Чтение онлайн

Врач решил немедленно приступить к обследованиям. Он вернулся в помещение для диализа и под руку вывел из комнаты находившуюся при больном медсестру.

— Когда вы закончите работать с господином Камби, надо сделать ему эхографию правой почки, — распорядился нефролог. — Попросите срочно провести обследование. И как только будут готовы результаты, тотчас доставьте их в мой кабинет. Вы уже взяли у него кровь?

— Да, конечно. Стандартные анализы.

— Хорошо. Пошлите кого-нибудь в лабораторию с этим предписанием.

Касти протянул медсестре листок.

— Не беспокойтесь, доктор, все будет сделано.

— Благодарю вас.

Нефролог возвратился в кабинет. На первую половину дня у него было запланировано восемь осмотров, и первый пациент уже ждал его. Доктор относился к каждому случаю так, будто именно он был для него самым важным. Впрочем, поставить диагноз сегодня оказалось несложно, его особое профессиональное чутье здесь не потребовалось. Касти уже успел совершенно забыть о существовании Луки Камби, когда, спустя три часа, в кабинет вошла взволнованная медсестра.

— Результаты эхографии синьора Камби.

— Спасибо, оставьте их на столе, — попросил врач.

— Доктор, но…

— Что такое? — оборвал ее Касти, не понимая, чего она хочет.

— У него нет правой почки!

Касти понадобилось какое-то время, чтобы справиться с потрясением. Все мускулы его массивного тела словно онемели, он напрягся, стараясь не двигаться, однако стул под ним предательски скрипнул.

— Хорошо, — он выдавил из себя улыбку, — я займусь результатами через минуту.

Оставшись один, врач с неожиданной легкостью вскочил, схватил ленты эхотомографии и принялся изучать их, нервно прохаживаясь по комнате, то и дело натыкаясь на препятствия и меняя направление движения. Этот странный танец длился до тех пор, пока в его голове не созрели три гипотезы.

Там, где должна была находиться правая почка, звуковые волны ничего не обнаружили. Возможность ошибки он сразу же отклонил. Радиолог не мог ее допустить. Но подобный результат опровергался небольшим количеством мочи, содержащимся в контейнере. Затем в голову доктора пришли еще две мысли, одна хуже другой. Чтобы устранить последние сомнения, он решил напрямую задать больному несколько вопросов.

В палату интенсивной терапии врач вошел, даже не надев стерильный халат. Лука Камби намного хуже перенес второй диализ и горестно смотрел на иглу для вливания растворов, подавленный тем, что его случай сопровождается непредвиденными осложнениями. При виде нефролога он приободрился.

— Доктор, я ничего не понимаю, — начал он, — что-то не так с эхографией. Мне показалось, что радиолог был обескуражен, он не мог найти почку…

— Возможно, причина в неверно настроенном аппарате… — Это прозвучало неубедительно.

— Да нет же, он попробовал наладить его, но так ничего и не увидел.

— Эту проблему мы решим безболезненно. Но для начала попрошу вас ответить на ряд вопросов. Необходимо уточнить ваш анамнез.

— Спрашивайте.

Все, что угодно, лишь бы прекратились эти страдания, — прочел его мысли врач.

— При поступлении в больницу вы заявили, что никогда раньше не страдали заболеваниями почек. Это верно?

— Да, верно, ни разу.

— А заболеваниями обмена веществ, например, диабетом?

— Никогда.

— У вас бывали проблемы с сердцем или нестабильное давление?

— Доктор, до этого случая я регулярно играл в футбол и теннис, каждую неделю. Вам кажется, что это совместимо с такими заболеваниями, как диабет, давление или болезни сердца?

— Я просто задаю обязательные вопросы.

— Ясно.

— Вы принимаете какие-нибудь медицинские препараты: антибиотики, седативные средства, анаболики?

— Нет, только аспирин при простуде.

«Да, такого «идеального» пациента у меня еще не было», — подумал нефролог.

— Ранее вы переносили какие-либо хирургические операции?

— Ни одной.

— А переломы случались?

— Пару раз вывихивал лодыжку.

— Вы страдали хроническими заболеваниями в детстве?

— Никогда.

— А какие-нибудь симптомы, не получившие точного подтверждения?

— До тринадцати лет у меня несколько раз повторялись внезапные приступы аппендицита. Но все обошлось без вмешательства хирургов.

Касти добавил в карту сведения, полученные на основании опроса пациента.

— Хорошо, спасибо. Теперь выслушайте меня. Сейчас мы проведем сцинтиграфию почки, потому что эхография выдала неясный результат. Не волнуйтесь, это не больно, но необходимо, потому что нам нужны четкие данные. Потом мы вместе решим, что будем делать дальше.

— Я согласен.

— Мы с вами спустимся в отделение радиологии. Я сам проконтролирую обследование, — решительно заявил Касти.

Единственным, что внушало оптимизм, было небольшое количество мочи в мешочке.

Если у человека нет почки, мочиться он не может.

Лука оценил профессиональную добросовестность нефролога. Он все еще надеялся, что его проблемы вызваны тем, что врачи недостаточно следят за техническим персоналом, и он сам оказался лишь жертвой плохого контроля оборудования.

В зале радиологии, холодном и унылом, доктор и пациент около десяти минут ждали, чтобы радионуклиды, введенные через вену, достигли правой почки Луки.

По указанию Касти, техник приблизил уловитель к правому боку пациента и поймал сигнал, излучаемый технецием. Постепенно на экране появилось изображение. Нефролог, которого все больше охватывало смятение, рассматривал сегменты, вырисовывавшиеся на мониторе, выискивая контуры и светотени, пытаясь обнаружить очаги накопления технеция в области почки и не находя их.

Наконец выстроилось полное изображение, и Касти узнал причину недомоганий пациента, понял, почему больному с таким трудом удается прийти в себя и почему эхография не смогла обнаружить правую почку. Он упрекнул себя в легкомыслии и проклял Мага и его чертову самонадеянность.

Теперь нет способов исправить роковую ошибку. В качестве лечащего врача он должен помочь Луке Камби безропотно смириться со своей участью.

Информатор был «со стороны». Его имя и номер телефона пришлось узнать у одного из репортеров криминальной хроники. Тем не менее, когда Марко позвонил, чтобы назначить встречу, то принят был очень вежливо. У этого человека были свои причины вступить в контакт с журналистами. Но он заранее предупредил, что ему хотелось бы остаться неизвестным и ссылаться на него не следует. Лучшей гарантией для информатора оказались политические пристрастия «Воче», так как он вел в больнице борьбу с администраторами-коммунистами. Поэтому и согласился рассказать Марко о подземельях больницы и других больничных проблемах все, что тот пожелает услышать.