Чтение онлайн

— Где же Нечто номер два?

Клоун издал небольшой смешок. Звук, доносящийся из-за маски, был приятным и резко контрастировал с костюмом монстра.

— Если это что-то из поп-культуры, то, боюсь, я не знаю, о чем идет речь. Я смотрю много фильмов, чтобы освоить человеческий язык, но в конце концов все равно остаюсь монстром из Нижнего мира.

Монстр из Нижнего мира? Лолли вскользь упоминала, что она оттуда, но она не была похожа на монстра из ада. С другой стороны, под маской этого парня скрывается кто угодно.

— Что, в аду нет доктора Сьюза? — Я попыталась пошутить, но поморщилась. Страх, который я переняла от упыря, словно затвердел внутри, застыл, как цемент.

— Боюсь, что нет. А мой брат, наверное, пошел убирать за тобой. Никто не узнает, что произошло.

— И что, я теперь тебе должна?

— Должна.

— Отвали. — Я полоснула бы когтями по его лицу — поскольку все еще была в форме монстра, мой красивый розовый маникюр был острым как бритва. Я могла бы перерезать ему горло, если бы он подошел достаточно близко. Это было бы убийство номер два за сегодня. Хотя мысль об убийстве этого человека почему-то навевала на меня тоску. Наверное, от того, что я чувствовала от него. Он не казался злым или мерзким.

Если уж на то пошло, я наконец-то смогла вздохнуть, когда он был рядом.

Он крепко сжимал мое запястье, и, хотя я не видела его глаз через сетчатые экраны маски, я чувствовала, как его взгляд прожигает меня.

Чтобы еще больше сбить меня с толку, его большой палец провел нежные круги по внутренней стороне моего запястья.

— Ты в порядке?

— Почему тебя это волнует? Разве это не та часть, где ты меня должен съесть?

Я ожидала, что он снова рассмеется. Вместо этого он наклонил голову, и я почувствовала, как его взгляд усилился.

— Ты хочешь, чтобы я тебя съел?

В его тоне не было ни малейшего намека на то, что это шутка. Он задавал серьезный вопрос.

Да. Нет. Черт. Может быть.

Я все еще лежала на боку, а он склонился рядом со мной, огонь под котлом с ведьмами, состоящий из оранжевой светодиодной лампы, вентилятора и полосок ткани, горел янтарным светом.

Внезапно внутри меня словно взорвался клубок напряжения. Я перевернулась на бок, свернувшись калачиком, стиснула зубы с такой силой, что казалось, они могут треснуть.

На лбу выступили бисеринки пота. Волосы прилипли к вискам. Я чувствовала себя отвратительно.

Именно в этот момент клоун должен был отступить. Мне казалось, что в любую минуту я сгорю со всех сторон. Это было хуже, чем пищевое отравление, которое однажды я подцепила от ужасного буррито с креветками.

Но он отступил, сел сбоку, обхватил меня и притянул к себе.

И вот я, больная на всю голову, обнимаю клоуна за пластиковым котлом в нескольких футах от безголового упыря, которого только что убила. И кто сказал, что романтика мертва?

— Если ты подпитаешься от кого-то более сильными эмоциями, тебе станет легче.

— Так вот что это? Выставляешь себя героем только для того, чтобы залезть ко мне в штаны?

Он издал мрачный смешок.

— Это один из способов поблагодарить меня за то, что я убрал за тобой и предложил тебе поесть.

Он наклонился, положил руку на землю передо мной, прижимая меня к своей твердой груди. Он был таким теплым, и его аура была… успокаивающей. Это был разительный контраст с его грубым, полным голода голосом, пробивающимся сквозь ухмыляющийся рот маски.

— Мы оба знаем, что ты хочешь, чтобы я прикоснулся к тебе, маленькая предвестница, — сказал он, его стальной голос окутывал бархатом. — Может быть, ты и смертная, но все еще суккуб. Твое тело знает, когда находит подходящую жертву.

Жертва. Ха. Вряд ли это слово я бы использовала для него. Но он не ошибся. Когда я подходила слишком близко к человеческому мужчине, меня всегда тошнило. Иногда, если я была очень голодна, то могла выдержать минет. Но они никогда, ни единого раза не прикасались ко мне.

Была ли «хорошая» идея позволить это клоуну? Мне даже неизвестно что у него на уме. Я не собиралась лишаться девственности с парнем в клоунской маске, даже если бы эта идея меня не возбуждала.

Но мне хотелось сделать хоть что-то. Никогда не была с монстром. Любопытство сжирало меня заживо.

Я закрыла глаза, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

— Что ты собираешься со мной сделать?

Он провел костяшками пальцев по моей руке, заставляя маленькие волоски встать дыбом от его прикосновения.

— Ничего такого, чего бы ты не хотела.

Я бы фыркнула, но даже малейший шорох в моей груди был полной агонией.

— Ну, разве ты не настоящий джентльмен?

— Не совсем. Обычно нет. Но ты только что видела, как насиловали девушку, и жестоко убила ублюдка за причиненное. Я не настолько глуп, чтобы стать вторым монстром мужского пола, попавшим в твой список убийств сегодня, Предвестница. Только не после того, как я увидел, что ты можешь сделать этим мечом.

Я повернулась, чтобы посмотреть на клоуна, хотя это было неприятно. По какой-то причине рядом с этим незнакомцем боль была не такой сильной.

— Сейчас у меня нет меча, так что ты в безопасности.

— Я так не думаю. У тебя есть другие способы вырвать мне кишки. — Клоун взял меня за запястье, и мой пульс начал учащаться, пока я смотрела, как он проводит моими пальцами по своей шее и просовывает их вверх под маску.

Стон застрял у меня в горле, когда я почувствовала, как его влажные губы сомкнулись вокруг моего коготка. Его язык пробежался по острому кончику, а влага прошлась по моей плоти дразнящими движениями.

— Это та часть, где ты начинаешь питаться, Предвестница.

Почему он продолжает называть меня так? Я не была предвестницей чего-либо. Я пришла сюда, чтобы… Мое сознание раздвоилось, ход мыслей потерялся. О, Боже.

Рот клоуна сомкнулся вокруг моего пальца, присасываясь к такой невинной части моего тела, отчего мои бедра задрожали, а место между ними раскалилось. Похоть накатывала от него волнами, невидимая энергия заполняла мой рот и скользила по горлу, плавно и легко.

Его вожделение было лучшим из того, что я когда-либо пробовала. Оно было насыщенным, бархатистым и рваным одновременно. И тяжелым, заставляло меня чувствовать себя… наполненной. Не в смысле насыщения. Оно растягивало меня изнутри. Чувствуя себя в моем тепле как дома.