Цвет любви – алый
Шрифт:
– С-с-сука, – со свистом выдохнул квантр.
– Да, я такая, – милостиво согласилась амадейка. – Не думай, мальчик, что если ты умный и хорошо стреляешь, то все будет по-твоему. Я, может, не столь сильна, но опыта у меня больше. Я в таком говне плавала – тебе и не снилось. Попробуешь мне помешать – закопаю.
Блефует, конечно. Никого она не закопает. Да у нее руки трясутся при виде оружия. Но лучше так, чем объяснять… объяснять что? «Джордан – моя пара? Я – нбат? Рядом с ним я живу?» Вывернуться наизнанку перед этим мальчишкой? Да кто сейчас верит в истинные пары? Две-три расы из сотен. И квантры в них явно не входят. Катарина совершенно не нуждается в жалости. Жалость унизительна. Кроме того, возможно, этот Джордан полный придурок. Совершенно не обязательно в него влюбляться. Может, у него жена и выводок детей.
Можно же схитрить. Просто жить рядом. И чувствовать. Да, она догадывается, что в таком случае про секс можно забыть. Фигурально выражаясь, у нее не встанет ни на кого другого. Но секс – не единственный источник радости. Можно слушать музыку. Рисовать. Выращивать цветы. Гладить котят. Можно есть креветки и мороженое, в конце концов. Когда-то Кэт любила мороженое.
– Что тебе надо от Джордана? – подал голос квантр.
Черт, она едва про него не забыла.
– Ничего, чего он не захочет, – честно ответила Катарина, разглядывая свои ногти.
– Ты не могла в него влюбиться, – мрачно уставился на меня Джош. – Ты его даже не узнаешь. Ты видела кусок мяса.
– Поверь мне, я узнаю его с завязанным глазами из сотни мужиков. Просто поверь.
– И ты не причинишь ему вреда?
Женщина скрипуче рассмеялась.
– Он крупнее меня в два раза! Попробуй хоть что-то с ним сделай насильно!
– Не делай вид, что ты не поняла. Поклянись, что не желаешь ему зла, и я ничего ему не скажу.
– Пффф! Клянусь! Глупый детеныш квантра, что б ты понимал в зле!
– Побольше тебя, Катарина. Я видел останки корабля, захваченного силуанцем.
– Это казино, что ли? А я там трупы сортировала. Видел он…
Парень побледнел, очевидно, представив сортировку тел.
– Ладно, – сказал он. – Ты меня сделала. Сейчас окажется, что и мама твоя страшнее моей.
– Ну… У моей семьи были рабы когда-то.
Джош пробурчал что-то себе под нос и обиженно отвернулся. Какой он в сущности ребенок!
Саманта, наконец, изволила явиться из салона красоты. А-крейсеры всё же – неплохая штука. Удобная. Всё есть – и стилисты, и массажисты, и бассейн. Врачи снова запретили Кэт нагрузки, да и куда ей: она слаба как котенок. При виде беговой дорожки у женщины дрожат ноги. В бассейне она способна только бултыхаться как… не будем уточнять, как что.
Катарина здорово переоценила свои силы. Надо было еще пару недель поваляться в больничке, отдохнуть. А вместо этого она летит на Квантр-14. А ведь врачи ее предупреждали, но она их убедила: А-класс, отличные условия, полноценный отпуск! Только вот Кэт совсем забыла о перегрузках, иногда болтанке и отсутствии свежего воздуха. Хотелось вдохнуть полной грудью запах листвы, но вместо этого она дышала царапающими нос реагентами бассейна.
Странно устроен человек: всё ему не так. Нет чувств – плохо, тоскливо. Есть чувства – воздух не такой, еда невкусная, постель некомфортная.
Впрочем, осталось немного. Система Квантр близко. Их ждет единственная обитаемая там планета, Квантр-14. А всего там планет восемнадцать, считая спутники. О, разумеется, квантры раньше называли свою планету по-другому. И Солнце они называли не Квантр-1, и две своих луны – не Квантр-15 и Квантр-16. Эти наименования для учебников астрографии.
Вообще-то система Квантр закрытая. Планетников туда пускают очень неохотно, и только по специальному разрешению. Оно и понятно – на Квантр-14 особо ценная флора, охраняемая ВПС, Всемирным природным сообществом.
У Катарины, кстати, есть карточка представителя ВПС, только там еще мелким шрифтом подписано "дератизатор". Не все, правда, читают мелкий шрифт. Впрочем, он не особо имеет значение. С этой карточкой она имеет право на проход на любой корабль, и для разрешения посещения системы Квантр этот документ сыграл свою роль.
Их высадили на орбитальной станции вместе с чемоданами. Кто как, а Кэт планировала на Квантре-14 жить долго и счастливо, поэтому сумок у нее не меньше, чем у Саманты. Бедный Джош, увидев багаж своих спутниц, аж пошатнулся, но ничего не сказал. Правильно, мальчик. Не родился еще тот человек, который сможет переспорить Сэм Дейлис.
За Джошем и его спутницами прилетел пассажирский внутрисистемный флаер. Кэт умеет такими управлять и знает, что ресурс у них не больше двенадцати часов и скорость очень высокая. Хорошо, лететь недолго. Джош и пилот, выразительно переглядываясь, загрузили багаж в грузовой отсек. Кажется, они тайно надеялись, что будет перегруз. И не мечтайте! У Катарины всё рассчитано. Хотя если бы пилот был килограмм на десять толще, могли бы и превысить критическую массу. К счастью, на пилотов грузо-пассажирских шаттлов не брали здоровяков.
Катарину посадили рядом с пилотом, Джош и Саманта ворковали сзади.
Пассажирам предложили поспать в полете, чем женщина немедленно воспользовалась. Спать между операциями (это когда она в хирургии уборщицей работала), спать в душном полицейском флаере, спать на каталке, где недавно лежал труп – это она всегда умела. Сейчас, конечно, вряд ли бы согласилась. А спать в удобном анатомическом кресле с откидывающейся спинкой, да еще когда флаер слегка покачивается и уютно гудит, – одно удовольствие. Тем более, если ты не спал почти двадцать часов.
И кто только составлял такое дурацкое расписание полетов! Для чего-то им пришлось ждать на орбитальной станции целых пять часов. Саманта подремала на плече своего жениха, а Кэт было не до сна. Волновалась.
– Входим в атмосферу, просыпайтесь! – бодро заявил пилот в самый разгар сна.
– Ну уж нет, – пробормотала, не открывая глаз, Катарина. – Разбудите, когда багаж выгрузите.
– Если вы не увидите Квантр сейчас, вы здорово пожалеете, – спокойно сказал пилот.
Она приоткрыла один глаз и тут же подскочила. Это было самое прекрасное зрелище в ее жизни! Планета, сплошь покрытая зеленью самого чистого оттенка, медленно приближалась к флаеру. На ней сияли океаны, громоздились горы, петляли реки. Города прятались среди леса.
Ни разу в жизни Кэт не видела столько природы.
На Амадее города серы (впрочем, может и не серы, но уж точно не зелены). Амадея – планета высоких технологий. Если где-то и есть деревья, то только в виде идеально выверенных парков или ботанических садов. Настоящей, дикой растительности там нет. Реки закованы в бетон, океан погребен под исследовательскими платформами.
– В северном полушарии сейчас осень, – сказал пилот, заметив восторг гостьи. – Непременно съездите в большой заповедник Дра-Бора. Там столько красок, что глаза не выдерживают подобной роскоши. А мы приземлимся в Ди-Эдра. Там поздняя весна, еще цветут сады. Смотрите – рассвет над океаном!