Чтение онлайн

– Но между тем у вас были ее фотографии, причем она была там снята в очень откровенных позах, – возразил Валера. – И вы их всем показывали. Я в стране всего несколько часов, а мне четыре человека рассказали об этом.

– Мы нашли эти фотографии у нее в спальне! – рявкнула я.

– И не отдали их следствию. Нехорошо, – укорил нас Кротов.

– Виноваты, – с готовностью признала Мариша. – Бес попутал. Но никаких сексуальных домогательств к Миле у нас не было.

– Что-то он вас слишком часто путает, – продолжал ворчать Валера. – Сначала обманули Вадика, – и он кивнул на Кротова, – сказав, что вы соседки убитого, а на самом деле вы даже и близко к дому убитого Федорчука не жили, потом поперлись с ним к Аполлону, затем начали самостоятельное расследование, а теперь еще и это.

– Оставь их, – примирительно сказал Кротов. – Девочки, давайте раз и навсегда выясним отношения, и больше недоразумений между нами не будет. Вы нам честно и откровенно рассказываете, откуда вы знали чету Федорчуков и почему вы взялись расследовать их смерть. А то, сами понимаете, ваше поведение даже для нас выглядит странно, а что уж говорить про испанцев.

– Но это останется между нами? – полувопросительно сказала моя подруга.

Кротов кивнул, Валера отрицательно покачал головой.

– Как вас понимать? – растерялась Мариша.

Кротов вместо ответа о чем-то пошушукался с Валерой и сказал:

– Рассказывайте, если на вашей совести нет других трупов и прочего криминала, то мы никому не проболтаемся.

И мы с Маришей подробно рассказали о том, что познакомились со Степой случайно. И непонятно почему он принял нас за частных детективов и просил проследить за его женой. Покончив с враньем, мы начали рассказывать правду. Про деньги, которые он нам оставил, чтобы мы нашли его убийцу, про его подозрения, про то, как мы приехали сюда, чтобы поговорить с Милой, но ничего толком не узнали, а ее тут же убили.

– Значит, единственная существенная вещь, которую вам удалось узнать, – это то, что Мила хранила у себя пленку с какой-то записью и берегла эту пленку пуще глаза, – подытожил нашу исповедь Кротов.

– А он умней, чем кажется, – шепнула мне на ухо Мариша.

– И где эта пленка сейчас? – спросил Валера.

– Не знаем, – пожала плечами моя подруга. – Последней видела Милу ее соседка, она говорит, что Мила в ту ночь выходила куда-то из комнаты со свертком, где вполне могла быть видеокассета.

– Опять эта Софи, – озабоченно пробормотал Валера. – Что-то больно много она знает.

– Думаешь, и ее того, убьют? – испугалась я.

– Не знаю, но все-таки последить за ней не мешает, – сказал Валера. – А какой тут принцип подселения? Если вдруг приезжает новенький?

– Не знаем, нас вот в одну комнату поселили, – сказала я.

Но Валеру это не удовлетворило, и он пошел узнавать у Ситы. Вернулся он очень довольный.

– Тут такое дело, – сказал он. – Сита сказала, что у них было несколько пустых комнат, Милу можно было бы поселить в любую из них. Сита так и намеревалась сделать, но Софи сама вызвалась, чтобы новенькую подселили к ней. Причем она это сказала еще до того, как Мила приехала.

– Ну и что?

– Может быть, и ничего, – загадочно ответил Валера. – Кстати, эту Софи никто не видел с самого утра, а сейчас на дворе ночь.

Не успел он это сказать, как в дверь постучали. Следом вошел Маноло и разразился пылкой речью. Остальных испанцев я временами понимала, но что касается Маноло, то его я могла понять только по жестам, которыми он украшал свою речь. Его испанский скорее затруднял общение, чем помогал, так как половину звуков Маноло проглатывал, а остальные извращал до неузнаваемости. Но я все же поняла, что время уже позднее, а мы тут уединились в четырех стенах с мужчинами и непонятно чем занимаемся. Он был очень недоволен тем, что приходится объяснять нам такие очевидные вещи, но уходить не собирался. Пришлось отложить обсуждение нашего плана до завтрашнего утра и распрощаться с ребятами. Только после этого Маноло оставил нас в покое.

Уже вторую неделю полным ходом шло следствие по делу убитого Федорчука, работавшего до последнего времени в частной фирме личным шофером у Аполлона Митрофановича. Вернее, следствие делало вид, что активно идет вперед, а на самом деле… Собрано было всего с гулькин нос.

Отработав нескольких подозреваемых, следствие пришло к выводу, что шоферу каким-то образом довелось узнать нечто такое, что сделало его опасным для шефа. Например, присутствовал при нелегальной сделке или даже криминальном преступлении. За Аполлоном было установлено наблюдение, которое оказалось далеко не бесплодным. В его окружении насчитывалось несколько явно криминальных типов, которые вполне могли прикончить беднягу шофера, если им за это было заплачено.

Расследовать заказные убийства, как по опыту знал Николай Валентинович, сложней всего. Обычно человек, которому выгодна смерть другого, оказывается чистеньким и не у дел. Алиби у него тоже – не подкопаешься. Заказчика выдать может только сам киллер, а для этого его нужно найти и поставить в такие условия, чтобы он захотел сказать правду.

Наконец после многих дней работы, которая не приносила успеха, следствию повезло. Аполлон Митрофанович допустил прокол. Он встретился с неким Крысой, хорошо известным органам рецидивистом и уголовником, неоднократно сидевшим за вооруженный грабеж и прочие малосимпатичные делишки.

На Крысу было заведено целое досье, в котором лежали, кроме его собственных фотографий, снимки бывших его подельников и тех, кого подозревали в связи с ним. Среди них физиономии двух типов – соседи убитого Федорчука опознали в них парней, которые спускались по лестнице незадолго до того, когда было обнаружено тело.

Майор уголовного розыска Николай Валентинович Перлов возлагал на их задержание большие надежды. Они должны были многое порассказать о последних минутах жизни Федорчука. Но надежды надеждами, только дело дальше их не пошло. Подозреваемые словно сквозь землю провалились. Не было их ни дома, ни в возможных малинах, облава по городу тоже не дала результатов. И тут, словно манна небесная, – звонок девиц из Испании.

– Немедленно соглашайся, – рявкнул майор в трубку, когда Кротов позвонил ему, спрашивая совета.

Николай Валентинович самолично в сопровождении Кротова съездил к Аполлону Митрофановичу, с пристрастием следил за его реакцией в ответ на сообщение об убийстве Милы. Увы, ничто не выдало директора, показав, что эта новость для него – далеко не новость. Он убивался вполне натурально, и слезы из его глаз лились рекой. Аполлон горел желанием найти убийцу и отомстить ему.

Получив деньги, майор отправил двух сотрудников в далекую страну и стал ждать результатов, объявив начальству, что оба убийства, вероятно, связаны, а стало быть, следы убийцы теперь нужно искать в Испании. Таким образом, ловко сложив с себя всякую ответственность в случае провала, майор и в самом деле стал ждать вестей из-за границы.

А в Испании оба опера, не жалея себя, шли по следам убийцы Милы. С утра парни отправились в местное отделение полиции, чтобы умолить тамошнее начальство дать им возможность ознакомиться с делом. К счастью, в испанской полиции сидели симпатичные люди, которые были отнюдь не против, чтобы кто-то другой выполнил за них работу. Этим они выгодно отличались от американских полицейских участков, которые вечно грызутся между собой, кому вести данное дело. А уж когда приезжает чужак, то ему вообще не на что рассчитывать. Но в Испании все было не так.