Чтение онлайн

А в попу? Каким образом он…

Даже думать не хочу об анальном сексе. Это так мерзко, что меня наверняка вырвет вдобавок к разрывам. Кому-то такое нравится, я читала об этом в интернете.

В душе долго тёрла себя мочалкой. Намылилась раза три уже, но мне всё равно казалось, что я грязная. А это только начало. Самое ужасное впереди. Очень хотелось поплакать, но слёзы будто застряли внутри меня горьким осадком. Да и сил реветь уже не было.

Из ванной вышла в халате, снова навострив уши. Вроде бы всё нормально и никто ко мне не ломился, пока я мылась. В сумочке у меня расчёска и блистер с противозачаточными. Я приняла таблетку и принялась расчёсывать волосы, думая о том, что за человек этот Антон?

Я что-то слышала о том, что он только сегодня освободился из тюрьмы. За что он сидел, интересно? Хотя нет, неинтересно. Мне лучше не лезть в дела этого мужчины. Меньше знаешь, лучше спишь. Это и ко мне относится тоже. И вообще, наверное, клиентам не очень нравится, когда проститутки интересуются их личной жизнью?

Почему у Антона нет девушки или жены? Он вроде бы взрослый, на вид ему лет тридцать пять. Может, и есть, просто сегодня он решил немного развлечься?

А чем он занимается? Судя по разговору мужчин, что я невольно подслушивала сегодня. У него с друзьями какой-то бизнес. Это я так поняла, потому что слово "бизнес" прозвучало много раз.

На меня навалилась такая усталость, что я с трудом разобрала постель. Лёжа в темноте, я долго ещё думала о том, как несправедлива жизнь.

Мой отчим не парится о том, где ему жить, ведь он забрал мамин дом себе, он не переживает о том, что ему есть, потому что и сбережения мамы, и её драгоценности остались у него. Дяде Юре не нужно раздвигать ноги перед мужчинами или сосать их члены, чтобы не умереть с голоду.

Если бы отчим отдал мне хотя бы документы, я бы смогла устроиться хоть на какую-то работу. Полы бы мыть пошла или продавцом в магазин, но кто возьмёт к себе сотрудника, не имеющего даже паспорта?

Как же я ненавидела сейчас дядю Юру! За что он так со мной поступил? Что я ему сделала плохого? Я же никогда слова дурного про него не сказала, а он вышвырнул меня из родного дома, в чём была, как пакостливую кошку. Даже с кошками так не поступают.

Хорошо, что лето, а не зима. Я хотя бы не замёрзла, ночуя на улице.

Как же я скучала по маме! Почему она так рано ушла? Бросила меня на произвол судьбы. Если бы она только знала, как со мной обойдётся её муж, в гробу, наверное, перевернулась бы.

Она воспитывала меня добрым, честным человеком, прощающим злых людей, но как я ни силилась, не могла простить дядю Юру. Если бы я смогла его понять, но я не могла принять эту бесчеловечность, и с каждым днём моя озлобленность только разрасталась.

Ничего, скоро Антон отпустит меня, я вернусь в город, восстановлю документы, сниму квартиру, устроюсь на работу и постараюсь забыть весь этот кошмар. Остались ещё добрые люди – соседка, которая пустила меня переночевать у неё и дала мне денег на билет до города, Алиса, познакомившая меня с Виталиком, да и сам Виталик не такой уж и мерзкий, если разобраться.

Даже этот Антон вроде ничего. Мог бы отодрать меня во все щели вместе с дружками своими и выкинуть за ворота. Может, они чуть позже так и сделают, или завтра, но сейчас я в тепле и уюте, помытая и накормленная лежу в отдельной спальне, и на том спасибо.

Утром просыпаюсь от жуткого сушняка. Отвык я выпивать. Да ещё и в таких количествах. Морщась от головной боли, поднимаюсь, сажусь на постели.

Дома. Я дома. Как же это охуенно!

В голове всплывают обрывки вчерашних посиделок с корешами и Цветок. Член моментально реагирует на эту нежную, пугливую красоту. Зря я вчера её домой не отправил. Несколько раз порывался постучать к ней, так она мне понравилась.

Пожалел. Никогда никого не жалел, а Свету жалко стало. Старею, наверное.

Нахожу на полу штаны, натягиваю на себя и иду в ванную. Умываю опухшую рожу с бодуна, старательно чищу зубы. Надо пойти проверить, что там с моей гостьей. Может, спиздила чего и свалила? Снова жалею, что оставил шлюху у себя ночевать. Я её, конечно, найду в случае чего, и накажу, но нахер мне этот геморр? Дел и так до жопы.

Иду в соседнюю комнату, стучу. Никто не отзывается и не открывает, тогда я толкаю дверь. В спальне пусто, кровать аккуратно заправлена, как будто тут и не было никого. Съебалась Светочка? Да и, слава богу!

Всё же немного огорчённый спускаюсь на первый этаж. В гостиной немного охреневаю. На том месте, где мы вчера бухали с пацанами – полный порядок: ни бутылок пустых, ни другого мусора, стол чистый, окна открыты настежь, как будто решили проветрить помещение. Кто-то был в доме без моего ведома? Может, пацаны уборщицу вызвали? Как она тогда в дом попала?

Меня добивает сушняк, поэтому я спешу на кухню. На пороге останавливаюсь, как вкопанный. Цветок что-то готовит на плите, пританцовывая. Узнаю её по моей майке. Девчонка соблазнительно виляет попкой, и острая косичка, в которую она заплела свои шикарные волосы, ездит по попе туда-сюда.

Запах в кухне стоит обалденный. На столе тарелки с бутербродами, но я, как заворожённый смотрю только на девчонку.

Значит, осталась? Завтрак готовит?

Она замечает меня и с перепугу роняет на пол вилку. Быстро поднимает её, смотрит виновато. Мне неприятно, что она меня испугалась. Не того, что я подкрался незаметно, а именно меня самого. Неужели я на самом деле страшный? Ну, допустим, не красавец, но и не урод какой-то.

– Доброе утро, Антон, – сиплым голосом говорит Света. – Вы будете сырники?

Сырники? У меня в животе так начинает урчать, что я забываю о своём сушняке напрочь. Я домашней еды четыре года не ел, что уж говорить о сырниках. Я вообще не могу вспомнить, когда их ел в последний раз.

– Привет, Цветок, – выхожу из оцепенения и щемлюсь в кухню. – Что с голосом?

Холодильник битком. Есть все, кроме долбанной минералки. Беру пачку томатного сока, нахожу стакан, но Света всё ещё мне не ответила.

– Я спросил, что с голосом, – повторил вопрос. – Заболела?

– Это от вчерашнего, – не глядя на меня, отвечает девчонка. – Ну, после того самого…

Она краснеет, и мне становится немного неловко оттого, что это я ей горлышко повредил. Пью сок прямо из пачки, стараясь не смотреть на девчонку. Хочу её снова. Пиздец, как хочу!

– Садитесь, Антон, – приглашает меня Света к столу. – У меня всё готово.

Сажусь. Она хлопочет вокруг меня, ставит тарелку с румяными сырниками передо мной, и я испытываю противоречивые чувства. С одной стороны, понимаю, что девчонка тут вроде как по работе, а с другой стороны, приятно, чёрт побери, что она так заморочилась с утра пораньше.