Цугцванг по-русски. Книга 1. 96 отделение милиции г. Москвы
Шрифт:
– Я – «ЯК», истребитель, мотор мой ревет!… – Антону вдруг вспомнилась старая песня Владимира Высоцкого.
Погоня продолжалась. Выскочив на улицу Гарибальди, «девятка» вдруг резко повернула налево и понеслась по встречной полосе. Поток встречных машин увеличился и Шелестов увидел, как Виктор плотнее устроился на водительском месте и крепче вцепился в руль, хотя внешне никаких признаков волнения не показывал. Стрелка спидометра уверенно поползла к отметке в 100 км/час. Через 10 минут бешеной езды машины вырвались на Профсоюзную улицу, и гонка продолжилась в сторону кольцевой дороги. Внезапно, у очередного перекрестка наперерез «девятке», было, бросился гаишник, смешно размахивая жезлом, но в последнюю минуту, наверно, у него заработали мозги, и он метнулся обратно со скоростью метров на десять впереди собственного визга.
– Теперь порядок! Подмога будет обеспечена, Марио засветился! – удовлетворенно заметил Антон.
Расстояние между машинами медленно, но уверенно сокращалось.
Вдруг лобовое стекло «шестерки» покрылось паутиной трещин и мимо виска Шелестова что-то просвистело, выбив заднее стекло. В салон ворвалась струя холодного встречного воздуха. Затем, что-то с силой ударило его по плечу, вырвав клок материи вместе с подкладкой.
– По нам стреляют! Осторожно! – закричал Антон.
– Завалю, падла! – закричал Малышев и, выставив всю длину руки в боковое стекло, начал методично расстреливать задние колеса преследуемой машины.
Бах! Бах! Бах! Красная девятка внезапно вильнула в сторону встречного движения и, не снижая скорости, ударила в бок прицепа – панелевоза, который натужено рыча тащил «Камаз» 61 . Его водитель резко дал по тормозам, пытаясь избежать столкновения. Истошный визг трущихся шин пронзил весенний воздух. Все дальнейшее перед глазами Антона происходило как бы в замедленном действии, хотя на самом деле все происходящее не заняло и двух секунд. Он отчетливо видел, как от мощного встречного удара «девятка» перевернулась, и начала разваливаться на части. Но инерция «Камаза» была огромна, его продолжало стремительно нести навстречу им…
61
КАМАЗ – (Камский автомобильный завод) – российская автомобилестроительная компания, крупнейший в России и СНГ комплекс предприятий по производству большегрузных автомобилей, тракторов, дизельных двигателей, электроагрегатов и комплектующих, расположенный в Набережных Челнах (Татарстан, Россия).
В 1960-х годах экономика СССР нуждалась в увеличении парка грузовых автомобилей, особенно современного типа с грузоподъёмностью от 8 до 20 тонн с более экономичным дизельным двигателем. Существующие автомобильные заводы эту потребность восполнить не могли.
В августе 1969 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли ряд документов, в том числе Постановление №674 от 14 августа 1969 «О строительстве комплекса автомобильных заводов в Набережных Челнах Татарской АССР». Заводы должны были специализироваться на производстве только большегрузных автомобилей. Строительству заводов в данном месте способствовало месторасположение города – в центре страны, наличие судоходных рек Камы и Волги, близость железной дороги – позволяли обеспечить будущий автогигант строительными материалами, сырьём, оборудованием и комплектующими.
Какая-то встречная машина вдруг оказалась перед их «шестеркой», Женька Малышев закрыл голову руками, Павловский ещё пытался выровнять машину, он всем телом крутанул руль вправо, уходя от столкновения, но было уже поздно: их занесло. Шелестов только успел услышать Женькин и собственный крик, потом хруст стекла и металлический скрежет, и увидеть, как левый бок и капот их машины моментально сминаются в гармошку, чтобы в то же мгновение обрушится на них с чудовищной, сокрушительной силой. На грудь ему словно рухнула бетонная плита. В глазах вспыхнуло и страшный по силе удар вдруг все погрузил во тьму…
Антон никуда не взлетал, и душа его не кружилась над телом, бесстрастно разглядывая смятую машину. Он был никто и нигде. Мрак только сначала был монолитный, глухой и непроглядный, а потом он стал похож на кисель, сначала действительно, чёрный и вязкий, без малейшего просвета и звука. А потом – какой-то серый и равномерно колыхающийся. В нём гулко раздавались какие-то звуки, и Антон не мог понять, доносятся они издалека или их источник совсем рядом. Несколько мгновений спустя он понял, что это несколько переговаривающихся человеческих голосов. Но доносились они глухо и невнятно, как бы сквозь вату.
