Чтение онлайн

Сэр Томас разомкнул запёкшиеся губы и невнятно произнёс:

– Нет. Клянусь Господом нашим Иисусом Христом…

– Что? – переспросил епископ. – Говорите громче!

– Нет, – преодолевая боль, повторил сэр Томас, – Елизавета не знала о заговоре.

Епископ снова кивнул палачу, и он повернул колесо ещё немного. Сэр Томас захрипел, из горла его пошла кровь.

– Принцесса Елизавета знала о заговоре? Отвечайте! – крикнул епископ.

– Нет, – захлёбываясь кровью, проговорил сэр Томас. – Господом нашим Иисусом Христом клянусь, что Елизавета ничего не знала о заговоре.

– Повторите ещё раз!

– Господом нашим Иисусом Христом клянусь, что принцесса Елизавета ничего не знала о заговоре, – неожиданно чётко произнёс сэр Томас и уронил голову набок. Тело его обмякло; палач подошёл, приподнял веки сэра Томаса, пощупал пульс и сказал:

– Больше нельзя. Может умереть.

– Ладно, – ответил епископ. – Остановимся пока на этом.

– Прикажете его снять? – спросил палач.

– Погодите. Сейчас мы поспрашиваем ещё одного человека, и пусть он поглядит на этого злодея. Введите! – закричал он стражникам.

В камеру ввели Роберта Дадли. Увидев истерзанного сэра Томаса, он пошатнулся и побледнел, как полотно.

– Вы знаете его? – спросил епископ, указывая на сэра Томаса.

– Нет, впервые вижу, – сдавленным голосом ответил сэр Роберт.

– Вы уверены?

– Да.

– Разве это не тот человек, от которого вы недавно получили записку? Записку, которую вы передали господину лорд-канцлеру.

– Боже мой! – простонал сэр Роберт. – Да, это он, я его сразу не узнал.

– Вы часто виделись с ним?

– Я вообще с ним не виделся, – торопливо стал объяснять сэр Роберт. – То есть я виделся с ним, но много лет назад, когда был ребёнком.

– А после вашего возвращения в Лондон?

– Нет, клянусь!

– А после того, как получили от него записку?

– Нет же, говорю вам, – муками Иисуса клянусь, что нет! – воскликнул сэр Роберт.

– Вот эту записку вы от него получили? – епископ протянул сэру Роберту листок.

– «Простите, что обращаюсь к Вам запросто после того, как наше знакомство было прервано на много лет… У меня есть к вам важное, не терпящее отлагательства дело… Подробности при личной встрече… Прошу назначить как можно скорее время и сообщить мне…», – прочитал сэр Роберт. – Да, это она.

– Но вы не встретились с этим человеком?

– Нет, клянусь вам! Я написал в ответ, что не могу с ним увидеться в ближайшее время, потому что должен сопровождать её величество королеву Марию на молебен в монастырь Жён Мироносиц, – и, вообще, я не хочу, чтобы он тревожил меня впредь. Это чистая правда, ваше преосвященство, поверьте мне! – сэр Роберт приложил руку к сердцу. – Да и сэр Стивен, то есть господин лорд-канцлер, знает об этом. Спросите его, прошу вас, он подтвердит мои слова!

– Ладно, – сказал епископ. – А что вы можете сообщить мне о заговоре против королевы? Что вам известно о нём?

– Заговор?! Против королевы?! – с ужасом переспросил сэр Роберт. – Господи, помилуй нас!

– Правильно ли я вас понял, что вам неизвестно об этом заговоре?

– Честью клянусь, что неизвестно! Да разве я посмел бы выступить против её величества? После того, как я… после того, как она… – запнулся сэр Роберт.

– Ладно, будем считать этот вопрос исчерпанным… Пусть его уберут и позовите к нему врача, – приказал он палачу, кивая на сэра Томаса. – А мы с вами продолжим разговор в другой комнате в присутствии ещё одной персоны, – сказал епископ сэру Роберту. – Прошу следовать за мной.

Сэр Роберт хотел сделать шаг и не смог, ноги его не слушались.

– Помогите джентльмену, – обратился епископ к стражникам. – Нам надо дойти до Бочампской башни…

В Бочампской башне Тауэра находились светлые и просторные комнаты для высокопоставленных персон. Поднявшись по последней лестнице, епископ Эдмунд подвёл сэра Роберта к широкой двери и дал знак стоявшему здесь на карауле гвардейцу открыть засов. Оставив стражников за дверью, епископ взял сэра Роберта под руку и вошёл.

– Разве теперь не принято стучаться, когда вы входите к даме? – раздался недовольный женский голос. – Подобная бесцеремонность недопустима даже для священника.

– Прошу прощения, – с трудом выдавил из себя епископ, – но вы здесь не в своём дворце. Здесь церемонии неуместны.

– Какая ерунда! – сказала, подойдя к епископу, молодая дама. – Женщина везде остаётся женщиной, – или вы надеетесь, что Тауэр сделает из меня мужчину?

Сэр Роберт узнал принцессу Елизавету.

– Ваше высочество, – поклонился он ей.

– А и вы тут, милорд! Ходите под ручку с епископом, как его лучший друг, – язвительно заметила Елизавета. – Поздравляю вас, вы высоко шагнули.

– Но я… Нет… – смешался сэр Роберт.

– Великолепная речь! Вы всегда славились своим красноречием, – колко продолжала Елизавета.

– Я пришёл, чтобы задать вам несколько вопросов… – начал было епископ.

– А с чего вы решили, что я буду отвечать на них? – прервала его Елизавета. – Вначале объясните мне, как вы посмели арестовать и поместить в тюрьму особу королевской крови, принцессу Англии? Если вы отказываете мне в праве быть женщиной, то моё происхождение вы у меня не отнимете. Вы понимаете, на кого подняли руку? Смотрите, как бы вам не потерять голову.

– Я действую по приказу её величества королевы. Я исполняю её волю, – помрачнел епископ, – и вопросы задаю вам по её требованию.

– Ах, так? Её величество приказала посадить меня в Тауэр и подвергнуть допросу? – сказала Елизавета, в её глазах сверкнуло пламя. – Это меняет дело. Спрашивайте, я отвечу, – мгновенно справившись с собой, продолжала она.

– Вы не арестованы, вы помещены в Тауэр в интересах следствия. Я не собираюсь вас допрашивать, я только хочу расспросить вас кое о чём.

– Что-то я не улавливаю разницы, – с усмешкой ответила Елизавета. – Но приступим к вашим вопросам. Я жду.

– Первый вопрос. Знаете ли вы этого человека? – епископ показал на Роберта Дадли.

– Я знаю этого человека. Это сэр Роберт Дадли, – ответила Елизавета.

– Очень хорошо. А как давно вы его знаете?

– Я давно его знаю. Я познакомилась с ним, когда мне было лет семь или восемь. Мы играли в догонялки, он меня не догнал, очень расстроился и плакал из-за этого.

– Это не важно, – сказал епископ. – Отвечайте только на мои вопросы.