Чтение онлайн

Его мысли были сумбурны. Он понимал, что конец уже близок. Попытки найти выход из ситуации ни к чему не приводили. Истощенный разум отказывался концентрироваться на проблеме, а адекватные мысли, то и дело мелькающие в нем, затмевались мутным чувством безнадежности.

Обряд инициации Ордена Истины был не чем иным, как спектаклем, построенным вокруг зомбирования людей с помощью психотропных препаратов. Так Орден добавлял в свои ряды тех, кто был ему нужен, но отказывался разделить верования в богиню добровольно.

Орден представлял собой крупную и властную организацию с центром в таинственном городе – Новом Вавилоне. Проповеди её лидера, святого Марка Стефания, каждый день звучали по радиоканалам, легко вселяя веру в поникший разум выживших. Стефаний обещал всем и каждому мир, еду и кров, спасение души и, конечно, защиту Богини Истины – Veritas. Из-за этих эфиров десятки тысяч людей, полных надежд, устремлялись в Новый Вавилон.

Во время пути часть путников умирала от недостатка припасов, часть погибала в сражениях с местной фауной и погодными условиями, другие же натыкались на Изгоев, отряды бандитов или попадали под влияние последователей более мелких организаций. И все это случалось до главного испытания – бескрайней пустыни.

Тех же, кто все же смог дойти до нее и уцелеть, ожидало увлекательное путешествие сквозь сотни километров песчаных дюн, где последние нотки разума покидали своих хозяев. Мало кто достигал Вавилона, и никто оттуда не возвращался.

Куда чаще конечной точкой пути становились ставки Ордена, выдирающие полуживых людей из лап безжалостной пустыни.

Новоприбывших первым делом отправляли на священную службу, длившуюся долгих двенадцать часов. Молитвы и священные песнопения с помощью дурманящих трав вбивались колом в головы будущих последователей Ордена. Многие во время службы не выдерживали и падали, но их раз за разом поднимали, приводя в чувство, заставляя слушать и принимать правила их будущей жизни.

Бывали, однако, и реальные случаи проявления высших сил. То и дело появлялись истории о последователях и святых Ордена, обладающих сверхчеловеческими способностями. Они то исцеляли от смертельных болезней, то возвращали свежих мертвецов к их прежней жизни. Но в кругу каперов, к каковым относился и Маркус, в эти сказки не верили. Зато каждому каперу было известно наверняка, что если попадешь к Ордену Истины, то обратного пути не будет. Ты или станешь его последователем, или простишься с жизнью.

Маркус иронично улыбнулся, ведь умереть ему так и не удалось. Это значило одно – в скором времени он будет бороться против собственных друзей, свободных людей и подносить их головы к алтарям ложной Богини, став частью очередного священного похода.

Он лег на пол и закрыл глаза, наслаждаясь прохладой. За окном выл ветер. Мелкие песчинки приятно врезались в стены тюрьмы. Скоро за ним должны были прийти…

Ему почти удалось заснуть, обдумав все несколько раз, когда одинокий вой ветра разрезал вопль боли. Маркус открыл глаза и прислушался. Оглушительно взвыл горн Ордена. На лагерь кто-то напал.

Шуршание песка, выстрелы лазганов, игольников и гаусс-пушек, сопровождаемые криками и воплями, звуками разрываемой плоти и клокотанием нечеловеческого происхождения.

Все продолжалось минут пятнадцать, а потом мгновенно затихло. И стоны людей, и клокотание их врагов. Только ветер снова гонял песчинки. Маркус затаился, напряг каждый мускул, пытаясь расслышать хоть что-то.

Внизу послышались шаги. Кто-то не спеша поднимался по лестнице, опираясь о стены. Затем подошел к дверям кельи и открыл её.

Перед заключенным стоял офицер охраны Ордена. Правое колено его экзоскелета коротило и отбрасывало искры, на месте левой руки мотался в разные стороны кровавый обрубок. Офицер невозмутимо посмотрел на пленника, покачнулся и упал. В спине у него торчало жало размером с голову. Стало ясно, что на лагерь напали песчанники и оставаться в этом месте небезопасно.

В голову пленника ударил адреналин. Сознание прояснилось, а мышцы в мгновение ожили. Захватив со стола кусок хлеба, Маркус принялся обыскивать еще теплое тело офицера. Новые ботинки оказались кстати, фляга на бедре, аптечка, нож, респиратор. «Негусто, но и на том спасибо», – подумал капер. Следовало торопиться, ведь в скором времени этот лагерь станет местом пирушки миллионов песчанников, и тогда уйти отсюда живым шанса не представится.

Маркус выбежал из здания, и солнце моментально ослепило его. Прикрывая глаза рукой, стараясь быстрее привыкнуть к столь яркому свету, он медленно продвигался вперед. Ветер доносил запах свежей крови, ноги периодически натыкались на что-то мягкое и влажное.

Когда глаза привыкли к солнцу, Маркус сумел разглядеть место бойни. Десятки изувеченных тел в самых разных позах валялись на песке, вздуваясь под воздействием яда и жары. У ворот храма лежал мертвый песчанник с огромной дырой в брюхе. Сами ворота были сломаны, а обитатели храма разорваны на части и раскиданы на солнце.

Клокотание песчанника где-то за храмом привело Маркуса в чувство. Он, не оглядываясь, ринулся в противоположную от звуков сторону. Бежал он долго. Очередной песчаный холм сменился новой дюной, а лагерь Ордена успел скрыться из виду.

Адреналин постепенно покидал тело, уступая место усталости. Ноги заплетались, горло саднило. Маркус упал и скатился по склону. Легкие выворачивались от боли, пересушенный рот жадно глотал горячий воздух. Руки нащупали флягу, полную лишь на четверть. Пара глотков, и она оказалась пуста. Беглец выругался, встал и, пошатываясь, продолжил путь на север.

До границы пустыни было километров двести. Он шел шаг за шагом.

С очередного бархана показалось безграничное цветущее поле. Оно расплывалось, то приближаясь, то отдаляясь… Маркус протер глаза: поля не было. На его место пришли темные мелькающие круги. Ноги подкосились, опуская ватное тело на горячий песок. Сознание померкло, и тьма окутала глаза. Отдавая жизнь в лапы пустыни.

***

Состояние беспокойства вытащило Алекса из глубокого сна. Рядом, свернувшись калачиком, сладко спала Аннет, а за окном только вставало солнце. Сделав глубокий вздох, мужчина поцеловал жену и встал с кровати.

Прохладный душ смыл остатки утренней тяжести, оставляя лишь легкую головную боль как последствие волнующих сновидений. За ночь в городе все успокоилось, массовая истерика исчерпала себя, и новый день встретил веселым пением птиц.

Из новостей Алекс узнал о трех десятках задержанных, паре ограблений и всего шести уничтоженных машинах. Последствия паники оказались не такими страшными, как ему казалось.

Съев бутерброд и оставив записку жене, он решил компенсировать вчерашние временные потери и отправился в Центр пораньше.