Чтение онлайн

– Тебя не должно быть здесь! Твои глаза… Они розовые… Это ненормально… В России так принято? Ты похожа на монстра! – Тётенька замахнулась веником, злобно оскалившись. В сердце Маши что-то неприятно стукнуло. Пусть она не совсем понимает английский, но некоторые вещи понятны и так.

«Ты похожа на монстра!»

Эти слова, как пуля, выстрелили в сердце. В глазах защипало. Почему? Почему Машу так ранили эти слова? Ведь раньше ей было абсолютно все равно на мнение других людей.

– Я не монстр! – зло выкрикнула Маша на русском, оскалившись. Уклонившись от очевидного удара веником, девушка развернулась и побежала в сторону сена, на котором и очнулась. Дальше все пошло как в каком-то фильме. Мария быстро взобралась и оттолкнулась от сена, и, сделав кувырок назад, зацепилась руками за балку. Тётенька успела только рот открыть.

– Это что ещё за цирковые трюки? – Опешила та, пока беловласка пыталась подтянуться на балках. Благо, что она была гимнасткой, и подтягиваться умела. Встав ногами на балку, которая в ширину была примерно сантиметров двадцать пять, девушка смогла спокойно вздохнуть. Пока англичанка ругалась на своём языке, Мария продумывала дальнейшие действия. Пути тактического отступления, которые тут были – окно и парадная дверь. Окно закрыто, значит единственный выход – парадная дверь.

Недолго думая, Маша начала прыгать с балки на балку, постепенно приближаясь к двери. Балки были не такие уж и мелкие, но, так как ноги до сих пор немного дрожали, девушка не смогла удержать равновесие и кубарем полетела вниз.

– Твою… – Но та ничего не смогла сделать и единственное, что пришлось – принять удар.

Девушка зажмурила глаза и тут же почувствовала неприятное ощущение в позвоночнике и острую боль в кисти руки. Та начала ужасно ныть, отчего вновь защипало в глазах.

– Ну что, допрыгалась, девка? – Девушка не понимала, что та сказала, хотя, слово «прыгать» и «девка» были понятны. Тетка начала быстро спускаться по лестнице, поэтому, Маша быстро встала на ноги и рванула в сторону выхода. Она сильно сжала левую кисть другой рукой, чтобы хоть как-то утихомирить боль. Хотя, от этого становилось только хуже.

– Простите, что побеспокоила! – крикнула Маша на русском, выбежав за пределы конюшни и побежав куда глаза глядят. Последним, что она услышала, были какие-то непонятные слова на английском языке, выкрикиваемые тёткой.

В голове всё перемешалось.

«Что тут вообще происходит?»

Девушка бежала вперёд, ловя на себе взгляды прохожих.

«Почему все одеты так, будто я попала в прошлый век?»

Маша споткнулась о камень, упала и стукнулась лбом, уже о другой камень. Перед этим она машинально выставила руку вперёд, отчего больное запястье заныло ещё больше.

– О, господи, больно… – Девушка стиснула зубы, пытаясь сдержать слезы. Что тут происходит? Как такое возможно?

Вокруг начали собираться зеваки. Кто-то тихо хихикал, кто-то обеспокоенно смотрел. Ну, а третьи просто ахали из-за необычно светлых волос.

– Хватит пялиться, придурки! – выкрикнула девушка, зло оскалившись. Англичане заохали, некоторые отошли на шаг назад, другие, наоборот, стали с ещё большим любопытством наблюдать. До ушей начали доходить такие слова, как «Russian» или «madwoman».

В итоге, всё это Маше надоело, и она встала, держась правой рукой за левую. Голова начала ныть больше, а изо лба посочилась кровь. На глаза наворачивались слезы.

– Get out of my way! – зло процедила Маша фразу на английском, которую знала, и побежала прочь, толкнув несколько человек. Ноги подкашивались, и не из-за того, что было больно, а из-за обиды. Почему всем этим людям совершенно пофигу на то, что человек мучается? Неужели тут все такие эгоисты?

Завернув за угол, а потом за ещё и ещё один, Маша поняла, что оказалась где-то между домами. Было темно. Холодно.

Девушка перешла на шаг. Сердце бешено билось, а волосы полностью растрепаны. И теперь они не были похожи на снег. Если только на тот, который переехала машина.

«Где я? Что со мной? Как я сюда попала? Кто все эти люди? Что вообще происходит?»

«Страшно».

– И что мне теперь делать… – Маша упала на колени, а из её глаз предательски покатились слезы. Все те эмоции, которые копились в ней на протяжении двадцати минут, вылились одним ручьём. Рука болела, лоб разбит, а ноги не хотят подчиняться. Всё что остаётся – смириться и…

Смириться?

Маша подползла к стене, облокотившись на неё спиной. Надо было успокоиться, взять себя в руки, и понять что только что произошло. Глубоко вздохнув, альбиноска закрыла глаза, продолжая чуть всхлипывать.

– У меня должно было быть завтра выступление… Лизка пришла ко мне поздно вечером и мы начали ритуал… – Альбиноска попыталась пошевелить теми извилинами, которые ещё работали. – Блин, совершенно не помню, что это был за ритуал!

Девушка ударила правой рукой по земле, отчего та чуть заныла. Да уж, не хватало ещё и вторую руку ушибить. Маша вновь всхлипнула, еле сдерживая слезы.

– Блин, да какая разница, как это произошло? – Девушка всхлипнула, приложив руку к ране на лбу. Влажно.

«Главное… Что мне теперь делать?»

*^*

POV Лиза.

– Ох, башка раскалывается, как после хорошей пьянки… И почему это я сплю на полу? Да ещё и не в своей комнате.

Я привстала, оперевшись руками о пол. Что вчера было? Вроде бы, мы должны были провести ритуал и разойтись по домам… Так почему я ещё здесь? Где Маша? Так, а почему темно? Разве уже не утро?

Осмотревшись, я нашла телефон, который валялся рядом на полу. Начало первого. Такое ощущение, что прошло намного больше времени. Свечки уже сгорели, а из-за открытого на кухне окна по квартире гулял довольно-таки качественный сквозняк. Холод пробирал до костей.

Где Маша? Она уже спит? Если так, то почему она нас не разбудила и не отправила домой? А когда я вообще успела заснуть?

Рядом валялись храпящий Макс и тихоня Настя.

Конец POV Лиза.

– Эй, Макс, – девушка начала трясти парня за плечо, не отрывая взгляда от телефона. – Макс, нам домой пора. Маша, скорее всего, уже ушла спать, а у нас завтра, точнее сегодня, выступление. Макс, ты слышишь или нет? Вот балбес.

Девушка стала трясти парня сильнее, но, поняв что это бесполезно, встала и включила свет. Тусклая лампочка загорелась, а люди, что лежали на полу, начали двигаться. Первым очнулся Макс. Он сел на задницу, лениво зевая. Настя же просто открыла глаза, непонимающе глядя по сторонам.