Чтение онлайн

— Правильно, Лидия, — я улыбнулась дочурке, полностью поддерживая эту мысль. Дочь, кстати, мы решили назвать в память о Лидии — эта девушка заслужила, чтобы о ней не забывали.

Мысль о том, что истинность не всегда главное, я закладывала дочке ещё с годика, когда ещё не знала, что являюсь таковой для братьев. Осознание пришло только когда мужья обняли меня после роддома. Берёза сказала, что, скорее всего, я раскрылась как женщина, поэтому смогла наконец постичь это.

Сейчас же точно знаю: грязные проделки родственника той Лидии не смогли лишить меня моих оборотней! Я — их истинная. Никогда не знаешь, как обернётся судьба, поэтому нужно быть открытым в первую очередь к себе и к любви. Любой, от кого бы она ни поступала.

Пожелав моим малышам спокойной ночи, я медленно вышла из их спальни. Ну, что же, а теперь к другим «детям», более взрослым. Хорошо, что крыло Паши и Лидии находится далеко и они ничего не услышат. Впрочем, их мы «отселили» не поэтому — мужья настояли на том, чтобы дети учились самостоятельности.

Проходя мимо одной из комнат, я почувствовала, как в кармане халата вибрирует телефон. Сообщение, которое я тут же прочитала. Оказалось, напоминание от Береславы:

«Мне звонили со студии. У них какие-то проблемы. Запись завтра сдвигается на полчаса»

«Спасибо», — быстро ответила я, снова улыбаясь сама себе. Да, с Береславой мы теперь были близкими подругами. Спустя несколько лет ведения простого блога, она перешла на видео, а я… А я начала сразу с видео. Теперь мы были не просто жёнами оборотней, а первыми публичными личностями, решившими говорить о психологии волков. И вот, впервые за всю нашу карьеру, нас пригласили на радио! Я всё ещё волновалась, но была уверена: Берёза придаст мне уверенности!

С этими мыслями, я медленно зашла в спальню, где меня уже ждали оборотни. Они как всегда приходили сюда как раз в то время, когда я укладывала детей спать и читала им сказку. А для моих мальчиков у меня была своя сказка, взрослая…

— Кажется, наша доченька совсем взрослая. Скоро приведёт в дом волка. Кто знает, вдруг это будет сын Береславы, — я хихикнула, вспоминая этого мальчишку. Задорный, но тихий. Помню нашу первую встречу! Когда однажды остался со мной один на один, сказал, что цель его жизни — защищать маму.

— Ни-за-что, — Мирослав деловито покачал головой. — Лидия слишком хороша для него! В нём нет потенциала для бизнеса! Он больше любит лес.

— И Лидия тоже, — хотела сказать я, но только откинула телефон на тумбочку и, встав на коленки на кровати, стала медленно красться к мужчине: — Кто это у нас здесь заделался заботливым папочкой? А что мне до алтаря говорил? «Семья, детей нянчить — это не моё».

Я только засмеялась, зная, что он не разозлился — только строго зыркнул на меня, в какой-то мере признавая мою правоту.

— Мне тоже не нравится её сын. Слишком сосредоточен на одиночестве, а не на налаживании связей — удивительно коротко высказался Вячеслав. Странно, обычно он любит детали. Неужели, он тоже наконец-то влился в «родительскую» атмосферу? Нет, детей они любили, но признать себя заботливым отцом? Да нет, что вы, никогда! Они слишком альфы для этого!

— Ах, смотрите-ка пожалуйста, хищники обвиняют хищника, — шутливо стала подхихикивать над обоими.

— Да. Тем более, ты не забыла о том, что у тебя дома целых два хищника? — игриво подмигивая, Вячеслав резко схватил меня за талию мощными руками.

— Ай! — закричала я, при этом смеясь, будто ребёнок.

Тут же меня подхватила вторая пара рук и повалила на кровать. Ах, я до сих пор не могла привыкнуть к тому, насколько эти двое быстрые! И сильные.

Мои губы накрыли губы Вячеслава — он жадно впивался в губы, проводя языком по губам, терзая их так ненасытно, будто мечтал только об этом.

Его напор был настолько сильным, что я раздвинула ноги и тут же почувствовала, как мои трусики постепенно сползают с бёдер, сопровождаясь нежными, но требовательными поцелуями — Мирослав исследовал каждый миллиметр кожи, заставляя меня вспыхнуть от возбуждения. Между ног стало так влажно, что я хотела немного сомкнуть ноги, но руки Мира резко упёрлись в колени.

Язык внезапно коснулся нижних губ, сбивая меня с толка и окончательно погружая меня в море удовольствия. Меня пробивало на сладкую, томную дрожь, эхом разносившуюся по всему телу. Хотелось стонать, выгибаться и молить мужа о том, чтобы он продолжал. Не осознавая, что делаю, я толкнулась бёдрами ему навстречу, руками стягивая с Вячеслава штаны.

Похоть внутри взметнулась с новой силой, я обхватила основание, стала медленно лизать член, будто подразнивая. Вячеслав схватился за кровать, сжимая зубы от удовольствия. Мирослав же провёл пальцами по клитору так внезапно, что я ойкнула, но тут же вспыхнула от удовольствия, будто спичка. Помогая себе руками, я ускорилась, чувствуя, как член во рту каменеет. Я ощущала его похоть, погружалась в вязкую истому, понимая — во мне снова проснулась страсть к свободе в постели.

Я резко вобрала член во всю длину. Снова пробило на приятную дрожь от ощущения приближающегося оргазма. Но так просто братья мне этого позволить не могли. Меня снова резко, властно перевернули на живот, заставляя стать на колени.

Ненасытные глаза Мирослава впились в меня, похотливо рассматривая мою грудь. Он мгновенно сжал соски, срывая с моих губ стон удовольствия. О, Боже, мне казалось, я горю… Нет, сгорю полностью в их объятьях, разгорячённая, будто вулкан.

Вдруг, я почувствовала, как Вячеслав ворвался в меня во всю длину.

— Слав, — я резко запрокинула голову, но тут же почувствовала член во рту. Мир протолкнул плоть в рот, а я, поддаваясь вожделению и страсти, обхватила его губами.

— Наша девочка, — усмехается Мирослав, двигаясь навстречу.

Внизу живота всё скручивается в приятную спираль, в глазах искры, поэтому я закрыла их, отдаваясь чувствам. Распалённые мужчины не выпускали меня из своего плена, трахая меня такими резкими толчками, что я не сдерживалась — кричала так громко, как хотелось. Наши стоны удовольствия и похоти разлетались по всему крылу, но я не думала об этом — только с наслаждением улыбалась, когда их губы в очередной раз соприкасались с моими, унося на седьмое небо.

Они проникали глубже, заставляли дрожать от блаженства и томно закатывала глаза, чувствуя, как тело горит, а пот течёт градом. Мне было всё равно. Я занималась любовью с любимыми мужчинами, которые никогда меня не отпустят. Не только из своей жизни, но и из постели.

Утром, когда мы как всегда лежали в постели, Никитична принесла нам завтрак в постель. У неё как всегда была улыбка до ушей, ведь вчера вечером она вернулась из города. Она сказала, что Антон в последнее время ужасно выбирает продукты, так что она ему помогает. Но, по словам того же Антона, все нужные магазины подозрительно близко к месту, где теперь работает мой папа и шоппинг приходится как раз на его обеденный перерыв. Больше информации выудить не удалось, но мы и не старались — пусть и дальше думают, что мы ничего не замечаем.