Чтение онлайн

Они вышли на усыпанную гравием дорожку и направились к дому, где стояла оседланная лошадь Дженсона. Он взял в руки поводья и снова отпустил их. Повернувшись к Сарине, он положил ей руки на плечи и притянул к себе.

– Сарина, я знаю, что ты мне не веришь, – сказал он, – но я отвечаю за тебя и хочу видеть тебя целой и невредимой.

Она молчала, не шевелясь, и изо всех сил старалась ничего не чувствовать. К ее удивлению, он взял в ладони ее лицо. Затем нагнулся, и его губы коснулись ее волос, скользнули по дугам золотистых бровей и замерли, прежде чем поцеловать веки, прикрывающие золотистые глаза. Она против воли вздрогнула, а он уже целовал ей щеки, нос, подбородок. Сарина нетерпеливо ждала, когда он наконец коснется ее рта. Дженсон, казалось, заколебался и отклонился назад, чтобы посмотреть на нее. Она затаила дыхание. Сердце ее гулко забилось. И затем его губы приблизились.

Поцелуй стал крепче. Дженсон прижал ее к себе, сильные руки гладили ее тело. Она обвила руками его шею и запустила пальцы в густые волосы, и они растаяли в жарких объятиях. Он снова и снова возвращался к ее губам, впиваясь в них в страстном поцелуе, словно ставил клеймо, вынуждая Сарину все плотнее прижиматься к нему.

Он разжал объятия так внезапно, что Сарина чуть не задохнулась. Она потянулась к нему, но он уклонился. Схватив поводья, Дженсон взлетел в седло и стукнул ботинками в бока лошади. Копыта застучали по гравию, и лошадь понеслась галопом по дорожке. Вскоре и лошадь, и всадник слились в единую тень и пропали из виду.

Ошеломленная и разочарованная, Сарина слегка покачивалась в дрожащем свете фонарей. Затем кончиками пальцев провела по щеке, которой мгновение назад касались его губы и где сейчас было мокро от слез.

Во стоял у окна, устало опустив руки. На его окаменевшем лице живыми остались лишь глаза. На щеке дергалась жилка. Он до боли сжал зубы, затем рот скривился в болезненной улыбке.

Слегка прихрамывая, к нему подошла Ли. Она развязала пояс его халата и почувствовала, как Во вздрогнул, а тело его снова напряглось. Он казался статуей из слоновой кости, застывшей, нечувствительной, и только тепло ее пальцев могло возродить живой ток крови в его охладевшем теле. Она терпеливо ласкала Во, бормоча нежные слова, которые могли возбудить его. Наконец он повернулся к ней, и она почувствовала, что он против воли начинает отвечать на ее искусные ласки.

Во молча стоял, позволяя ей разогреть и подготовить его. Он не видел свою наложницу: у него перед глазами в дрожащем свете фонарей стояли две обнявшиеся фигуры. Она провела языком по его телу, лаская, гладя и увлажняя.

Во застонал и, подавшись вперед, обхватил себя за плечи. Ли работала языком. Его прикосновения становились все чаще, крепче и сильнее. А когда она скользнула длинным золоченым ногтем в складку его ягодиц, Во содрогнулся, и она поняла, что он готов.

Во грубо толкнул ее на пол и, прежде чем Ли успела раздвинуть ноги, чтобы принять его, вошел в ее тело. Погрузившись в ожидавшее его тепло, он закрыл глаза, представляя, как женщина с золотистой кожей и золотистыми волосами открывает ему свои золотистые бедра. Растрачивая свое семя и любовь, он выкрикнул ее имя.

Прижатая к полу тяжестью его тела, безмолвная свидетельница его лицемерия, Ли повернула голову набок и заплакала.

После прогулки по саду Сарина не знала, как себя держать с Дженсоном. Особенно ее смущало внимание, которое он продолжал ей оказывать во время постоянных приездов в имение. А однажды утром, в субботу, он подъехал к дому и объявил, что собирается взять ее с собой в Шанхай.

