Чтение онлайн

Многие годы спустя в личном письме к Готлибу Уайт написал о своей работе в ЦРУ: «Я был незначительным миссионером, даже еретиком, но я работал с увлечением, отдавал работе всю душу. Это было увлекательно! Где еще мог бы американский парень лгать, убивать, обманывать, насиловать и грабить с разрешения и благословения высшего руководства?». Десять лет испытаний с ничего не подозревающими людьми не привели сотрудников из программы MKULTRA к сколько-нибудь значительным прорывам при использовании ЛСД или иных наркотиков. Не были найдены ни «наркотик правды», ни таблетки, усиливающие боевой дух или половое чувство. ЛСД не поставил разум под контроль ЦРУ. Как говорит один из ветеранов TSS, «вначале мы думали, что нашли секретное средство, которое откроет вселенную. Мы узнали, что ресурсы человека значительно превышают предполагаемые».

Однако, несмотря на отсутствие точности и неопределенность, ЦРУ продолжало проводить полевые испытания ЛСД и других наркотиков в рамках программы MKULTRA. В отчете за 1957 г. говорится, что TSS перевела шесть наркотических препаратов из экспериментальной стадии в стадию активного использования. До этого времени оперативники ЦРУ использовали ЛСД и другие психохимические препараты против 33 человек в 6 различных операциях. Руководители управления надеялись при этом дискредитировать подопытных, представив их потерявшими разум, или создать у них такое ментальное или эмоциональное состояние, которое освободило бы их от ограничений и самоконтроля и побудило к добровольному сообщению желаемой информации. ЦРУ постоянно отказывалось сообщать детали этих операций, а источники из TSS, которые довольно свободно говорят о других операциях, заболевают амнезией, когда речь заходит о полевых испытаниях наркотиков. Тем не менее можно утверждать, что ЦРУ установило тесные связи с неназванной иностранной секретной службой при проведении допросов пленных с применением наркотиков, близких к ЛСД. Оперативники ЦРУ принимали участие в этих допросах вплоть до 1966 г. Часто управление проявляло более значительную заботу об испытуемых за рубежом, чем о ничего не подозревающих жертвах в Сан-Франциско, поскольку перед приемом наркотика зарубежные испытуемые проходили медицинское обследование[62].

В процессе указанных операций сотрудники ЦРУ иногда приводили местных врачей, но это вызывалось не заботой о здоровье пациентов. Напротив, роль врача состояла в подтверждении безумия жертвы, которой без ее ведома была введена доза ЛСД или иного наркотика более длительного действия (например, BZ, действие которого продолжается порой более недели и сопровождается буйным поведением). Если врач предписывал госпитализацию или иное лечение, то последствия для пациента могли быть губительными. Жертва испытаний могла пострадать не только от самого переживания, включая госпитализацию в психиатрическую больницу, но и от полученного социального клейма. В большинстве стран даже предположение о наличии психиатрических проблем весьма отрицательно сказывается на профессиональной и личной репутации человека (как отмечает Томас Иглтон, применительно к которому была применена шоковая терапия). Один из ветеранов MKULTRA говорит: «Это старая методика. Вред наносится посредством внесения сомнений относительно деловых и личностных качеств жертвы». Комитет Черча подтверждает, что ЦРУ использовало этот метод по меньшей мере несколько раз с целью уничтожения репутации человека»[63]. Однако секретные службы не часто призывали TSS испытывать ЛСД или другие наркотики. У многих оперативников были практические и этические возражения. Частично с целью преодолеть такие возражения и найти более оптимальные способы использования химических и биологических веществ в процессе тайных операций Готлиб стал в 1959 г. заместителем шефа секретных служб по научным вопросам. Готлиб узнал, что TSS хранила деятельность MKULTRA в таком секрете, что многие практики не имели даже представления о существующих средствах. Он писал, что жесткий контроль за полевыми испытаниями в рамках программы MKDELTA вызвал, возможно, пораженческие настроения среди оперативников, которые опасались, что не получат разрешения или что предлагаемые методы не стоят затраченных на них усилий. Готлиб пытался устранить указанные недостатки, предоставляя оперативникам более полную информацию об арсенале наркотиков и ускоряя процесс согласования. Ему не удалось преодолеть суждение, согласно которому наркотики не срабатывают, ненадежны, а их использование сопряжено с развитием лени и понижением работоспособности. Если бы в рамках программы MKULTRA удалось когда-либо обнаружить, что ЛСД или иной наркотик действительно превращает человека в марионетку, то Готлибу с легкостью удалось бы устранить все противоречия. Правда, Готлиб и его коллеги-исследователи подошли крайне близко к отысканию надежного механизма контроля, но не смогли этого сделать. Нет сомнений в том, что ЛСД проникает в глубочайшие области мозга, способен вызвать бурю чувств — от ужаса до безумия. Но в итоге человеческая психика оказалась настолько сложной, что самый искусный манипулятор, применяя ЛСД, не мог предвидеть все варианты его действия. Он мог использовать ЛСД и другие наркотики, чтобы человек добровольно утратил связь с реальным миром, насчитать несколько временных побед, изменить настроение, восприятие, порой даже верования. У манипулятора были возможности причинить вред, но он не мог одержать окончательную победу над человеческим духом.

