Чтение онлайн

— Что же, господа освоители тел! Начнем, пожалуй. Надеюсь, Александр, ты помнишь свой долг как человека науки? Что касается тебя, Кристи, ты, являясь его половинкой и боевой подругой, должна во всем следовать за ним.

Сейчас вы по очереди расскажете обо всех ощущениях, которые испытывали во время перемещения. Подробно! А запишу все это с собственными комментариями. Начнем, пожалуй, с Александра. Александр детально рассказал все, что помнил.

Как ему было холодно, как мозг был готов лопнуть, словно арбуз в микроволновке (вообще-то никто не может знать, как себя чувствует арбуз в микроволновке, но при наличии богатой фантазии и это не проблема), скрупулезно описал ощущение, будто его сознание выдергивали из черепной коробки клещами (слава богу, с применением анестезии, ибо боли никакой не было) и кусочек за кусочком переносили в другое вместилище.

Это была эмоциональная часть рассказа. Но, как верно напомнил Константин, будучи ученым, он не мог игнорировать естественнонаучную составляющую. Александр повторил описание процесса перемещения изнутри, с начала и до окончания, с привязкой каждого этапа по времени и с количественными характеристиками.

Эмоциональных определений он старался избегать, используя только сухую и понятную подготовленному человеку терминологию. За все это время он ни разу не позволил себе улыбнуться или сказать что-нибудь постороннее.

— Вот так воспринимался процесс с субъективной точки зрения, — сказал он в завершение. — В цветистых метафорах все можно выразить куда более образно, но наука не терпит красивых оберток!

— Что ж, изложенные вами сведения заслуживают самой высокой оценки. Они проливают свет на многие аспекты процесса переноса, и это поможет усовершенствовать установку в будущем. Вообще, вклад каждого из вас в общее дело науки трудно переоценить. Теперь твоя очередь, Иззя… то есть Кристи. Привыкай к новому имени — оно теперь с тобой навечно!

— Я так красиво излагать не умею… И потом, что ты имел в виду, когда сказал «навечно»? Где прежняя я, вернее, моя бывшая тушка?

— После твоего отчета мы все вместе отправимся отдать последний долг твоей многострадальной телесной оболочке, окажем, так сказать, надлежащие почести… А сейчас начинай, Иззя-Кристи. Я готов конспектировать.

— Рассказ Иззи-Кристины разительно отличался от рассказа Александра. Как и положено женщине, она была очень эмоциональна, но это обстоятельство вполне устраивало Константина, поскольку на контрасте впечатлений легче делать научные выводы.

К тому же, у женского склада ума есть некоторые преимущества, а именно — они, как правило, всегда говорят то, что думают, и излагают без задержки и пауз, что, в свою очередь, показывает ход событий в режиме реального времени, а это — немалое подспорье в оценке работы установки перемещения!

Даже столь сложный мимический комплекс, каковым является человеческое лицо, — и тот служит им подмогой! Куда уж там бедным мужчинам, причем, бедным в обоих смыслах… Кристи же ухитрилась превзойти всю прекрасную половину, описав процесс перемещения всего в нескольких словах.

— …и вообще, — сказала она как бы между прочим, — у меня сложилось такое впечатление, что само перемещение можно образно выразить, как удачную пересадку с одной бешено вращающейся карусели на другую. С первой попытки. Причем, обе карусели крутятся в разные стороны.

Александр кивнул.

— Лучше и не скажешь! Точно в десятку!

— Это в тебе говорит желание угодить любимой… но ладно, прощаю! Сказано действительно метко. Что ж, рабочая часть нашей встречи завершена, и скажу — завершена удачно. Имеем право расслабиться и немного отдохнуть.

Остался совсем маленький вопрос: что будем делать с полковником? — Будто вспомнив что-то, Константин принялся рыться в своих сумках. Извлек на свет какой-то сверток, посмотрел на друзей и загадочно улыбнулся. — Как думаете, что это?

— Сдаемся сразу! В ясновидении не были замечены ни я, ни Из… то есть Кристина.

— Хорошо. Сейчас покажу. — Константин начал неторопливо разворачивать пакет, и вскоре их взглядам предстал военный мундир с погонами полковника… но очень маленького размера, впору, пожалуй, только крысе. — Теперь поняли, для кого?

— Как тут не понять… Пойдем примерять?

— Идемте! Надо же отыграться!

Все вместе они подошли к переносной клетке. Окружили ее, сдернули покрывало и увидели спящего полковника.

— Просыпайтесь, герр оберст! Сменная форма прибыла.

Тот открыл глаза, увидел, кто к нему пожаловал, и рявкнул зло:

— Какого дьявола вам еще надо? Приходите хотя бы по одному! будьте милосердны к старому полковнику!

— Полковник, полковник! Будьте, пожалуйста, повежливее. Между прочим, от вашего поведения зависит ваша судьба, которая, в не меньшей степени, зависит и от нас!

Советую не горячиться. Мы трое — пока единственные кто знает, где вы находитесь. В ваших интересах с нами дружить, чтобы спасти свою шкуру… Вот, примерьте, вам это подойдет!

— Конечно, беззащитную крысу всякий обидеть может! Ладно. Я буду участвовать в этом вашем костюмированном представлении… но при одном условии. Вы отпустите на свободу всех моих солдат!

— Браво, полковник! Вы говорите как настоящий военачальник. По правде говоря, мы не надеялись, что в вас сохранилась хоть крупица человечности.

Полковник надел форму и стал похож на своих бывших подчиненных… да и сам он теперь был бывший, несмотря на погоны. Константин одобрил наряд подопечного, сказав.

— В таком виде и на суде появиться не стыдно. Мои знакомые из Ателье мод выполнили столь необычный заказ безукоризненно, вот что значит профессиональное мастерство!

При упоминании суда полковника передернуло, и он сердито ответил:

— Настоящего полковника судом не запугаешь! Бросьте эти дешевые словесные трюки, оставьте меня в покое.

Лучше распорядитесь о моем довольствии. Не забыли, что полковники тоже иногда желают покушать? Так что извольте выполнять правила содержания арестованных. Я, между прочим, вас никогда голодными не оставлял…

— Что правда, то правда, кормили регулярно. Наша вина… сейчас исправим.