Чтение онлайн

Вскоре после них появился ещё один, но уже без плаща. Его чешуйчатый доспех сверкал тёмно-синим цветом, и этот мужчина не прошёл мимо, а остановился точно напротив её рыжего заключённого, который, склонив голову, сидел прямо на полу. Затем тёмно-синий отпер дверь и вошёл в камеру. Без оружия, без охраны. Рыжий вскинулся и поднялся на ноги.

— Она рассказала про твою клятву, — тихо проговорил синий, бесстрашно подойдя почти вплотную к заключённому. — Ты ведь не обещал вернуть её к людям.

Есения отметила, что решётчатая дверь оставалась открытой почти настежь. Её незнакомец легко мог бы воспользоваться этим. Почему он не пытается сбежать?

— И ты ей поверил? — голос рыжего был полон ядовитого сарказма.

— Она упомянула такие детали, знать которые человеку из Озёрной долины больше неоткуда, — размеренным тоном пояснил синий. — Она в самом деле стала свидетелем клятвы, в этом нет сомнений.

— Да, так и было, — не стал отпираться рыжий.

— Почему ты сразу всё не рассказал? — резко спросил синий.

— Я пытался, — в тон ему отозвался рыжий. — Но ты был глух ко всем моим словам, решив, что я и твоя пара предали тебя.

Синий выдохнул, вдруг резко осунувшись. Словно с этим вздохом силы враз покинули его.

— Вестра, конечно, хорошо устроилась на твоей шее, — недовольно продолжал рыжий. — Вертит тобой, как только хочет. И твою девочку чуть не сгубила твоими же руками. Нашёл же кого слушать. Даже меня засадил сюда без колебаний. Тоже, ведь, она надоумила?

— Прости, — пробормотал синий. — Я повёл себя глупо.

Есения удивлённо захлопала глазами. Тюремщик просит прощения у своего заключённого?

— Ещё бы, — фыркнул тем временем рыжий. — Дурак дураком. Но не у меня тебе сейчас следует просить прощения.

— Знаю. — Синий нервно прошагал вглубь камеры мимо заключённого, бросив озадаченный взгляд в сторону лежанки, и потёр ладонью лицо. — Но пока не могу.

— Что же мешает? — в голосе рыжего явно прорывались раздражённые нотки. — До сих пор отказываешься принять свою истинную? Не доверяешь ей? Считаешь недостойной?

— Ты лучше других знаешь, как непросто мне смириться с тем, кто она такая, — напряжённо процедил синий. — Через какой горький опыт мы познали лживость и кровожадность людского рода Озёрной долины. Я знаю, — твёрдо добавил он, едва рыжий открыл рот, чтобы возразить, — девчонка не в ответе за то, что сотворили с моей семьёй её сородичи. Знаю, что не должна она расплачиваться за то, чего не совершала, можешь не говорить.

— Понимаю теперь, почему отец тогда так жёстко подавил твоё желание отомстить, — вставил всё-таки рыжий, положив руку на его плечо. — Ты бы собственноручно лишил себя истинной пары.

— И ей всё ещё угрожает опасность, — хмуро покачал головой синий. — Ей лучше оставаться в башне, пока не прищучу Вестру. Ты поможешь мне?

— Насолить любимой сестрице, по чьей милости я оказался здесь? — хохотнул рыжий. — Да с радостью! Не думал же ты, что я могу отказать в помощи лучшему другу с его истинной парой?

— Спасибо, брат, — отозвался синий. — Я-то, дурак, и правда опасался, что наша дружба может пострадать, если отвергну твою сестру ради человеческой девчонки.

— Так вот почему не пригласил тогда знакомиться с твоей парой? — хмыкнул рыжий. — Мне твоя девочка нравится. Не хмурься ты так — не в том смысле нравится, как ты сейчас опять мог подумать.

Оба уже направлялись к выходу, и Есения понадеялась, что рыжий забыл о ней, но тот всё-таки остановился у самой решётки.

— И к слову о паре, — произнёс он так тихо, что Есения едва могла разобрать слова. — Кажется, я обрёл свою в лице одной очень неожиданной гостьи.

Синий развернулся к нему, заинтересованно вскинув бровь.

— Можешь больше не прятаться, красавица! — громко позвал рыжий и шагнул обратно в темницу.

Есения замерла, не решаясь покинуть своё укрытие. Мужчины переглянулись, и синий безошибочно двинулся прямиком в её тёмный угол и сорвал с девушки плащ.

— Не трогайте! — испуганно взвизгнула Есения, вжалась спиной в холодную стену и подтянула колени к груди, прикрывая ноги подолом платья.

— Ты разве хочешь остаться запертой здесь? — серьёзным тоном поинтересовался синий, вперив в неё взгляд точно таких же вертикальных зрачков, как у рыжего, только радужка вокруг них была гораздо темнее.

Над ответом долго думать не пришлось. Бегло осмотрев мрачную камеру, Есения содрогнулась и отрицательно дёрнула головой.

— Значит, идёшь с нами. — Приблизившись, рыжий протянул ей руку. — Других вариантов нет.

Девушка поднялась на подкашивающиеся ноги, проигнорировав его ладонь.

— Что… что вы собираетесь со мной делать? — спросила она дрогнувшим голосом.

— А это уже зависит от твоих ответов на мои вопросы, — в голосе синего послышались угрожающие металлические нотки.

— Ты её не тронешь, — внезапно вскинулся рыжий, схватив того за локоть.

— Остынь, Кродан, — тут же смягчился синий. — Я и не собирался трогать, если она будет честна с нами. Сама пойдёшь или стражу позвать? — повернулся он к Есении.

— Сама, — поспешно закивала девушка.

Всё ещё сомневаясь в реальности происходящего, она шла в сопровождении двух невероятно мужественно-привлекательных мужчин по слабо освещённому коридору и на всякий случай держалась поближе к своему рыжему незнакомцу. Тот почему-то казался менее опасным. Кродан. Что за странное имя? Если только это не было каким-нибудь званием, прозвищем или ещё чем.

Из подземелья они вышли в небольшой дворик, и Есения ахнула от удивления. Девушка даже споткнулась, пока озиралась, восхищённо разглядывая окруживший её самый настоящий средневековый замок с крепкими стенами и высокими башнями. Не те известные ей мрачные развалины, что медленно разрушались на протяжении сотен лет, и теперь либо были заброшены, либо служили музейным экспонатом. А полную жизни и повседневной суеты крепость, подобную которой она видела только в кино!

При этом она всё же заметила, как идущий рядом Кродан дёрнулся, чтобы придержать её, и поспешила отстраниться. Тот только загадочно ухмыльнулся в ответ. Вскоре заметила она и взгляды, что бросали на неё другие обитатели замка. На ком-то были всё те же чешуйчатые доспехи разных тёмных оттенков, другие носили характерную для простых средневековых служащих одежду из, судя по всему, натуральных тканей.