Чтение онлайн

Вскоре любознательный ум докопался и до сути, предположив наличие пятого измерения, некоего дополнительного буфера, обеспечивающего взаимодействие функций объектов ещё до их определения, воплощения в реальность.

На практике это давало возможность как минимум управлять вероятностью на квантовом уровне, и получать информацию об окружающей реальности не взаимодействуя с ней. И, как показал пример самой Вэйры, существовать даже без воплощения в реальность.

В этот момент она убедилась, что телепорт не просто ошибся при переносе, а переместил их, хоть это и казалось невероятным, в другую вселенную. Ведь существование других измерений в их вселенной хоть и предполагалось, но считалось, что они замкнуты в масштабах, меньших размера кванта энергии. А здесь было налицо макроскопическое присутствие измерения.

Придя к таким выводам, Вэйра начала просчитывать, как всё это можно использовать, в первую очередь для компенсации недостатка энергии. И способ нашёлся быстро, даже два: ожиданием выбивания максимального количества электронов повысить эффективность фотоэлементов… и оградить антиматерию от взаимодействия с материей обычной. В спешном порядке началось создание источника энергии, основанного на аннигиляции.

Горы постепенно приближались, а солнце — садилось. И молодой учёный убедился в своих догадках: очередное, расположившееся далеко впереди, существо очнулось ото «сна», медленно вернуло на место свои пластины и, не торопясь, стало вползать в пробитое им утром отверстие. Уйдя всем телом под землю, оно ударило концом хвоста по стенке тоннеля, засыпая его подтаявшим за день снегом.

Вскоре звезда скрылась за горизонтом, а на ледяную пустошь опустилась тьма. С неба начал падать снег: вся испаренная за день вода вновь возвращалась на поверхность, засыпая последние следы активности удивительных существ.

Уставший за день Максим, прикинув толщину снега над настом и убедившись, что его не завалит за ночь, закутался во второй квадрат ткани (доведя 99,2%ую теплоизоляцию скафандра практически до абсолюта) и уснул.

ИИ буквально втянуло в «реальность», как только процесс электрон-позитронной аннигиляции породил поток фотонов, через стандартный преобразователь (фотонный кристалл-фотоэлемент) обеспечив ядро энергией. Сложив обязанности определяющей функции на виртуальные плечи только что созданного алгоритма, Вэйра занялась выяснением ситуации за пределами чёрного шестиугольного бруска.

Имея прочную привязку к реальности, ей с лёгкостью удалось представить (а другим словом не назовёшь: пытаясь вообразить, что происходит в определенной точке пространства, она получала исчерпывающую информацию, описывающую состояние данной точки) окружающую обстановку. Тут же выяснилось первое ограничение «мысленного взора»: дальность получения точной информации не превышала трехсот метров.

Картина перед её взором предстала умиротворённая: Максим крепко спит на снегу, закутавшись в отражающий материал, а сама она лежит у него на груди, в кармане скафандра. Рядом, в импровизированном мешке — её бывшая физическая оболочка. А на глубине двухсот метров мирно прокладывает тоннель в горизонтальной плоскости гигантский червь, чешуёй впитывая кремний и ряд других неорганических элементов из раскрошенной твёрдой породы, скрытой под пятидесятиметровым слоем снега и льда.

А вот и живое доказательство моих догадок. Потрясающий организм… невероятно… немыслимо! — то и дело мысленно восклицала Вэйра, углубляясь в анализ представителя внеземной формы жизни.

Она не забыла и про Максима. Увеличив радиус поля питания нанороботов до полутора метров, она начала заменять реактор его доспеха на недавно изобретенную силовую установку. Закончила как раз к утру, оживив все системы скафандра, ММИ и нанороботов в организме человека.

Ну что же, раз всё идет хорошо и все живы, то, быть может, стоит подшутить над ним, как проснется? Хм… замечательная идея! И настроение поднимется…

Коварный ИИ создал видимость нахождения электроники в по-прежнему нерабочем состоянии, и стал ждать.

Максим проснулся с первыми лучами всходящей звезды, хотя они его и не достигали. Выбравшись из импровизированного спального мешка, он огляделся по сторонам: изменений не наблюдалось. Солнце ещё не показалось из-за гор, а равнина белела свежевыпавшим снегом.

Сорок сантиметров снега за ночь, немало. Ну что же, безымянная планета, второй день я бреду по твоим равнинам. Бреду в одиночестве, — вздохнул учёный в пространство, а разум кольнула тоска.

«Почему это в одиночестве? А как же красавцы-черви? Ты их что, и за живых существ не принимаешь? Ты не один!» — раздался тихий голос в голове.

«Отчего же не принимаю, ещё как принимаю! Но собеседники из них, скорей всего, никудышные, моя дорогая шизофрения. И вообще, рановато ты появилась», — ответил Максим.

«О, ты зря о них такого низкого мнения! В существах, живущих сотнями тысячелетий, уже давно зародился разум. Разум непривычный и удивительный. Так что мыслеобазами с ними пообщаться вполне можно», — уверенно заявила шизофрения.

Максим улыбнулся и облегчённо ответил:

«Ну, здравствуй, подруга! Я был уверен, что могучий ИИ не сгинет под прессом обстоятельств. И, похоже, не ошибся. Отвечу сразу: прокололась ты на словосочетании «непривычный разум», думаю мне не нужно объяснять, почему?» — довольно спросил учёный, привычным усилием мысли посылая направленный импульс связи через ММИ. Имплантат откликнулся, устанавливая привычный прямой контакт, а человек вздохнул с облегчением.

«Быстро ты догадался», — тут же послышался обиженный голос, — «а я так хотела доиграть роль твоей «шизофрении» до конца. Поздравляю, на правах победителя, ты первым получишь подробный рассказ о произошедшем со мной. Но потом — твоя очередь!»

И Вэйра пустилась в подробный и красочный пересказ, сопровождая интересные события трехмерными моделями и картинками, используя все преимущества мысленной связи.

Напарница закончила своё почти часовое повествование о произошедших с ней событиях, часто прерываемое вопросами и комментариями Максима, и вплотную приблизившись к рассказу о попытке контакта с талеозой — примерно так звучало бы самоназвание вида, если гиганты умели бы говорить.

За это время некоторые создания уже успели выбраться на поверхность, и теперь лежали под лучами солнца.

«Так что ты говорила про этих удивительных существ и про их разумность? Тебе удалось с ними пообщаться?» — задал животрепещущий вопрос учёный.

«Полноценным общением это назвать трудно, но кое-что узнать удалось. Впрочем, ты сам можешь попробовать! Я уверена, что у тебя тоже получится», — и она пустилась в объяснения.

После окончания инструктажа, Максим приступил к экспериментам на практике. Он лёг на снег и полностью отключился от внешнего мира — ММИ отсёк все входящие в мозг сигналы. Затем он отрешился от реальности, прекратив мыслить. Пробыв в таком состоянии пару мгновений, он попытался представить себе окружающий мир… и ему это удалось!

Реальность предстала перед его взглядом меняющейся многослойной объёмной панорамой, состоящей из мельчайших частиц. Максиму пришло понимание: каждая такая частица — истинно неделимая единица энергии, определённая физической константой для этой вселенной, базовый кирпичик мироздания, единичная волновая функция.

Объединяясь в соответствии с физическими законами, они образовывали всё сущее. И любой объект, от звезды до фотона, описывался общей волновой функцией, состоящей из множества других. Именно они и отражались в пятом измерении.