Чтение онлайн

Посреди комнаты стоял стол, на котором стояли две бутылки «пшеничной», тарелки с нарезанным сыром, варёной колбасой, бастурмой и салом. Целая куча всевозможной зелени в капельках воды лежала в глубокой посудине. Аккуратно нарезанный чёрный и белых хлеб были прикрыты чистой салфеткой. Трёхлитровая банка с огурцами и банка маринованных помидоров стояли под столом и терпеливо ждали своей участи. Четыре пустых тарелки с приборами и четыре гранёных стакана, непременного атрибута советского застолья, любой советской кухни, да и любого отделения милиции, ясно показывали количество гостей.

Советский гранёный стакан, в старые времена назывался «маленковский», по фамилии одного из вождей пролетарского государства, штука уникальная. Народная емкость имела шестнадцать граней, что соответствовало количеству союзных республик – на момент запуска изделия в производство в 1943 году, Карельская автономия в составе РСФСР была преобразована в Карело-Финскую ССР в составе Союза.

– Парни! Давайте без приглашения! Рассаживайтесь, кто, как хочет, а я сейчас принесу варёной картошки и сосисок! Дёшево и сердито!

Когда все успокоились, Парнов внимательно посмотрел на Антона и Бориса.

– Значит так! Слушать меня внимательно, не перебивать, все вопросы потом! Я расскажу вам основные моменты нашей работы, что надо знать, что надо делать и чего делать не стоит. От этого зависит, будете вы работать дальше в розыске или нет, и соответственно, всё это вместе определит вашу дальнейшую службу, да и жизнь тоже. Я расскажу вам это только один раз и потом, на примере заявления о пропаже автомобильного колпака, что сегодня Русиков подписал к исполнению Антону, решим эту простейшую задачку! Договорились?

– Шелестов и Гудков молча кивнули головами в знак согласия, понимая важность момента.

– Хорошо! Тогда давайте, вмажем по одной, и начнём ликбез!

Всё чокнулись гранёными стаканами, выпили и закусили.

– Парни! В нашем отделении 9 человек занимаются оперативной работой, то, бишь, 8 сыщиков, у каждого из которых есть земля, плюс наш начальник, Русиков его фамилия, который эту самую работу контролирует. На территории нашего отделения, а значит у каждого из нас на земле, расположены и магазины, и рестораны, и гостиницы, и предприятия, и рынки, и ещё много чего. Добавьте к этому огромный жилой сектор и Ленинский проспект, с его маршрутами автобусов, троллейбусов и трамваев. Всё это хозяйство требует ежедневного оперативного прикрытия, поскольку наши клиенты, лица, ранее судимые или идущие к этому на всех парах, всем этим живут! Это их хлеб насущный! Результат их деятельности: квартирные и карманные кражи, разбои, грабежи, мошенничества, наркотики, домашний терроризм, хулиганка и так далее! В свою очередь это составляет суть заявлений, которые вы получаете от граждан почти каждый день! Работу участковых пока оставим в покое! Кроме этого у вас в производстве находятся ранее не раскрытые дела, дела оперативных проверок и много чего ещё! В месяце всего 30 дней, без выходных и проходных, поскольку преступления совершаются каждый день. Если брать по одному заявлению от потерпевших в день, то каждый месяц у вас получается 30 заявлений о вероятно совершённых преступлениях. Два месяца – это 60 заяв, а три месяца – это 90 заявлений. Поверьте, для того чтобы реально, согласно действующего законодательства, рассмотреть весь это поток заяв, провести необходимые мероприятия, опросить потерпевших, свидетелей, исписать кучу бумаги и определить, было ли совершено преступление в отношении гражданина, или нет, надо в нашем отделении иметь 50 оперов, и сутки, чтобы были не 24 часа, а все 30. К чему я сделал такое длинное вступление? К тому, что отныне слово «заявление» – это ваш крест, пока вы будете работать на земле, и потому, как вы будете относиться к этому слову, и к человеку, его написавшему, или собирающемуся написать, будет зависеть ваша работа в должности оперуполномоченного уголовного розыска. И продолжительность этой работы.

