Чтение онлайн

Берко опешил. Дебют модели DS поначалу готовился в глубокой тайне и был запланирован на октябрь 1955 года. Хотя в апреле 1952 года L'Auto-Journal опубликовал фотографии одной из этих машин, и её полное техническое описание, но Берко не ожидал, что о его секрете знают в СССР.

— Откуда вам об этом известно, господин Хрущёв? — спросил он.

В ответ Никита Сергеевич сделал испуганное лицо, потянулся к уху Берко и громким театральным шёпотом произнёс:

— Ка-Гэ-Бэ... Они всё знают... Обо всех.

— Но почему вы выбрали именно "Ситроен"? — полюбопытствовал Берко.

— Потому что сейчас самая передовая модель автомобиля в мире — ваша DS, — ответил Хрущев. — А совместными усилиями мы сможем сделать ее ещё лучше. Наши инженеры проанализировали достоинства и недостатки вашей машины. Предупреждаю сразу: ее слабое место — низкое качество гидропневматической подвески. Намучаетесь. Я предлагаю делать гидравлику у нас, на наших военных заводах. Там у нас военная приёмка, качество будет высокое.

— Вы серьёзно? — изумился Берко. — Вы пустите моих инженеров на ваши военные заводы?

— На один завод. В один цех. Может быть, в несколько цехов, — ответил Хрущев. — Ещё один недостаток — крыша над задними сиденьями низковата. Вот, смотрите, — Хрущев вытащил несколько фотографий. — У нас в Союзе с 46 года выпускается автомобиль "Победа". Видите, какая у него крыша и покатая задняя часть?

— Ну да, однообъёмная, без излома по линии багажника, -кивнул Берко, — Только вот задний обзор у неё плохой.

— А если сделать большое панорамное заднее стекло? — предложил Хрущев.

— Это можно, — Берко улыбнулся, — С вами очень интересно иметь дело, господин Хрущев.

— Я вам ещё одну штуку покажу, — Никита Сергеевич перебрал фотографии, — Фары у вашей DS тривиальные. Круглые, как у всех, и торчат. Из-за них усложняется форма передка, он как бы разделён на капот и крылья. И аэродинамика страдает. Давайте сделаем вот такой передок, — Хрущев показал Берко подретушированную фотографию модели DS21 1965 года, с 4мя фарами, попарно закрытыми овальными прозрачными обтекателями. — Это мои ретушёры постарались.

Берко впился взглядом в машину, выглядевшую в 1955-м как фантастический инопланетный аппарат.

— Мон дью... Это потрясающе! Невероятно!

— Ну, так как, вы согласны, мсье Берко? — спросил Хрущев.

— Разумеется, да!

— Тогда первым этапом мы хотели бы наладить сборку из французских комплектов на нашем заводе МЗМА в Москве, а затем мы построим по вашему проекту большой автозавод, где будем выпускать все модели семейства DS от начала до конца производственного цикла, — предложил Хрущев. — Наши экономисты подсчитали, что для рентабельности вам надо выпускать по 500 машин в день. Без нашей помощи вы едва осилите 300. С нашими инвестициями и выпуском на наших заводах — возьмете планку в 2000 в день. Не сразу, но осилим.

— Я готов обсуждать детали контракта с вашими специалистами, — ответил Берко. — И, господин Хрущев... Если вас вдруг уволят из Советского ЦК, я возьму вас в дизайнерский отдел, консультантом, — рассмеялся он.

— Бросьте, я тут не при чём. Над этим поумнее меня головы трудились. Несколько авиационных и автомобильных инженеров. Кстати, на всякий случай, стоит предусмотреть, помимо основной модели DS, ещё одну, упрощённую модель, — посоветовал Хрущёв. — Пусть он будет с тем же кузовом и подвеской, но пусть у него будет обычная, привычная тормозная система, рулевое управление и ручное сцепление с механической коробкой. Я понимаю, что вы хотите сделать машину, которая будет во всём отличаться от привычных потребителю автомобилей. Но в технике слишком много инноваций в одном образце приводит к снижению надёжности, следовательно — к ухудшению имиджа компании и падению продаж.

— Я уже думал об этом, — признался Берко, — но вы же понимаете, хочется поразить потребителя чем-то необычным... Но я планирую запустить в будущем году продажи упрощённой модели.

— Очень хорошо, — сказал Хрущёв. — К тому же такая упрощённая машина будет дешевле и привычнее в управлении. В СССР она будет пользоваться бОльшим спросом, чем навороченный, но дорогой DS. И с двумя моделями, варьируя их процентное соотношение в выпуске, легче выйти на требуемое для рентабельности производства количество продаж.

— Как интересно, — заметил Берко. — Я думал, коммунисты мыслят лозунгами, а вы мне толкуете про количество продаж, рентабельность...

— Ну, руководитель страны должен, прежде всего, быть хорошим хозяйственником, а уж потом — коммунистом, — усмехнулся Никита Сергеевич.

— Интересная мысль, — сказал Берко.

– На будущее, — добавил Хрущёв, — подумайте насчёт замены четырёх дверей на две широкие двери, поднимающиеся вверх, как крылья чайки. Их можно сделать с гидравлическим приводом, разместив гидроцилиндры во внутренних центральных стойках. Через такие ворота будет очень удобно входить и выходить, к тому же такого пока что точно никто не делает.

— Поднимающиеся двери? — у Берко даже глаза загорелись. — Вот это да... Господин Хрущёв, мой дизайнер, мсье Бертони либо будет восхищён, либо придёт в ярость, что это пришло в голову не ему!

— Скажите мсье Бертони, что он может считать эту идею своей собственной, — отмахнулся Никита Сергеевич. — Тем более, вы же понимаете, я на самом деле не сам всё это придумал.

Пьер Берко был деловым человеком. Контракт был подписан без промедления. Он предусматривал создание единого советско-французского концерна "Citroёn Russe", целью которого был выпуск автомобилей и их продажа по всему миру.

Согласно контракту французская сторона предоставляла полную техническую документацию на модели DS, ID (упрощённый вариант на базе DS), модели, создаваемые на их базе — пикапы, лимузины, универсалы, кабриолеты, специализированные машины, например "скорой помощи", а также оборудование и технологическую оснастку для производства всех деталей, за исключением покупных комплектующих. Покупные изделия и материалы, не производящиеся в СССР, также закупались французской стороной и поставлялись централизованно в объёме согласованной производственной программы.

Также французская сторона обязывалась закупать и поставлять партнёру специализированные станки и оборудование, которое было запрещено к продаже в СССР американскими и европейскими законами. Эта статья контракта была оговорена особо. Специальное засекреченное приложение к контракту содержало ряд очень необычных пунктов, в частности, что концерн "Citroёn" обязуется приобретать оборудование для СССР в качестве посредника, на советские средства, даже если это оборудование не имеет отношения к производственной программе. Пьер Берко, разумеется, вначале не хотел с этим связываться, но Хрущёв его уговорил: