Чтение онлайн

Мы сидели на низких стульях, подняв наши руки над нашими головами, выгнув ладони. Распорядители собирали ставки. Шансы были не в мою пользу, но мне было всё равно. Я слышал, что кто-то ставил на меня, но я не мог разглядеть их лица из-за света жаровень. Ставки были окончены.

После чего распорядители дали команду, - Бой!

Мы оба хлопнули ладонями, призывая наших животных – молящихся богомолов, размером с птицу, ближе к центру арены. Я ощутил контроль Думосса, направляющего своего богомола к моему. Моя обновлённая магия была более скрытной. У него не было и шанса предугадать мой следующий ход.

Два полупрозрачных монстра лязгали своими бритвенно острыми конечностями, схватив друг друга за голову. Магия боролась с магией за силу, пытаясь продвинуть насекомых ближе к победе. Магия на арене сдвигалась, и мы старались, сдвинуть её в свою сторону, но наши бойцы никогда не смогут выйти из-под нашего контроля. Наши лица были неподвижны и безэмоциональны, словно монолит.

Крики зрителей продолжились, когда бой затянулся. Некоторые ставки зависели от продолжительности боя или от игрока, первым показавшем на своём лице ту или иную эмоцию.

Монстры сцепились друг с другом в мёртвой хватке. Я не мог найти щель в своей магии, чтобы расцепить наших богомолов. Думосс не сможет обнаружить её. Я чувствовал его напряжение. Магия Думосса действительно впечатляла. Ему не было дело до того, что я мог чувствовать его контроль. Он мог даже использовать это против меня, если я отвлекусь, пытаясь прочитать его следующий ход быстрее, чем сконцентрируюсь на своём.

Ставилось всё больше денег – ставки на первую оторванную конечность, ставки на первое движение, ставки на что угодно. Я был более расслабленным и уверенным в победе, ради Аннис. Всё было ради неё. Удача наполняла меня, чтобы нанести удар по Думоссу. Я знал это, я ощущал это. Его богомол оторвал конечность моему богомолу, сменив свою позицию, и схватил голову моего монстра с другого угла. В моих ушах зазвенело от криков, как-будто меня ударили по голове. Наши лица оставались тверды, как камень. Мой богомол сломал одну из лап сопернику, и магия потекла ещё быстрее.

Начался настоящий бой. Фантомы дрались в открытую, вспарывая и разрывая друг друга. Оба монстра были изломаны, словно стены из старого камня. Мой контроль был лучше, мой гнев был яростнее, а моя магия была сильнее. Я не ослабевал, я приказывал своему богомолу атаковать.

Магия перелилась на другую сторону, и у богомола Думосса, казалось, появилось второе дыхание. Он отрубил моему богомолу вторую конечность, и я пристально вгляделся в глаза Думосса, давая ему понять, что будет дальше. Я приготовился использовать кулон.

Но что-то в моей крови показалось мне незнакомым, перетекая к Думоссу… нет, не к нему, а к кому-то позади него. К тому, кто стоял в тени. Свет от горящих жаровень светил мне в глаза. Я не мог остановиться сейчас, не тогда, когда Аннис может получить всё, что заслуживает. Мой богомол ударил в шею другому.

Я упал на колени, мои руки затряслись. Удача была всем, на что я мог положиться. Вся эта магия, вся эта удача спасут меня, предотвратят потерю моей концентрации. Я был зол на Думосса за кражу моей Аннис. Я в одиночку бросил вызов судьбе, осмелившись заботиться о другой, в городе, который убивал и оставлял трупы на покрытых пылью улицах.

Я не прекращал смотреть в глаза Думоссу, сжав до боли свои зубы. Кровь кипела и била в моих висках. Моя грудь сжималась.

Позади Думосса стояла Аннис. Я не мог увидеть её лицо, но её волосы светились красным в свете огня. Я почувствовал её контроль на мне, сильный, ищущий корень моей магии, мой дух. Она выжимала из меня жизнь, дробя её под весом своей магии.