Итак, рассмотрим пример, когда потерпевший, или, как мы говорим – «терпила» 12 , вам приносит заявление, не важно, дежурите вы или нет, о том, что он вчера вечером шёл домой после трудового дня, и около его собственного подъезда трое ранее неизвестных ему лиц, сорвали с его головы народную шапку из кролика и убежали! По сути заявления мы имеем грабёж в составе преступной группы. Ваши действия, согласно тому, чему вас учили в Высшей школе милиции, типовые – вы должны опросить потерпевшего, выйти на место происшествия или организовать преследование преступников по горячим следам, составить план – схему места происшествия, отработать жилой сектор, то есть найти свидетелей, очевидцев данного происшествия, если таковые были. Затем установить, был ли ваш заявитель пьян в стельку или трезв, и была ли шапка вообще, а если была, то какая, когда и за сколько куплена. Если будет установлено, что шапка была, мужик был трезв, а очевидцы, которых вы или не вы, установили, подтвердят, что видели, как в темноте несколько человек что-то там такое сдёрнули с головы трудящегося и убежали, то вам надлежит собрать и подготовить материал для возбуждения уголовного дела. Иными словами говоря, вы инициируете «висяк» 13 , который отразится на раскрываемости всего подразделения. Если вы так будете действовать и дальше, согласно действующего законодательства, инструкций, приказов МВД, то, как не парадоксально это звучит, вы в милиции долго не задержитесь.

Александр Порфирьевич выждал эффектную паузу.

– Вы представляете себе объём работы, который вам предстоит выполнить!

– Нет, вы не представляете себе объём этой работы! Дураку ясно, что эту драную шапку вам не найти никогда!

– Поэтому, сперва, вы должны для себя определить: а нужно вам лично и вашему родному отделению это заявление или нет, и как оно, это заявление, повлияет на раскрываемость? Зачем вообще этот дядя пришёл к вам? Какая польза нашей родной милиции от этого гражданина вообще? Зачем он занимает ваше драгоценное время в перерывах, когда вы дённо и нощно стоите на страже социалистического правопорядка и раскрываете ежедневно разные серьёзнейшие преступления? Вам партия и правительство доверило передний край борьбы с преступностью! Вы сотрудники славного московского уголовного розыска и вам некогда заниматься всякой мелочью! Дальше необходимо напомнить гражданину о фильме «Следствие ведут знатоки» 14 , спросить его мнение о майоре Томине, о том, как он помогает в раскрытии преступлений майору Знаменскому. Можно, конечно, спросить и самого трудящегося, как он, как строитель коммунизма, помогает правоохранительным органам в искоренении преступности в нашей великой стране? Мать его! Вопрос – зачем? Затем, чтобы дать понять заявителю, что он очень поможет вам и особенно себе, если заберет своё заявление назад, если написал таковое, а если нет, то пусть идёт домой и не мешает нашей доблестной милиции заботиться о безопасности своих граждан! Мать вашу! Вы должны реально обрисовать клиенту положение дел: впотьмах бандитов он не запомнил, и помочь составить фоторобот не сможет! Тогда, кого искать? А если подойти к вопросу творчески, то пролетарий наверняка был слегка под «мухой», как-никак конец рабочего дня, к тому же шапку мог забыть в метро, в троллейбусе, в автобусе, когда задремал, или просто потерять! Да и шапка была старая, мех уже весь вылез, может, пора её было выбросить, что он и сделал. А утром проснулся, глядь, а шапку-то выбросил. А тут ещё жена, куда мол, шапку дел! Это, как говорится, дела житейские! Поэтому надо сказать, что мы, мол, понимаем! Давайте тогда бумагу попусту тратить не будем, я к сведению принял, что сей факт имел место быть, найдём вашу шапку – вернём, найдём какую либо бесхозную – отдадим вам! Может даже новее и лучше! Это в расчёте на алчность, на халяву. Иногда проходит! Конечно, в идеале было бы не плохо, чтобы клиент написал встречное заявление о том, что утром вспомнил, что шапку потерял, или сам выбросил, так как шапка была старая, претензий ни к кому не имеет, и просит прощение за причиненное беспокойство! Память, знаете ли, подвела, года уже не те! И хорошо так же, чтобы он дописал одну фразу на встречном заявлении: «Прошу вас больше по ранее написанному мною заявлению, меня не беспокоить». Это помогает, когда прокуратура начинает крутить так и эдак отказной материал, на предмет сокрытия преступления. Учтите, что этот вариант почти идеальный, но бывает, что трудящийся начинает закатывать истерику, заявляет, что по истечении десяти дней, согласно, действующего законодательства, потребует отчёта с результатами работы по поиску его сраной шапки, согласно поданному им ранее сраному заявлению! Вы видите: клиент будет писать истерические жалобы – опусы в прокуратуру, в Моссовет, в ЦК КПСС, в ООН, о бездействии сотрудников МВД. В этом случае не ищите на свою жопу приключений, берите официальное заявление, штампуйте его в канцелярии и продумывайте варианты, как затем грамотно отказать в возбуждении уголовного дела. Руководство, конечно, действий твоих не одобрит, но ты – молодой специалист, статья в уголовном кодексе об укрывательстве преступлений имеется и предусматривает, между прочим, лишение свободы! За этим внимательно наблюдают прокуратура и наше родное «гестапо» – Управление собственной безопасности. Очень важно понять, что всё ясно становится с начала беседы с потерпевшим, его последующие действия можно спрогнозировать. Ни в коем случае нельзя вести себя грубо с заявителем, важно, чтобы после беседы он забрал бы своё заявление назад, пятился бы задом до самой двери, кланяясь вам в пояс, и говорил бы «спасибо». Это показатель вашего мастерства, как сыщика.

