Чтение онлайн

– А запускать пилотируемый корабль будете на новой ракете, или на «семёрке»? – уточнил Хрущёв.

– Запуск первого корабля с космонавтом будем производить на трёхступенчатой «семёрке», она отработана лучше, – ответил Сергей Павлович. – Но сейчас полным ходом идут параллельные испытания Р-9 и «Союз-2.1», на них отрабатываются системы носителя, а в качестве полезной нагрузки используем беспилотные варианты «Севера». «Союз-2» сам по себе получается много дешевле «семёрки», он по конструкции проще, двигателей на нём меньше, к тому же ракета Р-9 производится серийно для нужд РВСН, а большая часть систем МБР и ракеты-носителя унифицированы.

Королёв не расписывал подробно в своём кратком докладе испытательную часть работы. А работа проводилась большая. Тщательно изучив статистику пусков «Востока» в «той» истории, Главный конструктор понял, что корабль был катастрофически недоиспытан, и лишь относительная простота конструкции и много-много везения помогли «откатать» программу без человеческих жертв. «Север» сам по себе был сложнее, он получался чем-то средним между «Востоком» и «Союзом», и Сергей Павлович принял решение проводить более основательные испытания. «Север» оснащался запасной тормозной двигательной установкой, системой аварийного спасения, системой мягкой посадки, которых не было у «Востока», более совершенной системой управления и ориентации, чем у «Востока». Всё это нужно было испытать, отработать в условиях полёта и убедиться, что все бортовые системы работают штатно.

После двух полётов беспилотных кораблей с собаками на борту, с августа по декабрь 1959 года по настоянию военных летали только экспериментальные спутники-фоторазведчики «Зенит» (АИ). Они строились на базе того же «Севера», их запуски позволяли отрабатывать системы космического корабля точно так же, как и при запусках кораблей с собаками – кроме системы жизнеобеспечения, конечно.

Военные были довольны, по их мнению, теперь выделяемые на программу средства расходовались в полном соответствии с намеченным планом, а Королёв тем временем методично «убивал двух зайцев» каждым пуском, привозя на Землю тысячи кадров с военными секретами США и НАТО, и одновременно отрабатывая корабль для пилотируемого полёта. После триумфального полёта «Зенита» в октябре 1959 года (АИ, см. гл. 04-18), запуски спутников фоторазведки производились ежемесячно. Немалые аппетиты военных позволили наладить серийное производство космических кораблей-спутников. Теперь не было проблемы, если из-за аварии какой-либо полёт оказывался под угрозой срыва – в запасе всегда имелись ещё несколько аппаратов, любой из которых мог быть быстро переделан из фоторазведчика в научный спутник. (АИ)

Далеко не всё проходило гладко. Октябрьский пуск 1959 года, как и сентябрьский, прошёл нормально, но в ноябре и декабре были потеряны два корабля – один из-за аварии носителя, второй – из-за неправильного срабатывания системы разделения отсеков при входе в атмосферу. Спускаемый аппарат второго спутника пошёл по нерасчётной траектории, направляясь в Тихий океан вместо Казахстана, и был подорван командой по радио в верхних слоях атмосферы. (АИ)

В январе, феврале, марте и апреле все четыре запущенных «Зенита» в целом отработали программу полёта, но каждый раз – «с приключениями».Дважды – в феврале и апреле – «чудила» система разделения отсеков. Один спускаемый аппарат упал в Аральское море и утонул, пришлось доставать его с помощью водолазов и вертолёта Ми-6. (АИ, в реале подобное происшествие было с 3-м по счёту беспилотным кораблём 7К-ОК «Космос-140» 9 февраля 1967 г), второй сел в тайге, и его искали неделю. Январский пуск прошёл лучше других, но барахлила система солнечно-звёздной ориентации, из-за чего полёт пришлось продлить на несколько суток, чтобы отснять все намеченные военными объекты. В марте корректирующе-тормозная двигательная установка из-за очередного сбоя в системе ориентации вместо схода с орбиты подняла её. Двигатель успели отключить, но часть топлива была истрачена. Пока разбирались с причинами, пока пересчитывали массу корабля, пока по радио вносили в БЦВМ изменённую программу, пока всё проверили – полёт затянулся на 10 дней. (АИ)

– На сегодняшний день корабль к пилотируемому полёту пока не готов, – доложил Главный конструктор. – Его можно использовать как фоторазведчик, но для полёта человека нужно добиться большей надёжности.

– Понял вас, Сергей Палыч, – кивнул Хрущёв. – Рисковать нам никак нельзя, доводите корабль, но и о сроках не забывайте. Ну, и заодно уж – что у нас с подготовкой космонавтов?