– Как же вы хитры, мистер Карлайл, – холодно заметила Сарина. – Вы же знаете, что Во на несколько дней уехал в Янчжоу.

– Конечно, знаю, мисс Пейдж, – ответил он не менее язвительно. – Я не так наивен, чтобы рассчитывать на то, что он согласится выпустить тебя из виду на целый день. Ну, Сарина, скажи «да». Этим ты докажешь мне, что все еще независима.

– Неблагодарность вряд ли стоит называть независимостью, – фыркнула она.

– Это все слова! – нетерпеливо воскликнул Дженсон. – Ты сама не знаешь, что защищаешь. Мне кажется, ты бы с радостью нарушила монотонность своего пребывания в доме Во. Неужели тебе совсем не интересно посмотреть Шанхай, или ты считаешь, что все красоты и мудрость бытия сосредоточены в этом имении?

– А вы полагаете, что один взгляд на Шанхай сильно расширит мой кругозор? – упорствовала Сарина, наслаждаясь тем, как ловко ей удается вывести его из себя.

– Один взгляд – это только начало. – Он нетерпеливо постучал рукой по перилам лестницы. – Ну, Сарина, решайся!

А может, принять его приглашение? Возможность такого путешествия взволновала и обрадовала ее. Но некто осторожный, сидевший внутри нее, предостерег: Во рассердится, если она в его отсутствие покинет имение. И что на самом деле подумает о ней Дженсон, если она согласится? Она проведет с ним целый день и даст ему возможность быть кавалером и опекуном одновременно. Она внезапно помрачнела. Какой щелчок по носу правилам приличия!

– Ну? – Дженсон нетерпеливо покосился на карманные часы. – Неужели тебе и вправду так сложно решиться?

Она снова подумала о вызове, который он бросил ей в ту ночь в саду. Есть много способов заковать себя даже без помощи бинтов, сказал он тогда. Конечно, она ничем не связана! И она докажет ему это!

– Обождите меня, я только схожу за зонтиком, – сказала она, решительно кивнув.

Выйдя на лестницу с желтым зонтиком в руках, она увидела Ли. Глаза наложницы пылали холодным пламенем. Шелестя кремово-желтым шелком, она сделала навстречу Сарине несколько маленьких шагов и сказала:

– Женщине в Китае не подобает покидать дом без разрешения хозяина, мисс Пейдж.

– Это ваши правила, Ли, а не мои, – спокойно возразила Сарина.

– Вы работаете в этом доме и приняты его главой как член его высокородной семьи, – продолжала Ли. – Как вы осмеливаетесь так бесстыдно позорить Во в его отсутствие?

– Я не делаю ничего предосудительного, – возразила Сарина. – Сегодня суббота, и, поскольку у меня нет уроков, я вольна распоряжаться своим временем, как захочу.

– Тогда я бы посоветовала вам распорядиться им более разумно.

– Спасибо за совет, Ли, – сухо ответила Сарина, – но как я провожу время, вас не касается. – С этими словами она сунула зонтик под мышку и заспешила вниз по лестнице, где ее ждал Дженсон.

Если он и заметил слишком яркий румянец на ее щеках, то не придал этому значения. Он помог ей сесть в экипаж, который нанял для прогулки, и устроился рядом с ней на сиденье.

– Я предлагаю, – сказал он, – днем заглянуть в один из самых старых чайных домиков в Шанхае. – Он хлестнул пару гнедых, и те резво тронулись с места.

Сарина молчала, и, не получив ответа, Дженсон продолжил:

– Тебе эта идея не нравится?

Сарина сидела, сжав зубы, и смотрела прямо перед собой. Стычка с Ли испортила ей настроение, и она уже сомневалась, правильно ли поступила.

– Если эта поездка так тебя угнетает, мы можем повернуть назад прямо сейчас. – От звука его налитого металлом голоса Сарина вздрогнула, будто от удара хлыстом.

– Извините, – кротко произнесла она, надеясь, что ее робкая попытка улыбнуться смягчит его.