– За что и предлагаю вмазать, и закусить! Потом продолжим! – вмешался Волченков и достал из банки соленый огурец, и торжественно держа его наготове в левой руке, правой поднял наполненный наполовину стакан и сказал: «За уголовный розыск!». Все с этим согласились, выпили и закусили.

Порфирьевич перевёл дух.

– Круто! – со знанием дела сказал Волченков.

– Теперь, – переведя дух, и хрустнув вкусным огурцом, продолжил «Дед», – собрав всю эту херню, что я вам наговорил, в кучу, вы должны сделать вывод! А вывод гласит так: делай всё, чтобы заявления по пустякам граждане не писали! Устраивай спектакли, цирк, варьете, делай что угодно, но старайся с заявителями вопрос решать на месте и без заявлений, потому что, как показывает практика, очень часто виноватым оказывается сам потерпевший. Можно даже честно заявителю объяснить, что ты в состоянии сделать, а что нет. Или дать ему с десяток наших альбомов с фотографиями судимых, проживающих на территории аж с 50-х годов, пусть опознаёт, пока не устанет листать. Это, конечно, не относится к убийствам, тяжким телесным повреждениям, разбоям с применением оружия, в общем, ко всему, где проходит информация о преступлении, её фиксация. Я имею в виду: звонки потерпевших на «02», вызовы скорой помощи, большое количество свидетелей. Эта информация проходит по городу, записывается на магнитофон, регистрируется в больницах и так далее. Рано или поздно, она может всплыть, где-нибудь!

Затем, Парнов обратился к Волченкову.

– Волчёнок, твой выход! Давай, покажи класс!

Александр Волченков отложил вилку, вытер руки полотенцем, взял заявление, откашлялся, и с официальной интонацией, копируя Порфирьевича, продолжил.