Глава 7

Грибы для контркультуры

Ученым, работавшим в рамках программы MKULTRA, их усилия по использованию ЛСД в качестве чудодейственного инструмента в борьбе против разума противника принесли в основном сплошные неудачи и разочарования.

Однако неуемное стремление использовать все возможности заставило их исследовать сотни других соединений, включая вещества, получившие в дальнейшем наименование психоделиков. Как известно, такие соединения оказывали мощное воздействие на организм человека. Они изготавливались из натуральных продуктов растительного происхождения, и сотрудники MKULTRA изначально полагали, что редкие органические вещества могут каким-то образом воздействовать на человеческий разум. Самые удивительные психоделики были обнаружены в разных уголках земли. Альберт Гофманн создал ЛСД из спорыньи — гриба, произрастающего на ржи; мескалин есть не что иное, как вещество, извлеченное из кактуса пейоти. Псилобицин, вещество, которому Тимоти Лири отдавал предпочтение перед ЛСД в своих гарвардских экспериментах, было синтезировано из экзотических мексиканских грибов, занимающих особое место в истории ЦРУ.

Когда группа MKULTRA только приступала к реализации программы контроля над разумом, в истории западного мира о «волшебных» грибах ходили всего лишь слухи и легенды. Учитывая возможность того, что в основе легенды лежат реальные факты, ученые ЦРУ обследовали в поисках чудодейственных грибов самые отдаленные районы Мексики, а затем приступили к испытанию и разработке их свойств, воздействующих на разум. Как и в случае с ЛСД, были получены совершенно неожиданные результаты. Среди растений, к которым человечество всегда обращалось в поисках возбуждающих веществ, первое место занимают грибы. Существует нечто завораживающее и странное в этих влажных пуговичках, которые могут очаровать гурмана и убить человека — и все зависит от почти незаметных различий в их бесчисленных разновидностях. Издавна грибы использовались при нетрадиционных методах ведения боевых действий. За 2000 лет до того, как ЦРУ задумало использовать грибы в тайных операциях, римская императрица Агриппина отравила своего супруга Клавдия блюдом, приготовленным из ядовитых грибов. Как гласит история, Агриппина желала умертвить мужа, чтобы на престол мог взойти ее сын Нерон. Она решила воспользоваться пристрастием Клавдия к деликатесным грибам Amanita ceasarea, имевшим крайне ядовитые подобия. Как писали Гордон и Валентина Уэссон в своем монументальном труде «Грибы, Россия и история»[64], яд не должен был действовать «мгновенно и немедленно, чтобы не был установлен источник отравления». Императрица остановилась на летальной разновидности грибов Amanita phalloides, которую Уэссоны считали пригодной для совершения задуманного преступления. «У жертвы не появятся симптомы отравления во время еды, но первые же симптомы будут столь сильными, что человек не сможет ничего предпринять». Агриппина знала толк в грибах, и Нерон стал императором.

Специалисты ЦРУ, стремившиеся к установлению контроля над разумом, хотели создать средство, которое обладало бы непревзойденными свойствами. Их внимание случайно привлекли «волшебные» грибы. Это произошло после встречи между Морзе Алленом, возглавлявшим программу ЦРУ ARTICHOKE, и специалистами по наркотикам, состоявшейся в октябре 1952 г. Один из участников встречи рассказал Аллену о кустарнике пиули, семена которого издавна использовались мексиканскими индейцами в качестве опьяняющего средства во время религиозных церемоний. Аллен, желавший получать сведения о всех средствах, влияющих на человека с целью исказить его представление о реальности, незамедлительно организовал поездку молодого ученого, работавшего на ЦРУ, в Мексику с целью сбора семян пиули, а также других растений, обладающих «наркотическими и опьяняющими свойствами, представляющими интерес для программы ARTICHOKE».

