Чтение онлайн

Кто-то приближался и не один. Их было несколько. И голоса. Опять моя дорогая, излюбленная паника.

— Наша дорогая гостья очнулась. Это хорошо, — голос мурлыкающий, но показался знакомым.

Голову повернуть я так и не смогла, но никто не подошел ближе, чтобы я рассмотрела.

— Ее нужно освободить, пусть осмотрится, — голос молодой, но и то же время показался знакомым.

Это не к добру.

— А если она вырвется? — о матушка, это уже третий, но, хвала богам, голос чужой, да и постарше первых.

— Эти цепи сам Лирбург изготовил. Он уверял, что ее сила останется закована внутри нее, — объяснил первый говоривший, но уже без мурлыканья.

Отлично, все-таки нашелся умник-артефактор. Чтоб ему… икалось.

Но тут я заметила подошедшого.

— Ну привет, моя дорогая. Давно не виделись.

И почему я не удивлена? Уже тогда я ощутила его гнилую душу. Могла и догадаться, только до сих пор не верится, что у него хватило мозгов. Видимо, хватило. Умно он всех обвел вокруг пальца.

Пока я могла только прожигать его взглядом. Но после некоторых его манипуляций, я ощутила свое тело. И поняла, что могу говорить, поэтому прокляла его как могла:

— Да будь ты проклят, смазливый гаденыш, гори в аду, чертов лорд Радзивиль.

Но его только развеселила моя пылкая речь. Усмехнулся, но промолчал. И я тут же начала осматриваться.

— О, лорд Бекер! Какая приятная встреча, — и перевела взгляд на лорда Радзивиля. — А вы прекрасная пара. Гнильцо притягивает гнильцо.

— Лучше замолчи.

— Неужели я угадала, и правда глаза колет, лорд Бекер?

Даже сама себе удивляюсь. Но лучше язвить, чем помирать от страха. Или это я от ужаса страх потеряла?

— Пусть говорит, пока может, — ответил Радзивиль лорду Бекеру.

Вот черт, и как это понимать?!

— Господа, может быть, вы просветите меня? — решила я спросить, когда поняла, что дальше раскрывать для меня детали не собираются.

Лорд Радзивиль только усмехнулся на мою просьбу.

Я задергалась, оказывается, руки и ноги мои были в цепях. Силу я не чувствовала, применить не могла, да и если бы могла, какой смысл от того, что я остановлю время вокруг? Так, надо думать. Повертев головой, заметила, что на самом деле я в пещере, во всяком случае, очень похоже. На одной стене виднелась дверь, а тут, сбоку, я заметила движение. Точно, ведь был еще и третий.

Ко мне подошел последний соучастник. Старый, сморщенный и отвратительный старикашка. Чудо, что он еще жив. Но увидев мое не особо радужное выражение лица, он единственный решил хоть что-то сказать:

— Ну что вы, дорогая. Не кривитесь так. У любого дара свои побочные эффекты, — сейчас его голос показался совсем крякающим, словно сама смерть говорила со мной.

С молодими лордами хотелось язвить, а от этого старика — спрятаться. В нем чувствовалось что-то зловещее.

— Тогда лучше не иметь дара.

— И мы тебе в этом поможем, заберем его.

— Зачем он вам?

Если умирать, то хотя бы знать за что. А в том, что меня принесут в жертву, я была уверена, так как одно поняла точно. Я лежу на алтаре. И сюда меня положили уж точно не для того, чтобы я отдохнула.

— Я уже стар, прожил несколько столетий, и никакая сила не поможет мне протянуть дольше. Слишком много истратил, и сила других уже не помогает. А своих деток воскрешать сил больше нет.

Да он больной на всю голову, он назвал анхальтов детками? Такой точно меня не пожалеет.

— Если она вам не помогает, то и я не смогу. Так что, вы меня отпустите, и дружно разойдемся. Как вам такой план?

— Мне не поможет, но вот моему сыну подпитка пригодится.

И старик перевел свой взгляд на лорда Радзивиля. И его, как выяснилось, сын продолжил рассказ:

— Ты очень подпортила мои планы, когда убежала. Мне ведь была нужна девственица с активным даром. И когда мне доложили, что ты вышла замуж, я весьма огорчился. Я и подумать не мог, что благородная девушка обратит внимание на такого… Но меня успокоили тем, что этот старый обряд частично объединяет силу двух. Хоть вы и делитесь силой, но ваша собственная возрастает.

Он все говорил, а мне не верилось. Неужели мне через столькое пришлось пройти, чтобы угодить в руки этим больным на всю голову людишкам? Только я не могла понять одного.

— Но зачем вам свергать самого короля?

Мой вопрос преобразил старого лорда. Столько злости и ненависти было в его взгляде!

— Да затем, что он самозванец. Наш род должен был занять престол. Наш! — и дальше он начал бредить, по крайней мере, так выглядело со стороны. — Это мой род создал Ангардию. Отвоевал эти земли, а потомки Веттона убили своего предводителя. Будь он проклят! Но ничего, истина восторжествует.

Он там еще что-то говорил и говорил, но бурча себе под нос. Я ничего не могла понять. А два молодых лорда тихо переговаривались между собой.

— Эй, лорд Бекер, а что вы забыли здесь? Жили бы спокойно, а тут смертная казнь маячит перед вами.

Мои слова его только рассмешили. И я совсем запуталась. Они так уверены, что их никто не тронет, или у них с головой не все в порядке?

— Нас никто не будет казнить. Попросту никого не осталось, кто сможет этого сделать.

— Я не поняла, что вы хотите этим сказать?

— Все значимые персоны на нашей стороне. Нас сотни. А ты всего-лишь маленькая песчинка в этом большом море. Смирись. Ничего не изменить.

Теперь в моей голове звучало только одно «нас сотни». Я все прокручивала слова лорда Бекера и не верила им. Такого просто не может быть. Или может? Ведь тогда на балу я со столькими познакомилась. Моя интуиция молчала. А на лорда Бекера меня сразу же потянуло. Или все было просчитано с их стороны? Да какой-то кошмар! А Арес, я уверена, у него много сторонников. А его друг, лорд Ферн? Он ведь хороший человек и дипломат. Я понимаю, что эти войны длились столетиями, и за это время они на самом деле могли перетянуть на свою сторону столько людей, но не сотни же.

Размышляя таким образом, я осталась одна. Говорили ли они что-то напоследок, я не знаю. Но спасибо им за то, что хоть магическую лампу оставили.

Арес, милый мой, где ты? В мыслях я звала его, пыталась докричаться. Желала ему поскорее найти меня. Хотя и понимала, что это без толку, но ведь нужно на что-то надеяться.

Чем дольше шло время, тем больше я понимала, что мне не спастись. И какой толк был от моего обучения, если я ничего не могу сделать. Руки и ноги плотно пристегнуты. И еще малоприятное — мне нужно в уборную. Но, видимо, тут никого не интересуют мои желания. Да и зачем, если мне не жить.