– Что такое отказ в возбуждении уголовного дела, или просто «отказ»! Это музыка, это симфония, это полёт мысли, это венец творчества опера! Помните, как у классика: “ Отказ! Как много в этом слове, для сердца опера сплелось, как много в нём отозвалось!». У сыщика сразу улыбка становится шире, теплеет взгляд, походка становится пружинистей, как у тигра. Это слово согревает душу опера. Это слово, как и «висяк» с «глухарём» 15 , знают все опера – мечтательно произнёс Волченков и посмотрел на Шелестова.

– Теперь на живом примере рассмотрим материал, подписанный нашим начальником Антону. Так! Что мы видим! Заявление! Начальнику 96 о/м г. Москвы, майору милиции тов. Гераськину Ю. А., от Нгобо Сасеке Нгада, третьего секретаря посольства Республики Нигерия в Москве, проживающего по адресу: г. Москва, Ленинский проспект, дом 135, кв. 1185. Так! Заявление. Утром, 21 января 1985 года, я собрался ехать на работу. Подойдя к своей машине «БМВ», госномер «D – 012 458», с удивлением обнаружил кражу правого переднего колпака с колеса. Вчера, поздно вечером, когда я ставил машину на стоянку, колпак был. Прошу оказать помощь в розыске колпака либо компенсировать мне его стоимость. Полагаю, что была совершена кража. Подпись, число. Так! Первое! Материал вонючий, поэтому сразу под штамп. Это бумага официальная, будут звонки из посольства, затем Нгада потребует справку для страховой компании, чтобы денежки ему вернули. Ну, не ему, а посольству, машина-то посольская, казённая. Материал будет на контроле! Поэтому для того, чтобы грамотно сделать отказ в возбуждении уголовного дела, тебе надо, сперва, напрочь избавиться от слова «кража». Поэтому сначала едешь к коменданту этого дипкорпуса. Не вызываешь повесткой или звонком по телефону, а – едешь! Потому что времени у тебя мало, и потому что, как правило, эту должность занимают отставники – военные, чаще всего бывшие конторские, комитетовские ребята. Они всегда на боевом посту! Убивают двух зайцев – не пыльная работёнка, и постукивают заодно. Берёшь у коменданта объяснение, где особый упор делаешь на то, что освещение по периметру стоянки горит всегда, освещение яркое, забор металлический, высотой, аж, под три метра, дыр в заборе нет, так как он осматривал его под вечер 20 декабря сего года. Потом заходишь в будку к ребятам из конторы, опрашиваешь того, кто дежурил и пропускал на территорию машину этого Нгада. Обещаешь поставить ему пузырь водки. Тема та же: ночью прожектора горят, светло как днём, объект режимный, пройти, пролезть, перепрыгнуть через забор, просочиться под забором или прилететь на воздушном шаре, чтобы у Нгада украсть сраный колпак с его сраной телеги, нет никакой возможности. К тому же, были ли все колпаки на колёсах на месте, когда Нгада вернулся в дипкорпус, или не были – никто не знает! Пол – дела сделано! Кража отпадает, напрочь! У тебя есть объяснения сотрудников, по работе и должности отвечающих за функционирование режимного объекта! Теперь, ты должен вызвать по телефону к себе Нгада, именно вызвать! Эти посольские ребята дисциплинированные, приедет сразу. Берёшь объяснение, где отражаешь следующие моменты: сколько лет машине, её пробег, была ли в авариях раньше, водительский стаж Нгада, и особенно аккуратно изложи ЕГО мнение о русских дорогах! Это важно! Спровоцируй его на эту тему. У него начнутся словесные испражнения обязательно, так как он наверняка поездил по миру, знает качество скоростных автомагистралей в европейских странах, пусть порассуждает о качестве дорог в России, и в Москве в частности! А ты основные моменты запиши. Мол, дороги в Москве говно, все в заплатках и ямах, на них валяется чёрте – что, проехать нет никакой возможности нормально ни к посольству, ни к дипкорпусу. Обязательно быстренько нарисуй план – схему пути, по которому Нгада уезжает и возвращается в дипкорпус, пусть он её подпишет, привяжи его к схеме. Также укажи, откуда он возвращался в тот вечер? Может, он с девочками катался по Москве, после какого-нибудь приёма с фуршетом! Если дурак, будет козырять своей должностью, значительностью и крутизной, как наши кавказские ребята. Потом берёшь пару надёжных свидетелей, проводишь осмотр состояния участка дороги, по которому Нгада подъезжает к дипкорпусу, или выезжает, пути могут быть разные, но суть одна – на дороге ямы, бугры, колдобины. Неплохо найти пару кирпичей, разбить их и положить при повороте к дипкорпусу. Их надо будет отразить в протоколе осмотра участка дороги. Да и на диске «БМВ» пара лёгких царапин с кирпичной красноватой пылью вдруг обнаружилась. Тоже отразить в протоколе осмотра автомашины потерпевшего. Соображаешь, к чему я клоню? Вывод: на твоей земле, на круглосуточно охраняемой территории дипкорпуса, кражи быть не могло, а вот потерять колпак он мог везде, где угодно, попав в канаву колесом или наехав на небольшое препятствие, когда поздно вечером ехал домой! Крепления автомобильных колпаков на иномарках слабенькие, не рассчитаны на российские дороги! Да, вот что ещё учти, что это твоё первое дело и начальство обязательно будет его внимательно изучать, прежде чем утвердить отказной материал. Поэтому, я бы ещё с нашими операми районными переговорил, у кого на территории есть техмонтаж. Пусть поищут слесаря среди разных разбитых колпаков, похожих на потеряный от нгадовского «БМВ». В автомастерских всегда разного автомобильного хлама полно, может, после аварийной машины у кого остался. Поэтому, если будут «найдены» осколки, фрагменты колпака на повороте, рядом с разбитыми кирпичами, и отражены в протоколе осмотра, да ещё приложены к отказному материалу, то получается, что сам Нгада виноват, впотьмах наехал на кирпичи, колпак от удара отвалился и улетел не известно куда! Значит, это – уже утеря по собственной невнимательности! Поэтому на основании ст.5, п.2 и ст.113 УПК РСФСР (отсутствие состава преступления) в возбуждении уголовного дела отказать. Пусть очки носит и не катается по вечерней Москве. Для его разных посольских дел, целый световой день имеется! А с нашей горячо любимой страны хочет деньги получить! Не выйдет! И всё! Бобик здох! Отказной материал на подпись Гераськину и – в архив!