Ученый прибыл в Мехико в начале 1953 г. Он не мог разглашать истинную цель поездки в связи с высокой степенью секретности программы, поэтому выступал как исследователь, заинтересованный в обнаружении растений, обладающих болеутоляющими свойствами. Знающий испанский язык и знакомый с Мексикой, Аллен свободно ездил по стране, встречаясь с ведущими специалистами-ботаниками. Затем он отправился со своим экспериментальным оборудованием в горы к югу от столицы, где собирал образцы и на месте подвергал их первичной проверке. К февралю Аллен собрал целые мешки образцов, в том числе 10 ф. пиули. До своего отъезда из Мексики в другие страны Карибского бассейна молодой ученый услышал удивительные рассказы об особых грибах, растущих только в жаркие дождливые месяцы. Такие рассказы европейцы слышали в Мексике с момента завоевания страны Кортесом в ХIV в. По сообщениям испанских монахов, ацтеки использовали в своих религиозных церемониях странные грибы. Монахи называли такие церемонии «священными демоническими сборищами». Ацтекские жрецы называли эти грибы «теонанактль» — «плоть божества». Однако впоследствии грабители Кортеса потеряли след этого ритуала. Следовавшим за ними торговцам и антропологам тоже не удалось напасть на его следы. Осталась только легенда.

В Вашингтоне образцы, собранные ученым, незамедлительно отправили в лаборатории, а исторические хроники были тщательно изучены сотрудниками ЦРУ на предмет обнаружения сведений о странных грибах. Сам Аллен, который отвечал в программе ARTICHOKE за все, начиная от детектора лжи до гипноза, лично проанализировал сказания индейцев: «Ранние описания религиозных церемоний некоторых индейских племен свидетельствуют о том, что грибы используются с целью вызывать галлюцинации и опьянение во время религиозных празднеств. Помимо того, в литературе сообщается, что знахари или «прорицатели» пользовались некоторыми видами грибов, чтобы добиваться признаний, обнаруживать украденные предметы или для предсказаний».

Возможно это и был искомый «наркотик правды», предположил Морзе Аллен. Он заявил, что, «поскольку было решено не оставить без внимания ни одну область, связанную с проблемами, рассматриваемыми в программе ARTICHOKE, руководство сочло необходимым исследовать особенности легендарных грибов».

И в заключение добавил: «Необходимо послать сотрудника ЦРУ в Мексику в летнее время». ЦРУ начало охоту за «плотью божества».

Характерно, что Аллен, планируя на перспективу, решил, что если в результате поиска будут выявлены грибы, обладающие желательными свойствами, то надо будет достать их в большом количестве. Ему было известно, что поставки из тропиков зависят от времени года, к тому же нецелесообразно снаряжать экспедицию в Мексику каждый раз, когда возникнет оперативная надобность в продукте. Поэтому Аллен решил проверить возможность выращивать грибы в своей стране — в грунте или в теплицах. 24 июня 1953 г. он отправился вместе с одним сотрудником из Вашингтона в Тугкенамон, штат Пенсильвания, в сердце «самого крупного в мире центра по выращиванию грибов». Во время трехчасового совещания с руководителями грибной отрасли промышленности Аллен сообщил им о заинтересованности правительства в выращивании ядовитых и наркотических грибов. Он сказал, что целью встречи была попытка «договориться о том, что в случае необходимости профессионалы возьмутся за выращивание требуемых грибов». Руководители грибной промышленности выразили нежелание выращивать ядовитую продукцию, объясняя свою позицию тем, что разглашение такого факта вызовет неудовольствие потребителей. Однако в итоге победил патриотизм и было получено согласие на выращивание любых грибов, которые потребуются правительству. По мнению Аллена, поездка увенчалась полным успехом.

Какими бы полезными ни были договоренности, все же элемент случайности сохранялся до тех пор, пока ЦРУ должно было полагаться на природные процессы. Вот если бы управление смогло найти синтетические эквиваленты активных составляющих, оно могло бы не выращивать, а изготавливать потребное количество необходимого материала. Стремясь к достижению этой цели, Морзе Аллен вынужден был прибегнуть к помощи человека, который в будущем году отнимет у него значительную часть программы ARTICHOKE, — Сида Готлиба.

На Готлиба, доктора химических наук, работали ученые, имеющие представление о том, как надо действовать на уровне лабораторных исследований. Аллен вывел программу ARTICHOKE из подчинения Управлению безопасности, не имевшего оборудования для работы на передовых рубежах науки.

Готлиб и его коллеги быстро продвигались в сторону раскрытия тайн мексиканских галлюциногенов. Они приступили к химической структуре пиули и других растений, привезенных посланцем Аллена, но не сообщали о своих достижениях Аллену, которого обошли с помощью бюрократических уловок.