Чтение онлайн

Российская Империя все еще оставалась великим православным царством. Пусть поколебленным неравной борьбой с «мировым сообществом» и его «пятой колонной» внутри страны, но все еще страшным для них.

Разумеется, России без вопросов удалось бы пережить тот наиболее опасный для нас период, о котором сказано выше, если бы Япония не успела на три года ранее положенного ею срока с активной помощью того самого «мирового сообщества» завершить развитие своих сухопутных и, главное, морских сил.

Наши же военные программы были сорваны усилиями агентов «сообщества», внедренных на высокие посты русской государственной иерархии.

Кроме того, вся обстановка на Дальнем Востоке сильно усложнилась для нас событиями, разыгравшимися в Китае в 1900 году, когда к тревожному вопросу о Корее присоединился в еще более жгучей форме и вопрос о Маньчжурии.

Вся сила и упорство могучей Империи сводились в эти годы к силе и стойкости ее отдаленного и малозаселенного края.

А единственной защитой его оставалась Тихоокеанская эскадра!

Был, однако, в русском руководстве на Дальнем Востоке решительный человек, готовый вступиться за интересы России. Как таковому ему, естественно, не повезло с оценками в отечественной историографии. За примерами далеко не ходить: «царский холоп», «тупой царедворец», «противник всего нового и прогрессивного», «напыщенное и глупое существо».

Изящный стиль и выдержанная идеологическая направленность эпитетов выдают здесь авторов эпохи победившего социализма, столь плавно перешедшего в нашу «развитую» (кем, интересно?) демократию.

Однако и дореволюционные авторы не лучше. Особенно, конечно, изощрялся в подборе эпитетов С.Ю. Витте в своих тщательно спрятанных от царевых глаз мемуарах: «большой карьерист», «низенькая натура», «мелкий и нечестный торгаш».

Ну Витте — это понятно. Чует кошка, чье сало съела! Все же Дальний построен на порт-артурские деньги. А уж наворован был не один миллион. Алексеев, видно пытался отстаивать государственные интересы, чем сильно обидел инициатора и спонсора Дальстроя.

Не знаю, что уж там не поделил с Наместником А.И. Деникин, но и этот высказался с солдатской простотой и спартанской лаконичностью: «Не флотоводец, не полководец и не дипломат»{284}.

Флотоводства от самого Антона Ивановича было бы, конечно, требовать чересчур, но в остальном так и тянет сказать — чья бы корова мычала!

О язвительных характеристиках, которыми «награждали» адмирала в публицистической и художественной литературе, лучше и вовсе не вспоминать, ибо они стоят порой за гранью приличий. С писателями и публицистами у нас всегда порядок.

Не беремся утверждать, что всегда и во всем адмирал Алексеев был прав, да и характер имел, говорят, не сахар. Но любовью к Отечеству, верностью Царю, политическим чутьем и решимостью Бог его не обидел.

Чтобы не быть голословным, как и в случае с адмиралом Дубасовым, приведем некоторые факты о жизни и службе выдающегося русского флотоводца, полководца, дипломата и вообще по-настоящему крупного государственного деятеля адмирала Евгения Ивановича Алексеева{285}.

Скажу при этом сразу, что не намерен обсуждать слухи о том, что Алексеев — внебрачный сын Императора Александра II. Но если это и так — у Императора был вполне достойный потомок!

Евгений Иванович Алексеев, будущий Генерал-Адъютант, Адмирал, Наместник Его Императорского Величества на Дальнем Востоке, Главнокомандующий в первую половину русско-японской войны всеми вооруженными силами, действовавшими против Японии, член Государственного Совета, родился 11 мая 1843 года.

В 1856 году определен в Морской Кадетский Корпус, из которого выпущен гардемарином в 4-й флотский экипаж 4 мая 1863 года. Через пять дней после этого, 9 мая 1863 года, Алексеев на корвете «Варяг» отправился в первое свое кругосветное плавание, из которого вернулся лишь четыре года спустя — 2 июля 1867 года, и на следующий же день, 3 июля, был произведен в лейтенанты.

После двух лет службы на берегу Алексеев 14 июня 1869 года вновь отправился в плавание на клипере «Яхонт» под флагом контр-адмирала Бутакова — на этот раз в Средиземное море.

В Средиземном море и Атлантическом океане Алексеев плавал почти непрерывно 9 лет на таких судах, как клипер «Жемчуг», фрегаты «Князь Пожарский» и «Светлана», шхуны «Соук-Су», «Псезуапе» и «Келасуры», корветы «Аскольд» и «Богатырь» и пароходы «Цимбрия» и «Jazo». Командовали этими кораблями заметные в русском флоте лица — Геркен, Басаргин, Бутаков, Великий Князь Алексей Александрович, Тыртов, Григораш, Корнилов, Шафров, Гриппенберг и Ломен.

23 октября 1878 года Алексеев был командирован в Америку для принятия строившегося там нашего крейсера «Африка».

Историческая справка

«“Африка” — учебное судно Балтийского флота, переделано из коммерческого парохода, купленного в 1878 году в Филадельфии (США) на заводе Крампа. По своему водоизмещению и размерам оно близко подходит к двум другим таким же пароходам, купленным тогда же и там же и получившим названия “Азия” и “Европа”.

Так, “Азия” имеет водоизмещение 2250 т при длине 270 фт., “Африка” — 2780 т при длине 271 фт. и “Европа” — 3160 т при длине 307 фт.

Покупка этих судов была вызвана следующими обстоятельствами: успехи русского оружия в войне с Турцией 1877-1878 годов вызвали вмешательство Англии, опасавшейся чрезмерного усиления России. Чтобы отвлечь внимание Англии, было решено произвести морскую демонстрацию на ее торговых путях, для чего, за неимением в русском флоте быстроходных крейсеров, приобрести таковые в Соед. Штатах Сев. Америки, дружественных России.

Быстро набрав комплект команды и офицеров, экспедиция вышла 1 апреля 1878 года из Балтийского порта на пароходе Гамб.-Амер. линии “Цимбрия” и 16 апреля уже была в Америке. Через несколько дней после этого весь мир знал о решительной мере, предпринятой русскими, т.к. местные газеты быстро разнесли весть о покупке крейсеров и о русском крейсерстве в океане. На заводе Крампа в Филадельфии были куплены быстроходные по тому времени пароходы “Колумбия”, “Саратога” и “Штат Калифорния”, переименованные в крейсеры “Азия”, “Африка” и “Европа”.