Антону с детства был знаком запах лекарств. Еще не открыв глаз, он понял, что находится в больнице. Знакомый запах щекотал нос: больничный аромат никогда ни с чем не перепутаешь. Голова кружилась, казалось, что его тело качается на волнах, к горлу подкатывала тошнота.
Он хотел открыть глаза, но не мог. Шелестов хотел было застонать, пошевелиться, но не смог и этого. Тело не слушалось и даже не ощущалось. Антону вдруг показалось, что он даже не дышит и не испытывает в этом потребности.
Вдруг он почувствовал тошноту. Потом волной накатила боль в затылке и стремительно промчалась по всему телу до кончиков пальцев ног, заставив тело содрогнуться. Антон попытался открыть глаза, но не смог. Потом появился звон в ушах. Потом сквозь него снова стал пробиваться какой-то мерный пульсирующий звук, напоминающий тиканье часов и чей-то разговор, отдающийся в его мозгу эхом.
– В принципе, кризис миновал, он почти уже в сознании. Можете поговорить, если сейчас очнётся, только недолго. Бахилы наденьте.
– А что с ним было?
– Сотрясение мозга средней тяжести, ушиб грудной клетки, легкое пулевое ранение плеча. Пуля прошла по касательной, вырвав лоскут кожи. Серьёзного вмешательства не потребовалось, просто нужен покой. Думаю, теперь все обойдется, организм молодой и сильный.
– Так, а где он лежит, показывайте!
Он открыла глаза, но ничего не увидел. Легкая поволока колебалась перед ним в такт его дыханию. Боли не было, вернее она была, но где там, далеко в груди, словно налитой свинцом, и было трудно дышать. Постепенно он почувствовал легкое прикосновение к своим пальцам.
– Вот, чёрт! Уже лучше.
Не спеша пошевелил пальцами ног.
– Совсем хорошо! Значит цел.
Неожиданно он стал отчётливо слышать шум Балтийского моря, такой привычный и такой убаюкивающий. На Балтике всегда волны и всегда плохая погода из – за ветра.
Постепенно поволока стала рассеиваться и бескрайнее море открылась перед его глазами во всей красе. Господи, как ему стало хорошо. Вот в середине моря возникли три точки и стали постепенно приближаться к Антону. Всё ближе и ближе. Вот стали различимы очертания человеческих силуэтов. Ещё ближе. В середине человек мощного телосложения в чёрной водолазной маске и аквалангом за спиной. Слева и справа русалки, одна с иссиня – чёрными волосами, вторая – яркая блондинка. Вся троица быстро приближается к Шелестову. Вот человек снимает маску, и Антон видит улыбающегося во весь рот Бориса Гудкова.
– Борька! Братишка!
Вся троица подплыла к раю берега и собирается выходить из воды.
– Чёрт! А как же русалки? Они же не могут ходить!
Взмахнув чешуйчатыми хвостами русалки, тут же обрели потрясающей красоты ноги и вместе с Борисом, взявшись за руки, уже бегут к Шелестову.
– Скорее, ко мне скорее, я хочу вас всех обнять и вдохнуть запах моря.
И вот они уже около его больничной койки: Анна, Боря и Оксана!
– О, чёрт!
Антон открыл глаза.
– Я же говорю, что он сейчас очнётся!
Почему пальцы так влажны от воды. Неужели сюда долетели солёные брызги Балтийского моря?
Скосив глаза влево, Шелестов увидел счастливое и мокрое от слёз лицо Анны, которая держала его руку и прижималась щекой. Справа – та же самая картина, но с Оксаной.
Прямо перед ним, у ног, стоял Борька и смущенно улыбался.
– Вот, чёрт! Как я попааааал!
Больница.
Два дня, добросовестно отбытые Антоном на больничной койке, ему показались достаточной компенсацией своему организму за те потрясения, что он пережил. А по сему, кое – как вдев себя в спортивную куртку со штанами, и нацепив шлёпанцы, при этом периодически падая в койку от головокружения, Шелестов с трудом дошлёпал от своей койки до двери палаты, где он лежал совершенно один, и аккуратно приоткрыв её, выглянул в коридор.