Чтение онлайн

— Никогда я не ощущал такого прилива силы, не пролив сперва крови.

— Тут я верю вам на слово, — ответила я.

Ричард нависал надо мной, будто хотел бы помочь, но боится до меня дотронуться. Он полыхнул взглядом на Жан-Клода:

— Что вы с нами сделали?

— Я? — Красивое лицо Жан-Клода было очень спокойно, глаза полузакрыты, губы раскрыты. — Ничего.

— Это ложь, — сказал Ричард. Он сел на корточки чуть поодаль, достаточно далеко, чтобы не коснуться меня случайно, но достаточно близко, чтобы между нами ползла эта висящая в воздухе сила. Я отодвинулась и выяснила, что близость Жан-Клода не намного лучше. Что бы это ни было, только не разовое явление. Этот потенциал все еще был в воздухе и у нас под кожей.

Я поглядела на Ричарда:

— Ты полностью уверен, что он что-то сделал. Я бы хотела тоже поверить. Но что ты знаешь, чего не знаю я?

— Я этого не делал. Ты не делала. А магию я могу учуять. Значит, кроме него некому.

Учуять? Я повернулась к Жан-Клоду:

— Итак?

Он рассмеялся, и этот смех скользнул у меня по спине меховой кистью — мягкий, скользкий, щекочущий. Слишком быстро после той бешеной силы, которую мы испытали только что. Я вздрогнула, и он засмеялся громче. Это вредно, и ты знаешь, что этого делать не надо, но прекращать не хочется. Его смех всегда был опасно заманчив, как отравленная конфета.

— Клянусь любой клятвой, которой вы согласны поверить, что я ничего нарочно не делал.

— А что вы сделали случайно? — спросила я.

— Задайте тот же вопрос себе, ma petite. Я здесь не единственный мастер сверхъестественного.

Да, здесь еще и я.

— Вы хотите сказать, что это сделал один из нас?

— Я хочу сказать, что я не знаю, кто это сделал, и не знаю, что это было. Но месье Зееман прав, это была магия. Чистая сила, от которой встанет дыбом шерсть у любого волка.

— Что это должно значить? — спросил Ричард.

— Если ты владеешь подобной силой, мой волк, даже Маркус может перед ней склониться.

Ричард подтянул колени к груди, обхватив их руками. Взгляд его стал далеким и задумчивым. Эта мысль его заинтересовала.

— Я что, единственная в этой комнате, которая не пытается объединить свое царство?

Ричард посмотрел на меня почти извиняющимся взглядом.

— Я не хочу убивать Маркуса. Если я смогу продемонстрировать ему такую силу, он может отступить.

Жан-Клод улыбнулся мне — очень довольной улыбкой.

— Вы признаете, что он — не человек; а теперь он хочет силы, которая сделает его вожаком стаи. — Улыбка его стала шире и перешла в очень короткий смех.

— Я и не знала, что вы увлекаетесь музыкой пятидесятых, — сказала я.

— Есть много такого, чего вы обо мне не знаете, ma petite.

Я смотрела на него, не отводя глаз. Представить себе, как Жан-Клод танцует буги-вуги в «Шангри-ла» — это чуднее всего, что я этой ночью видела. В наг я еще могу поверить, но что у Жан-Клода есть хобби — это уже слишком.

Горячая ванна. Снова широкая футболка, тренировочные и носки. Я буду единственная в этой комнате одета чучелом. Надо при первой возможности купить что-нибудь вместо этого черного халата.

Они сидели на диване, отодвинувшись друг от друга как можно дальше. Жан-Клод сидел как манекен, рука на спинке дивана, другая рядом с коленями. Еще он положил ногу себе на колено, будто показывая совершенство своих мягких туфель. Ричард свернулся на своем конце дивана, подтянув колено к груди, а другое положив на диван согнутым.

Ричард выглядел уютно, а Жан-Клод — будто ждал модного фотографа. Двое мужчин в моей жизни — это было почти невыносимо.

— Я собираюсь поспать, так что все, кто здесь не остается, — на выход.

— Если вы обращаетесь ко мне, ma petite, у меня нет намерения уходить. Разве что Ричард уйдет вместе со мной.

— Стивен сказал тебе, зачем я здесь. Ей после травмы нельзя быть одной.

— Посмотри на нее, Ричард. Разве она выглядит больной? — Он изящно показал рукой. — Я признаю, что она получила некоторые повреждения. Но твоя помощь ей не нужна. Возможно, даже моя не нужна.

— Я пригласила Ричарда остаться у меня. Вас я не приглашала.

— Но вы приглашали меня, ma petite.

— Во-первых, перестаньте меня так называть. Во-вторых, когда это я вас приглашала?

— Последний раз, когда я здесь был. Кажется, в августе.

Черт, я и забыла! Это было хуже, чем неосторожность. Я поставила Ричарда под удар. Мы тогда договорились, но я не знала этого, когда я оставляла его одного, оставляла одного там, куда Жан-Клод может приходить и уходить по своему желанию.

— Я это могу исправить прямо сейчас.

— Если вам будет приятен этот театральный жест, не стесняйтесь, но Ричард не должен провести здесь ночь.

— Почему?

— Мне кажется, вы одна из тех женщин, которые, когда отдают свое тело, отдают и свое сердце. Если вы переспите с нашим мосье Зееманом, возврата уже не будет.

— Секс — это не обязательство, — сказала я.

— Для большинства людей — нет, но для вас — боюсь, что да.

То, что он так хорошо меня знает, заставило меня покраснеть. Черт бы его побрал.

— Я не собиралась с ним спать.

— Верю вам, ma petite, но я вижу, как вы следите за ним глазами. Он сидит здесь, такой красивый, теплый и очень живой. Если бы меня не было в минуту вашего прихода домой, вы бы устояли?

— Да.

Он пожал плечами:

— Наверное. Ваша сила воли просто пугает. И все же я не могу так рисковать.

— Вы не верите, что я не буду к нему приставать?

Снова то же пожатие плеч, которое могло значить что угодно. Улыбка у него была манящая и снисходительная.

— Почему? Вы сами к нему неравнодушны?

Вопрос застал его врасплох, и удивление Жан-Клода вполне стоило гримасы отвращения на лице Ричарда. Жан-Клод посмотрел на Ричарда, уделив ему все свое внимание. Он оглядывал все его тело медленным, проникновенным взглядом, и этот взгляд не остановился в паху или на груди, но поднялся до шеи.

— Это правда, что кровь оборотней бывает слаще крови людей. И это потрясающее ощущение, если можно этого добиться и не быть разорванным на части.

— Вы говорите, как насильник, — сказала я.