Она не сможет убить меня тут. На арене была предусмотрена защита от таких случаев. Моя магия была сильнее.

Я взял из кулона энергию, чистую энергию. Я поплыл на гребне её ничтожной силы обратно к её источнику, где меня ждал её дух. Она бежала от моей атаки, бежала, не оглядываясь. Я тянулся к ней, к окончательному решению, выпуская всю свою силу, чтобы сбить её с ног.

Богомол Думосса, открыв пасть, ринулся вперёд. Голова моего любимца рухнула на пол. Я перенаправил всю свою магию обратно в его дух, но он уже покинул его тело. Я знал, что тело богомола в доме было уже мертво. Всё было кончено. Кулон был пуст. Тут уже ничего не осталось.

Ослабевший и мокрый от пота, я не мог встать. Думосс уже ушёл, дух его богомола вернулся обратно в своё тело. Арена опустела, вокруг шаркали тела и двигались тени. Аннис последняя из них покинула строение. Я не видел лица, но я услышал звуки захлопнувшейся двери, оставляя меня внутри, одного. Опустевшего и одинокого. Всё, что я сделал, я сделал ради неё.

Лоран умерла через десять лет после катастрофы – после того, как война между двумя братьями - Урзой и Мишрой - разрушила большую часть мира, когда невероятной силы взрыв уничтожил Аргот и изменил остальной мир навсегда.

Лоран отчасти умерла из-за этой катастрофы. Она не погибла в битве, потому что она не была воином. Она не умерла в магической дуэли, хотя её любимый Фелдон изучал магию, но она не была способна её освоить. Она не умерла в результате интриги, страсти, или в результате некой фатальной ошибки.

Она умерла в кровати, ослабев от ран, мучавших её десятилетие – ран, которые нанесла ей Ашнод Изгнанная, ассистентка Мишры. Она ослабела от долгих зим и холодного горного воздуха, ослабела от старости, ослабела и, возможно, потерпела поражение от мира, который создали Урза и Мишра.

Вначале она только немного уставала от работы в саду или на кухне, и Фелдон откладывал свою работу в сторону, чтобы ей помочь. В дальнейшем, работа в саду стала для неё непосильной ношей, которую под её руководством стал выполнять Фелдон.

Позже, даже работа в доме создавала ей огромные сложности, которые помогали ей решать слуги, нанятые Фелдоном в соседнем городе. Когда она не могла вставать с кровати, Фелдон сидел рядом с ней, читая для неё книги и обмениваясь рассказами об их молодости. Через месяц он стал приносить ей еду в постель.

В конце концов, она умерла во сне, в своей кровати. Фелдон сидел рядом с ней, заснув от усталости. Когда он проснулся, её тело было холодным и бледным.

Он приказал слугам выкопать могилу позади дома, посреди заросшего сорняками сада, за которым начала ухаживать Лоран вместе с бормочущим и недовольным Фелдоном вскоре после того, как они тут поселились.

Она поддерживала сад в порядке всего лишь несколько сезонов только за счёт своей силы воли, но окончательно заболев, она оставила его погибать под натиском сорняков и холодных дождей.

Во время её похорон шёл дождь, она была завёрнута в простыни и запечатана в гробу из крепких дубовых досок. Фелдон и слуги сказали ей в след несколько тёплых слов, потом старый маг наблюдал, как его слуги методично забрасывают землёй крышку гроба. Слёзы Фелдона затерялись в потоке дождя.

Через несколько дней Фелдон стоял у огня, а слуги приносили ему еду, так же долго, как они приносили её Лоран. Библиотека и рабочий стол Фелдона были пустыми, книги закрыты, кузница оставалась холодной, а различные реагенты и растворы падали в осадок в своих стеклянных склянках. Он смотрел на огонь и вздыхал.