Чтение онлайн

— Да, бабушка, я все уже знаю.

— Нечего огрызаться. У тебя что, был плохой день?

— День как день, — сказал Джон, но ответ прозвучал грубо и неубедительно.

Старая дама издала неразборчивый звук, потом сняла серьги и положила их на стол. Она что-то слишком долго выкладывала их рядом с тарелкой.

— У меня есть для тебя новость.

Он вдруг понял, что бабушка выглядит сегодня нервной, и тут же забыл о своих проблемах. Может, она соединила поездку в Калгари с визитом к врачу? Джон обругал себя за невнимательность.

— Что случилось, бабуля? У тебя все хорошо? Ты не больна? — Внезапная мысль о жизни без нее свела судорогой и так уже измученные внутренности.

Бабушка со смехом замахала на него рукой, затем поправила воротник бело-лиловой клетчатой блузки, посмотрела ему в глаза и объявила:

— В конце августа я собираюсь переехать в Калгари.

При ее неожиданном заявлении Мэриголд испытала тот же шок и удивление, что отразились и на лице Джона. Она понятия не имела о решении бабушки перебраться в город. Во всяком случае, та ни о чем таком сегодня не говорила.

Мэриголд почувствовала на себе взгляд Джона, и от выражения его лица сердце у нее сжалось. Он, видимо, кипел от злости, словно винил ее. Так же внезапно лицо его окаменело и стало непроницаемым.

— Понятно.

Его чувства выдавала только подергивавшаяся щека. Мэриголд поняла, что все это его глубоко поразило и что он почему-то считает ее ответственной за бабушкино заявление.

Та неуверенно засмеялась.

— Жду не дождусь. Так что, пожалуйста, не порти мне обедню, Джон.

— Я и не собирался.

Она умоляюще посмотрела на внука.

— Ты же знаешь, как давно я об этом говорю. — Бабушка встала, дохромала до него и поцеловала в щеку. Ее голос дрогнул, когда она спросила: — Ты меня прощаешь?

— Я никогда не удерживал тебя, когда ты что-то хотела сделать, бабуля. — Он с чувством обнял ее.

Очевидные усилия Джона подавить боль вызвали у Мэриголд слезы. Быстро встав, она понесла тарелку в раковину и включила воду, чтобы заглушить голоса у себя за спиной. Потом уставилась в окно, глядя на удлинившиеся тени на поле, где зрел ячмень, и занялась мытьем посуды. Она заставила себя думать о чем угодно, только не о сцене, разыгравшейся за столом. О поездке в город, которую давно ждала и от которой получила удовольствие. Они с бабушкой детально распланировали этот день: в какой торговый центр пойти, где пообедать, кого навестить. Однако, находясь в Калгари, она не только не чувствовала, как заряжается энергией от оживленного городского ритма, а, наоборот, то и дело возвращалась мыслями к ферме. И Джону.

Он настоял, чтобы в Калгари женщины поехали на его пикапе, и всю дорогу Мэриголд обуревали непонятные ощущения. Странно было сидеть на месте Джона и сжимать тот самый руль, на котором так часто лежали его руки.

Когда она в какой-то момент остановилась на красный свет, а абуэлита и бабушка разговаривали между собой, Мэриголд вспомнила, как помогала Джону убирать сено, и ленч, который они ели вместе. Почти ощутила волны зноя, накатывавшие с полей, прикосновение Джона, его поцелуи… Вспомнила свой первый день на ферме Гудинга… Его неожиданное дружелюбие, ястреб, парящий в бледно-голубом небе, и они с Джоном, бок о бок выполнявшие работы на ферме. Больше всего ей вспоминался тот момент, когда она почувствовала на себе взгляд Джона, впервые ощутив его страсть.

Бабулин голос, возвестивший, что красный свет уже сменился зеленым, вернул Мэриголд к реальности. Излишняя поглощенность Джоном и фермой удивила ее тогда, удивила и теперь. Что с ней такое? Она не должна раздражаться на себя, разочаровываться в себе из-за своей тяги к Джону, особенно после танцев на родео. То, как он с ней обращался, было достаточным предупреждением.

Мэриголд вернулась в настоящее, услышав, что Джон пересек кухню у нее за спиной. Хлопнула дверь веранды, и она увидела, как он исчез в амбаре. Он расстроен, винит ее за решение своей бабушки.

Старая дама подошла к раковине, и Мэриголд повернулась к ней, выдавив улыбку.

— Я даже не представляла, что вы серьезно хотели переехать в Калгари.

— Я уже давно собираюсь это сделать.

— Но почему вы сказали ему сегодня, если вы не против моего вопроса? Я имею в виду я… вы… Мы же с первой минуты знали, что он не в настроении.

— Вот именно. Лучше момента, чем сегодня, нельзя и придумать. — Бабуля многозначительно улыбнулась, словно у нее была некая тайна. Потом зевнула. — Я слишком устала, чтобы пускаться в объяснения. Наш сегодняшний разгул в Калгари меня вымотал.

— Тогда ложитесь спать, — улыбнулась Мэриголд. — Поговорим завтра.

— Ты пойдешь за ним?

— Ч-что? Зачем мне идти?

— Просто спросила, — демонстративно пожала плечами бабушка.

Мэриголд уставилась на нее, гадая, что она хотела сказать своим вопросом.

Вымыв оставшуюся после ужина посуду, Мэриголд послонялась по кухне, зная, что ждет возвращения Джона. Уже давно стемнело, и она не могла представить, чем он занимается в амбаре.

Она не поддалась искушению проверить, но мысленно возвращалась к предложению бабули. Наверное, она знает, что Джону плохо. Учитывая, как сильно он любил свою бабушку, Мэриголд могла предположить, насколько его расстроило ее неожиданное заявление, ведь перед ним со всей безжалостностью встала реальность одинокой жизни в этом доме.

В десять вечера Мэриголд сдалась. Только на сегодняшний вечер она забудет о смешанных чувствах, о досаде на Джона и пойдет к нему. Она хотя бы должна заверить его, что не знала о решении бабули.

Мэриголд толкнула дверь и подождала, когда глаза привыкнут к темноте. В амбаре было тепло, ее окутал приятный, такой обыденный запах сена и коров, по телу пробежала дрожь, и она поплотнее закуталась в джинсовую куртку Джона, от которой исходил его на удивление успокаивающий запах.

Мэриголд оглянулась, но Джона нигде не было видно. Куда он исчез? Она услышала шорох над головой, однако, поддавшись желанию улизнуть, стала подниматься по лестнице на сеновал, говоря себе, что ноги дрожат от трудного подъема, а не оттого, что она скоро окажется наедине с Джоном.

Он сидел на тюке сена и смотрел в окошко сеновала. Мэриголд пригляделась к нему, стараясь определить его настроение. Джон ничем не показал, что заметил ее присутствие.

— Джон? — неуверенно позвала она.

— М-м?

Она сделала несколько шагов по дощатому полу.

— Как ты? — И сразу пожалела о своем вопросе.

— Прекрасно.

— Мне уйти?

Он пожал плечами.

Отлично. Ему даже все равно, уйдет она или останется. Черт бы его побрал. Она не позволит ему прогнать ее. Мэриголд сократила расстояние между ними и примостилась на другом тюке рядом с Джоном.