Шелестов разлил остатки второй бутылки водки в четыре гранёных стакана.

– Так что пару дней эта мышиная возня у тебя займёт! К тому же по другим материалам ребят надо работать! У нас две квартирные кражи повисли на земле Женьки Малышева! – сказал Порфирьевич, доставая охотничий складной нож. – Поэтому завтра с утра прямиком в дипкорпус, а я Русикову скажу, что сам тебя отправил работать по заяве. А то найдут другое занятие, в момент!

Антон согласно кивнул головой.

– Если тебе по обсуждаемым вопросам всё ясно, поехали дальше!

Шелестов и Гудков одновременно кивнули.

– Отправка подобных материалов в следственный отдел на возбуждение, я имею в виду кражи шапок, велосипедов, детских колясок, лыж, санок, автомобильных колпаков, колес, ковриков от дверей квартир и прочей ерунды, свидетельство полного отсутствия профессионализма. Поскольку, а вероятнее всего, дело останется не раскрытым, то это означает «висяк», или «глухарь», знаешь птицу такую! Я думаю, что все полицейские в мире знают эти слова, от эскимосов, и до какого ни – будь там дремучего племени «Тумба – юмба» в Африке, где у аборигена удостоверением службы в правоохранительных органах является продетая сквозь нос кость, она же является и одеждой! И наверняка «глухарей» и «висяков» у них тоже не любят. Так что эти птицы места жительства выбирают сами, в какой канторе свить гнездо!