Жизнь как линейка от нуля до ста,Считает дни и меряет минуты,Расчерчен план, но линия не та,И циркуль счастья достается гнутый.Смерть ластиком стирает чертежи,А жизнь марает и чернит бумагу,Плетёт макет, возводит этажиИ создаёт строительную сагу.
Москва
Москва – цыганка в безразмерной юбке,Разложит карты парков, мостовых,Раскурит улиц тлеющие трубкиИ погадает на ещё живых.Сквозь куполов монисто золотоеЧернеют косы шёлковой реки,Запляшет огоньками над водою,Неся по небу облаков платки.Себе предскажет дальнюю дорогу,Вплетёт удачу в линии метро,Приманит ночь и заключит тревогуВ стальное, необъятное нутро.На струнах проводов романс сыграет,Гуди, шуми, цыганская гульба,Отыщет смысл и снова потеряет,Лишь усмехнётся: значит не судьба.
Калининград
Горсть России, размытая морем,Край, заброшенный так далеко,Что янтарные, жёлтые зориИсчезают в потоке веков.Сосны дымные ткут паутинуИз своих золотистых ветвей,И песок, и упругую глинуОбвивают удавы корней.И в костёле орган разрыдался,Брызжет музыкой, словно слезой,Может, кто-то с любовью рассталсяИли волны прольются грозой.Дюна белая борется с миром,Топит в зыби деревни и лес,И закат ярко-алым вампиромПоглощает свеченье небес.
«Кий кометы бъёт шары планет…»
Кий кометы бъёт шары планет,Чёрный стол космического пула,Шар забит – планеты больше нет,В лунной лунке скрылась и уснула.Я играю тысячу веков,Но на небе есть еще планеты,Разрезая ночь серпом рогов,Я кручу хвостом своей кометы.
Разбитый вакуум любви
Я расколола чувство на осколки,Иду по стёклам, кровь течёт из ног,Стекло не режет, но движенья колки,Из прорезей сочится красный сок.Я за стеклом как в вакуумном пространстве,Стекло разбилось, воздух льнёт к лицу,Но раны разрушают радость странствий,Которые ведут меня к концу.Стекло крошится, брызжет сок граната,Распорота нательная броня,Кидает солнце жёлтые канаты,А жизнь течёт – в меня и из меня.
«Стежки дорог сшивают города…»
Стежки дорог сшивают города,Пух облаков взбивают самолёты,И блёстки звёзд спадают иногдаНа горизонт, на линию отсчёта.Мне дали нить, и я её держу,Себя продеть в ушко – чего же проще,Я справлюсь, я судьбу опережу,Вплетусь в узор, на страх, на риск, на ощупь.Я вытку смысл, создам новейший кройИз вытертых обрезков мёртвой ткани,Игла кровит простроченной судьбой,Я вмётана, я вшита, я не с вами.
«Ангелы пришпиленные к небу…»
Ангелы пришпиленные к небуХватаются за облакаПросятВозьмите нас с собой тудаГде нет созвездий самолётов птицИ прочих неопознанных объектовОблакаКак всегдаНе соглашаютсяГоворят что квота на ангеловВ данный момент закончилосьТрясут размокшей бумажкойМожетЗабыли что сегодняОбещали дождьИ плачут.
Контраст двух звёзд
Контраст двух звёзд:Одна – немаяИ льёт слова своим лучом.Другая – полностью глухая,Глотает сплетни ни о чём.Они мечтают жить на небе.Они – всего лишь марципан,Засохший крем на чёрном хлебе.
«Почему на земле идёт дождь…»
Почему на земле идёт дождьПотому что когда никто не видитБрюссельПоднимается в небоВзрывается облакамиЦеркви стреляют грозоюА потом мостоваяНачинает стекатьПо воздуху внизИграя градом камнейИз пленных подваловЗерно вылетаетИ птицы купаются в пивеИ тогдаСпасаясь от скользких осколковНаточенных каплями оконЯ понимаюПочему яЛюблюВечную бельгийскую осень.
Cтарая роза
У зеркала, в ночном пространстве спаянном,Стояла роза и шипами дрыгала,Её наряд, стеклянный и приталенный,Не шёл ей, как она ни прыгала.Она смотрелась в зеркало затёртоеИ видела судьбу свою нескладную,Дни опадали лепестками мёртвымиИ падали в коробку шоколадную.Скривились потолок и стены сонные,Старею – прошептала роза пьянаяИ грохнулась на пол, ошеломлённая,Что красота её непостоянная.А зеркало язвило и надеялось,Что роза отражением отравится;Вода графина в лепестках рассеяласьИ скрыла лик потрёпанной красавицы.
Дерево
ДеревоКак гигантский дирижабльВетки недвижно зависли в небеНо корниЗачем-то вросли в землюЗначит взлететь будет трудноСогласноЗаконамАэродинамикиА дерево стараетсяВырывает корниПрямо вместе с землёйИ кротамиПоследними пассажирамиДирижабляУлетающегоВ вечность.
«Страницы презрительно сжаты…»
Страницы презрительно сжаты,Потухшие строчки пусты,Морщины из скотча, как латы,Стыдливо скрывают листы.Когда-то была я в печати,Бумага и строчки вразлёт,Теперь даже чуткий читательНе тронет сухой переплёт.Внутри у меня – ураганы,Столетние шхуны, моря;И пары сгорают в романах,Как ром, подожжённый зазря.Внутри у меня столько мыслей,Нахлынувших букв не сдержать,А старость воюет со смысломИ рубит бумажную рать.Меняя обложки и роли,Взорвусь, белым пеплом взлечу,Hечитанной став поневоле,Неузнанной быть не хочу.
