Чтение онлайн

Осознав масштаб проблемы, Андрей Антонович оперативно затолкал их в особняк, широко улыбаясь и без конца повторяя: «Здрасьте!»

Кажется, в итоге японцы решили, что это его фамилия.

Среди семерых самураев лишь один более-менее говорил по-русски, и выступал для остальных переводчиком.

– Я Джиро Изаму, – представился он и пояснил: – Джиро означает «второй сын», а «Изаму» – храбрый воин. – А это мои друзья: Ичиро, Коичи, Кэтсу, Минору, Рику, Тадао.

Нам отвесили синхронный поклон.

– Очень приятно, – дружно откликнулись мы, и начальник торжественно представил всех членов нашего артистического коллектива: – Андрей, Мальвина, Инна.

Так с лёгкой руки начальника я стала Мальвиной. Но, поскольку японцы не выговаривают букву «л», ко мне обращались исключительно как Марвина, а потом сократили до более лёгкого и понятного – Марина. Я не возражала.

Встреча с восточными гостями проходила в дружелюбной атмосфере. Японцы без конца нам кланялись и что-то мило лопотали. А мой длинный синий парик и вовсе произвёл фурор: они пялились на него с неприкрытым восторгом, как дети. Даже норовили потрогать – не настоящие ли волосы.

Прежде всего японцы включили гостеприимство: усадили нас на пол перед низеньким столом и угостили горячим чаем из крошечных чашечек размером с напёрсток. Мы все трое благодарно улыбались и делали вид, что очень высоко оценили непревзойдённый вкус и аромат этого напитка.

– Надо было свои пироги прихватить… – со вздохом посетовала Инна Павловна.

– Пир-роги? – переспросил русскоговорящий японец, пытаясь произвести в мозгу загрузку этого термина.

– Суши с ягодами, – авторитетно пояснил Андрей Антонович.

– О-о-о… – японцы были потрясены.

Перед шоу японцам, как истинным ценителям театра Кабуки, захотелось узнать философскую подоплёку нашего спектакля.

– Ао! – благоговейно махнул рукой на мои волосы один из самураев.

– Массао! – почтительно вторил ему второй.

Заметив наши недоумённые взгляды, Джиро пояснил:

– «Ао» означает синий, а «массао» – совершенный синий.

Японцы дружно вытащили свои гаджеты и глубоко погрузились в изучение философских аспектов данных терминов.

– О-о-о, всё ясно! – протянул в итоге Джиро. – Синий означает вечность, постоянство, несокрушимость и верность. Значит, ваше шоу будет незабываемым и насыщенным огромным значением.

Ну да, как же в «Репке» без этого… Не было бы несокрушимости – дед не упорствовал бы так с этим корнеплодом. Да и верность там есть: вон сколько существ на помощь прискакало, не бросили дедулю в неравной борьбе с овощем.

– Да, наша история с глубоким смыслом, – заверил самураев Андрей Антонович.

Достав собственный телефон, он там что-то поискал и торжественно провозгласил:

– Синий цвет находится на самой границе спектра и имеет самую короткую длину волны. Его видят все люди, даже с дальтонизмом и цветовой слабостью. Этот цвет воздействует на выработку в организме мелатонина – «гормона сна», который помогает ночью спать, а днём – бодрствовать. Когда синего цвета становится меньше – мелатонин начинает расти, и мы засыпаем. А когда больше – уровень мелатонина становится ниже, мы чувствуем себя бодрее. Синий – это спокойный и сильный цвет, который призван приносить ощущение мира и гармонии. Под воздействием синего цвета снижается кровяное давление, дыхание становится ровным. Вдобавок он влияет на эмоции: снижает тревогу и успокаивает. Если его выбирают для интерьеров офисов, он помогает повысить концентрацию и настроиться на работу.

По ходу повествования Джиро переводил речь нашего начальника своим друзьям, и когда зашла речь о повышении концентрации и рабочем настрое, трудолюбивые японцы уважительно загудели. Эта лекция пришлась им по душе и была воспринята, как подготовительная часть нашего шоу. Так сказать, предисловие.

А теперь настало время переходить к «Репке»…

Вот только снова пришлось ненадолго отвлечься: один из любопытных самураев сунулся в мешок Деда Мороза и был крайне удивлён, обнаружив там огнетушитель. Он почему-то решил, что это подарок персонально для него и сильно обрадовался.

Пока начальник выцеплял нужную вещь из цепких японских рук под упрямое бормотание «Андрей Здрасьте, моё!» – Джиро решил поделиться с нами культурными особенностями его страны:

– Мы очень уважаем синий. У нас даже зеёный как синий, – объяснил он, пропуская трудную для него «л». – Например, когда зажигается зеёный знак светофора, то говорят, что загорается синий: ао-ни нару. И даже зеёные ябоки называют синими: аоринго.

– Ябоки – яблоки что ли? – уточнила Инна Павловна.

– Да-да, ябоки! – закивал Джиро.

Бой за огнетушитель закончился убедительной победой русских, а японцу как утешительный приз была вручена шоколадка, что примирило его с несправедливостью этого мира.

– Итак, дамы и господа, представляем вашему вниманию спектакль «Репка для Марины, или Снегурочки не тают!» – провозгласил начальник и зажёг дымовую шашку.

Шоу началось…

Кристина

*

Согласно сценарию, посреди комнаты нужно было поставить четыре коротких лавки и расположить их квадратом, в центр которого должна была усесться я.

На единственной репетиции я возражала против такого экшена и пыталась убедить начальника, что не хочется просидеть на холодном полу целых полчаса, а то и больше – всё то время, пока Дед Мороз вытаскивает «вмёрзшую в лёд» Снегурочку за синие волосы.

Меня обвинили в излишней мнительности и призвали больше думать о высоком искусстве, нежели о собственном здоровье. Чтобы не пострадало ни то, ни другое, я взяла с собой туристический коврик – тонкий, но достаточно надёжный, который не допускал холод до моего хрупкого организма.

В процессе репетиции с меня раз десять нечаянно стаскивали парик, но в конце концов начальник приноровился делать всё аккуратно. Сказал, что взял на вооружение опыт уличных актёров, которые с большим трудом тянут невидимые канаты.

Оставалось только надеяться, что на самом представлении не будет никаких казусов с моей причёской. Ибо будет сложно объяснить шокированным японцам глубокий философский смысл скальпирования синеволосой дамы, зажатой между скамеек.

Тем более, что оправдалось моё самое главное опасение: представители продвинутой технологической расы желали не просто посмотреть шоу, а заснять его на свои гаджеты. Видимо, планировали делиться им с друзьями и пересматривать самолично длинными японскими вечерами.