Чтение онлайн

Примерно через минуту пришёл долгожданный ответ из Киева: «Спасибо, Никита Сергеевич! Привет Москве от Советской Украины!»

— Есть связь, работает, — удовлетворённо улыбнулся Хрущёв. — А по делу что-то передавать уже можно, или пока только приветы?

— Сейчас попробуем, — Лебедев придвинулся к телетайпу и начал набирать длинную команду, сверяясь с записанной на листке бумаги подсказкой. Нажал «ввод».

Ждали ещё около минуты. Затем замигали несколько лампочек на пульте, и одновременно ожило и зашумело стоящее рядом замысловатое устройство.

— Пришла информация из Киева, — сказал Лебедев, — Сначала информация грузится в оперативную память, а сейчас, видите, она записывается на магнитный барабан. Он используется как буферная память. А храниться информация будет на более ёмком носителе.

Он щёлкнул тумблером, переключая терминалы, и набрал ещё одну команду. Она отображалась уже на левом нижнем экране. Как только он нажал «ввод», на экране высветились два столбика слов и цифр.

— Пожалуйста, сводка по молочной промышленности Киевской области за текущий месяц, — сказал Лебедев. — А главное, информация доступна не только на экране. Машина её записала и теперь она доступна постоянно, без связи с Киевом.

Сабуров и Байбаков, поначалу стоявшие позади и не проявлявшие особого интереса, едва не оттолкнули Хрущёва, заглядывая в экран.

— Сергей Алексеич, а в Госплан такую связь провести можно? — спросил Байбаков. — Мы там зашиваемся, хорошо ещё, что в прошлом году сделали доступ к вашему ВЦ по телетайпу, хоть как-то...

— Да и в Госэкономкомиссии такая информационная система необходима, — перебил Сабуров. — Нам даже важнее, нам текущие планы оперативно корректировать приходится.

— Над этим мы сейчас работаем, — ответил Лебедев. — Для начала, вам собственная ЭВМ нужна, для расчёта народнохозяйственных и отраслевых балансов, вот к ней и будем связь приделывать.

— Э-Вэ-эМ... протянул Сабуров. — Это, наверное, сложно...

— А к «железному Феликсу», Максим Захарович, электронную связь при всём желании не подключить, — ответил Лебедев. — Придётся вашим сотрудникам учиться.

— Значит, будем учиться, — сказал Сабуров. — Поможете?

— Само собой.

— Вот это здорово! Вот это молодцы! — в голосе Первого секретаря ЦК явно слышалось восхищение и гордость за советских учёных. — И что, вот так можно будет получить любую информацию по народному хозяйству?

— Не совсем любую, — улыбнулся Лебедев. — Только ту, что уже занесли в машину на другом конце линии. Тут, Никита Сергеич, много разных сложных моментов, которые ещё только предстоит реализовать. Прежде всего, пока информация не структурирована. Она содержится в виде числовых кодов, записанных на магнитный носитель. Чтобы её считать, надо знать, где начинается конкретный информационный блок, и какой он длины.

— В литературе, которую нам передал Иван Александрович, сформулировано понятие «файловой системы». Сейчас мы осваиваем одну из первых её реализаций. Там всё не так просто, но мы не сдаёмся, — Лебедев с гордостью указал на два устройства, похожих на большие холодильники. — Вот, накопители на жёстких магнитных дисках IBM-350. Пока американские. Скоро будут такие же, но уже нашей сборки.

— Это что такое? Можно поподробнее? — спросил Хрущёв.

— Это новейшее устройство хранения данных, — ответил Лебедев. — В корпусе находятся 50 алюминиевых дисков с магнитным покрытием, каждый диаметром 610 миллиметров. На каждом диске с двух сторон можно записать 100 дорожек с информацией. 50 сверху и 50 снизу. Общая ёмкость такого устройства в новых единицах измерения — 3,5 мегабайта. (Реальные ТТХ НЖМД IBM-350) Разработка у американцев новейшая, ещё даже не продаётся... (Продажи IBM-350 в составе комплектов ЭВМ RAMAC 305 начались с лета 1957 года)

— Обалдеть... Постойте... но ведь IBM с нами не сотрудничает и свою технику нам не продаёт... — Никита Сергеевич озадаченно посмотрел на Лебедева. — Как же запреты на поставку перспективных технологий?

— Вообще-то, это подарок от Ивана Александровича, — усмехнулся Лебедев.

— А, тогда понятно, — заулыбался Хрущёв. — Иван Александрович! Ты куда спрятался, иди сюда, покажись! Страна должна знать своих героев!

Все засмеялись. Долговязую фигуру Серова спрятать было невозможно в принципе, он был одним из самых высоких в зале.

Иван Александрович вышел чуть вперёд, повернулся к собравшимся и даже слегка поклонился, как артист, вызванный «на бис».

— Как добыл — не спрашиваю, — сказал Никита Сергеевич. — Знаю, что секрет. Поблагодарить хочу. От лица партии и правительства, а также — всего советского народа, — он торжественно и со значением пожал руку Серова.

— Спасибо, Никита Сергеич, — ответил председатель КГБ. — Доверие партии и правительства стараемся оправдывать смелой и качественной работой.

— Молодцы! Ай, молодцы! Ай да сукины дети! — восхищённо сказал Первый секретарь ЦК. — Сергей Алексеич, извините, я вас перебил, продолжайте.

— Наша цель — реализовать выдачу информации при помощи системы управления базами данных, — сказал Лебедев. — Сейчас Виктор Михайлович Глушков в Киеве приступает к реализации такой программы. Концепцию мы себе представляем, но идти придётся своим путём, потому что ЭВМ наши пока очень слабые для такой сложной системы. Придётся писать эту программу в двоичных кодах, чтобы она могла работать на наших машинах.

(Первая в нашей стране СУБД «Автодиректор» была реализована в 1965 году именно на ЭВМ «Киев», имевшей быстродействие всего 15000 оп/с, т. е. ЭВМ, пригодная для создания СУБД, в 1957 году уже создана.)

— Если говорить очень упрощённо, эта программа представляет данные в виде таблиц, записанных на электронный магнитный носитель, — продолжал Лебедев. — В таком виде информацию легко структурировать, находить и обрабатывать. К тому же табличный вид привычен для работников Госплана, им так будет легче работать с данными, получаемыми от ЭВМ.

— Сейчас то, что мы вам показали, это ещё не рабочая система, — пояснил Лебедев. — Это — проба. Первый опыт связи ЭВМ между собой. Но мы упорно работаем, чтобы сделать из этого работающую систему управления экономикой.

— Вы, Сергей Алексеич, ваши сотрудники, Виктор Михайлович со своими сотрудниками в Киеве, Анатолий Иванович Китов в ВЦ-1 — вы все делаете великое дело! — сказал Хрущёв. — От лица Коммунистической партии, Советского правительства и всего нашего народа благодарю вас за отличную работу. Когда система заработает на отечественном железе хотя бы в том объёме, как сейчас на «импортном» — жду от вас представлений на Государственную премию всех участников работы. А когда сделаете полноценную ОГАС — получите Ленинские премии, на каждого! — Никита Сергеевич был не просто доволен, он был окрылён успехом советских учёных.