тебе эту запись.
– В руки Ани перекочевала коротенькая записка на бумаге, вернее, каком-то оторванном куске тонкого розового картона, сильно пахнущем парфюмерией. Видимо, писали, на чем придется и в крайней спешке.
– Будут распоряжения?

Это "будут распоряжения?" Аню буквально вымораживало. Вопрос для андроида совершенно нормальный, не придраться. Но она, черт дери, покупала не кофеварку с кнопкой "вкл/выкл" за сто тысяч, не было нужды так уж тыкать ее носом, что Гриша исключительно выполняет приказы.

– Распоряжений не будет.

– Перехожу в режим ожидания.

Аня швырнула сумку на пол и процедила:

– Гриша, да хватит уже. Меня чуть не пристрелили, у меня, оказывается, растут фикусы, и еще ты...

На "еще ты" Аня разумно решила остановиться. Если уж она не закатила никакой истерики Андрею, к которому, прямо скажем, имела куда больше вопросов, чем к Грише, то и тут начинать не стоило. Тем более, что последние шесть часов она провела, прямо скажем, хорошо. Если вообще можно говорить о хорошем времяпрепровождении с человеком, которого когда-то в прошлом сильно любил, а теперь не любишь. С другой стороны, отсутствие любви в постели и ей не сильно мешало, и на талантах Андрея никак не сказалось. Разве что решительно не хотелось трепаться после, поэтому она свалила в пределах вежливости, но довольно быстро. Не как проститутка, сделавшая свое дело, но и не как человек, претендующий на место где-то, кроме спальни. Сердце господина Дегтярева было прочно занято WarGear Corp., и Ане было уже не двадцать пять, чтобы сдуру тягаться с такими величинами. Какой-никакой жизненный опыт появился.

– В общем, Гриш, не надо...

– Определенно, никогда не стал бы в тебя стрелять. Всегда оставлять меня дома, отправляясь в места, где в тебя стреляют другие, также является твоим решением, на которое я не влияю. А про фикусы написано в записке. Технически их купил я.

Аня вздохнула и пробежала несколько летящих строчек глазами. Можно было просто на бумажку посмотреть, не читая, чтобы понять: это творчество Леси.

"Ника его овца тупая из дома выставила. Обе его овцы, я имею в виду. Пустила к тебе пожить, все равно тебя месяцами не бывает. Сделай вид, что любишь цветы, потом выкинешь. Ругаться будем, как позвонишь. Леся. P.S. Не рычи на Гришу - это я его заставила!"

Аня вылезла из верхней одежды и потащилась в ванную. "Не рычи на Гришу" - отличный был совет, но малость несвоевременный. Толку рычать было, она с ним уже как-то поговорила так, что тот второй год при одном виде Ани превращался в очень убедительный бездушный автомат. Это Гриша-то, самой природой лишенный актерских способностей. Или, правильнее будет сказать, человеком принципиально ими не наделенный. Она давно знала, что при Лесе Гриша так бодро кофеваркой не прикидывается.

"Надо перевесить приоритет".