– Первый отряд приступил к тренировкам, второй – международный – комплектуется, те, с кем уже определились, начали тренировки по той же программе, что и наши, – доложил Королёв.

– И кто там, в международном отряде?

– Немцы: Зигмунд Йен и Рольф Бергер. Китайцы: Чжао Баотун и Чунг Цзун. Индийцы – Индер Мохан Чопра и Капил Бхаргава, оба – лётчики-испытатели, что весьма хорошо, учитывая в целом более низкую дисциплину у индийцев, – доложил Королёв. – Югославы, чехи и прочие пока с кандидатами не определились. Но на первый международный полёт экипажи уже есть.

(Индер Мохан Чопра http://thetartanterror.blogspot.ru/2006/11/wg-cdr-inder-mohan-chopra-chopie-1932.html

Капил Бхаргава

– Никита Сергеич, а вы не планируете предложить варианты полёта в космос кандидатам из других стран, которые в ВЭС не входят, но отношения с ними у нас хорошие? – спросил академик Келдыш.

– Да, кстати, верно, это было бы полезно для установления более тесного сотрудничества, и хорошо с идеологической точки зрения, – поддержал Шепилов. – Например, французам стоило бы предложить такую возможность, кубинцам, вьетнамцам...

– Мысли такие у меня есть, – признал Первый секретарь. – Я решил не форсировать события, до начала успешных полётов наших космонавтов ничего затевать не будем. Но планы такие имеются.

– И кстати уже, Никита Сергеич, для освещения в средствах массовой информации, как будем официально именовать исследователей космоса? – уточнил Шепилов. – Космонавты, астронавты или ещё как?

– В официальных документах Главкосмоса, по моему предложению, используется термин «космонавт», – сказал Королёв. – Когда мы этот вопрос обсуждали, кое-кто предлагал название «пилот-астронавт», но все согласились, что «космонавт» и звучит лучше, и вообще правильнее. Может, когда-нибудь мы научимся строить такие корабли, как у товарища Ефремова в «Туманности Андромеды» – вот на них и будут летать астронавты. А пока что нам далеко до этого...

Не все присутствующие были посвящены в «Тайну», поэтому Сергей Павлович не стал упоминать о том, что именно из «посылки» он узнал слово «космонавт». Но по правде говоря, после знакомства с «документами-2012» он уже и не представлял себе, что эти люди могут называться как-то иначе. (АИ, в реальной истории до ноября 1960 года во всех официальных документах использовался термин «пилот-астронавт»)

– Возвращаясь к системе «Орбита» и спутниковому телевидению – в каких городах у нас уже развёрнуты принимающие станции? – спросил Никита Сергеевич.

– Насколько я знаю, начинали с Дальнего Востока, Камчатки, Сахалина, Чукотки и Крайнего Севера. Владивосток, Артём, Уссурийск, Находка, Спасск-Дальний, Арсеньев, Хабаровск, Советская Гавань, Петропавловск-Камчатский, Южно-Сахалинск, Магадан, Анадырь, Якутск, Норильск, Игарка, Тикси, Улан-Удэ, Чита, Иркутск, Братск – готовы к приёму телевизионного сигнала со спутника, – перечислил Королёв. – Второй очередью предполагается установить принимающие станции в Воркуте, Архангельске, Мурманске, Сургуте, Сыктывкаре, Красноярске, Омске, Кемерово, Новосибирске, Томске, Алма-Ата, Фрунзе, Ашхабаде.

– Я уже был в НИИ-380, ретранслирующую аппаратуру для передачи через спутник сигнала в стандарте NTSC они по нашему заказу уже собирают, – добавил Серов.

– Тогда, Сергей Палыч, как можно скорее запускайте «Молнию», – попросил Хрущёв. – Сначала надо обкатать аппаратуру внутри страны, а потом уже можно будет подумать и о трансляции сигнала в США. Об остальном поговорим в другой раз, на расширенном совещании по космосу.

Система спутникового телевидения создавалась в несколько этапов. Теоретическое обоснование возможности ретрансляции сигнала телевидения через космос было сделано ещё в 1947 году Павлом Васильевичем Шмаковым в его работе « Телевидение через ракетные снаряды-спутники и Луну». При первом посещении НИИ-88 Хрущёв, с самого начала стремившийся подключить космос на службу народному хозяйству, поставил Королёву и Тихонравову задачу создания нескольких спутниковых систем, в том числе и системы спутникового телевидения (АИ, см. гл. 03-10). Он надеялся развернуть систему спутникового телевидения уже в 1957 году, но задача оказалась сложнее, чем представлялось на первый взгляд.