Циолковский
Шрифт:
Ему принадлежит интересная книга «Галилей и Ньютон». Он состоял в переписке с Д. И. Менделеевым и рядом выдающихся русских писателей.
Ассонов считал своим долгом всемерно поддерживать борцов за передовые идеи в науке и общественной жизни, особенно выходивших из трудовой среды. Поэтому, узнав о переезде в Калугу самоучки-изобретателя, который своими трудами в области летания обратил на себя внимание наиболее выдающихся русских ученых, Ассонов поспешил познакомиться с ним.
Быстро распознав под скромной наружностью Циолковского крупное научное дарование, Ассонов ввел его в редакции различных журналов. Это было очень важно для Константина Эдуардовича, так как публикация работ являлась единственно возможным для него обращением к общественному мнению в борьбе с могущественными противниками из VII Отдела и Воздухоплавательного парка.
Городской сад в Калуге (начало XX века).
Особое значение имело для Циолковского знакомство с М. М. Филипповым, основавшим в 1894 году первый большой научно-популярный журнал в России с ярко выраженным материалистическим направлением. Именно в этом журнале Циолковский в дальнейшем поместил ряд своих наиболее серьезных работ.
Печатая статьи Циолковского, редакции журналов предоставляли ему известное количество отдельных оттисков. Снабдив их обложкой, Циолковский получал своего рода отдельное издание, которое и рассылал, кому считал нужным, или же пускал в продажу, что при ограниченных средствах ученого также имело значение.
Ассонов познакомил Циолковского с А. Н. Гончаровым (племянником известного писателя А. И. Гончарова) и его женой, которая очень помогла Константину Эдуардовичу в переводах различных его статей на иностранные языки.
Ассонов же связал Циолковского с интересным и весьма деятельным Нижегородским кружком любителей физики и астрономии [52] . С большим трудом отстаивая свое существование, такие кружки объединяли небольшие коллективы прогрессивных работников науки в провинции. Нижегородский кружок, основанный в 1888 году, был наиболее передовым в России в области астрономии. Председатель кружка С. В. Щербаков, с которым у Циолковского сложились самые дружеские отношения, в течение многих лет неизменно оказывал Константину Эдуардовичу содействие в научной работе.
52
Кружок этот существует и теперь под названием «Горьковское общество любителей астрономии и геодезии».
Еще в молодости Циолковский увлекался астрономией. Дальнейшие размышления на эту тему привели его к вопросам небесной механики. Большинство работ в этой области написано Циолковским в форме научно-фантастических повестей, наиболее способствовавших популяризации его идей.
Епархиальное училище в Калуге. Современная фотография.
В начале 1893 года Циолковский послал Нижегородскому кружку несколько своих печатных работ и рукопись «Всемирное тяготение, как источник мировой энергии».
В последней работе Циолковский популярно доказывал, что сжатие звезд (и Солнца, как одной из звезд) силою тяготения является источником энергии, в течение миллионов лет поддерживающей их излучение. Эта энергия в тысячи раз более химической энергии вещества тех же звезд (радиоактивной, еще более могущественной энергии в то время не знали). Циолковский выводил в своей работе также законы выделения тепла небесными светилами и ускорение их вращения от сжатия. Работа заканчивалась вычислениями, согласно которым радиус нашего Солнца через двенадцать с половиной миллионов лет должен уменьшиться на 0,3 своей нынешней величины.
С этой работой у Циолковского произошло то же, что с некоторыми другими трудами боровского и раннего калужского периодов: сказалась длительная оторванность от научных центров, недостаток книг и научных журналов. Вскоре после опубликования работы Циолковскому пришлось убедиться, что аналогичные идеи были до него развиты в работах выдающихся ученых Гельмгольца и Вильяма Томсона (он же лорд Кельвин). В дальнейшем было установлено, что теория Гельмгольца и Кельвина не объясняет полностью продолжительного существования звезд и, в частности, Солнца в раскаленном виде. Энергии, получающейся в результате сжатия звезд, для этого недостаточно.
Английский ученый Резерфорд указал, что источник энергии, поддерживающей лучеиспускание, надо искать в радиоактивных процессах, происходящих внутри звезд.
Однако ряд попыток построить теорию радиоактивных процессов, происходящих, например, на Солнце, еще не привел к определенным результатам. Лишь в 1938 году молодой советский ученый профессор Л. Ландау выдвинул совершенно новую теорию, которая как бы объединяет прежнюю гипотезу Гельмгольца с современными представлениями о радиоактивных явлениях [53] .
53
Эта теория объясняет происхождение звездной энергии конденсацией вещества внутри звезды, происходящей за счет перехода ядер атома и электронов в нейтроны. Материя в таком нейтральном состоянии может достигнуть колоссальных плотностей, в биллион раз превышающих плотность вещества в обычном состоянии. Энергии, выделяемой при подобной конденсации вещества, оказывается достаточно, чтобы пополнить потери от звездного излучения.
В том же 1893 году Циолковский написал интересную научно-фантастическую повесть «На Луне», которая была напечатана дважды — в журнале московского издательства Сытина «Вокруг света» и тем же издательством в виде отдельной книжки.
В повести Циолковский развивает мысли, уже высказанные в сочинении «Свободное пространство».
Герой повести видит во сне, что он с товарищем попал на Луну. Увлекательно описаны все переживания друзей, связанные с этим фантастическим путешествием по долинам, горам, кратерам и вулканам Луны.
Изложение отчасти напоминает известного французского популяризатора астрономии К. Фламмариона (1842—1925), с той, однако, разницей, что последний ограничивался лишь изложением в блестящей общедоступной форме уже всеми признанных достижений научной мысли в области астрономии, тогда как Циолковский, помимо этого, старался изложить и свои оригинальные взгляды на космическое пространство и происходящие в нем явления.
Весной следующего года Циолковский принялся за большую рукопись, озаглавленную им «Изменение относительной тяжести». В ней описывается новое воображаемое путешествие автора по солнечной системе, по Луне, планетам и астероидам. Все шире развивает он давно намеченную идею о возможности для человечества овладения космическим пространством. Рукопись эта не была напечатана, но Циолковский очень дорожил ею, как «воспоминанием молодых лет» [54] .
54
Лишь в 1935 году работникам Дома-музея Циолковского в Калуге удалось разыскать эту рукопись на чердаке старого дома Циолковского.
Новый переработанный вариант ее под названием «Грезы о земле и небе. Эффекты всемирного тяготения» Циолковский читал в кругу своих друзей. Научно-фантастические эпизоды жизни в среде без тяжести сменяются описаниями величественных картин вселенной, затем автор переходит к причудливым образам жителей астероидов.
«Когда я привык к ним и научился их зрительному языку (мне они приспособили особый механизм для «картинного» выражения своих мыслей), я с ними много беседовал...
Не буду говорить о формах их тела, потому что понятия о красоте даже у одной породы двуногих крайне субъективны; несмотря на это, могу сказать, что и для меня — человека — формы их показались в высшей степени изящны...
Нужно ли напоминать, что с астероидов Солнце кажется совсем маленьким и светит и греет в 3, 4, 5... даже 20 раз слабее, чем на Земле. Астероиды, близкие к Марсу, получают 1/3 долю того, что мы, но чем дальше от него, тем меньше света и тепла дает им Солнце.
Поэтому, судя по месту моего пребывания, для меня требовалась большая или меньшая защита от холода.
Иллюстрация А. Гофмана к фантастическому роману
К. Э. Циолковского «На луне» (1898).