Чтение онлайн

Дженсон бегом поднялся по ступеням. Дверь оказалась приоткрыта. Догадалась ли она, что он пойдет следом? «Как ты можешь знать, чего я хочу?» Она бросила ему эти слова – обвинение и вызов одновременно, и он наконец-то был готов принять этот вызов.

– Сарина! – Он вслепую метался по чужому дому, заглядывая в каждую пустую комнату и выкрикивая ее имя. – Сарина! – С лихорадочно бьющимся сердцем он взбежал на второй этаж. – Сарина! – Он распахнул дверь в бело-желтую детскую, но и там никого не было.

Она ошиблась. Он точно знал, чего она хочет. Он всегда это знал и поэтому стремился убежать. Он так устал от этого бега! Он рывком открыл дверь и шагнул в сноп света.

– Сарина!

Она отвернулась от окна. Солнечный свет, словно нимбом, окружал их с Майклом Стивеном. Она молчала – золотистый огонек небесного совершенства, и от ее вида у него перехватило дыхание и внутри будто рухнул последний барьер.

– Я подожду, Сарина, – тихо сказал он, медленно подходя к ней, – но недолго, а потом будь что будет – я пойду к Льюису Дину и заберу нашего сына. – Он легонько дотронулся до ее руки. – А потом, моя Сарина, моя прекрасная Сарина, мы будем вместе. Все трое, навсегда!

Она подняла голову и, заглянув в яркую зелень его глаз, обнаружила там наконец то, что так долго искала. Майкл Стивен повернулся в ее руках и протянул свою маленькую ручку, чтобы коснуться щеки Дженсона, и все трое замерли в льющемся из окна солнечном свете.

– Я люблю тебя, Сарина, – пробормотал Дженсон хрипло. – Прости меня за нанесенные тебе обиды, мой ангел, но мне кажется, что я всегда любил тебя.

Она закрыла глаза, его губы припали к ее рту, и демоны из ее ночных кошмаров исчезли навсегда.

Солнце мазнуло ленивым язычком света по ее лицу. Сарина перевернулась на бок и попыталась, не вставая, задернуть полог кровати, но безуспешно. Бросив искоса взгляд на Дженсона, она осторожно выскользнула из-под покрывала и сомкнула занавеси, окружив кровать прохладным шатром фиалок, перевязанных розовыми ленточками.

Дженсон застонал, провел рукой по простыне и, обнаружив, что рядом пусто, открыл глаза и сел. Увидев Сарину, которая с лукавой улыбкой наблюдала за ним, он шутливо зарычал, схватил ее золотистый локон и, подтянув к себе, заставил лечь.

– Ты думал, я сбежала? – усмехнулась она, прижимаясь к нему.

Он провел губами по нежному изгибу ее шеи.

– Я думал, что опять потерял тебя, проиграв своему сопернику по другую сторону коридора.

– Как тебе не стыдно, Дженсон Карлайл, называть нашего сына соперником! – возмутилась Сарина.

– Но так оно и есть, – настаивал Дженсон. – Он требует твоего присутствия гораздо чаще, чем я.

– Сейчас он сладко спит, сэр, и я полностью в вашем распоряжении.

– Правда, Сарина? – пробормотал он, жадно целуя ее.

В ответ она обняла его и с силой прижалась. Она водила руками по его спине, разглаживая напряженные мышцы и лаская атласную поверхность его кожи.

– Ты истинная сирена, мой ангел, – выдохнул Дженсон и приподнял голову, чтобы заглянуть в ее пылающие от страсти глаза.

Она приоткрыла рот, прося еще одного поцелуя, и он с удовольствием подчинился. Несколько мгновений спустя она разомкнула руки и прошептала:

– Люби меня, Дженсон. Пожалуйста, люби меня!

Он провел кончиком языка по ее губам, и она вздрогнула.

– Этого хочет мой ангел? – спросил он. – М-м-м… Этого он желает?

– О да, – вздохнула она, – да!

Когда его рот вновь слился с ее ртом, его руки начали свое волнующее путешествие по волнам ее тела, и огонь страсти послушно следовал за его пальцами.

Она ласкала и гладила его и жаждала ощутить внутри себя. Она хотела, чтобы он пронзил ее насквозь, приковал к себе и так и остался. Она хотела чувствовать, как он проникает все глубже и глубже, пока они не перестанут различать, где начинается одно и кончается другое тело.

– О Дженсон, люби меня! – воскликнула она. – Люби меня сейчас!

Он приподнялся. Как всегда, завораживающая красота ее лица заставила его помедлить. Ее пальцы сомкнулись на источнике его мужественности, и он закрыл глаза и позволил ей вести себя в долгожданное тепло. Медленно скользя по шелковистой влажности ее тела и чувствуя, как она открывается перед ним, он внезапно задрожал. Никогда раньше он не любил так сильно! Никогда раньше его чувственный голод не сочетался с желанием оберегать, лелеять, все разделить с другим человеком. Сжимая в объятиях Сарину, он полностью отдался ей.

Связанные взаимной страстью, они кидались вперед и отступали, льнули друг к другу и отстранялись. Сарина, как могла, помогала ему еще глубже проникнуть внутрь ее тела. Вцепившись в его плечи, она вздрагивала при каждом новом толчке, рождавшем огонь в ее лоне.

Ее захлестнула знакомая волна сладкой муки. Ноги ослабели, отяжелели веки, и она застонала, а пылавший внутри огонь превратился в тугую звенящую спираль. Это ощущение ширилось и возрастало, поднимая ее в бесконечность.

Как только Дженсон почувствовал ее состояние, он поспешил, чтобы и самому достичь неземных высот.

Первой пошевелилась Сарина. Приподнявшись на локте, она заглянула в любимое лицо: черные ресницы, прямая линия носа, скульптурно высеченные губы… И она вдруг подумала, что умрет, если он уйдет из ее жизни.

– Я люблю тебя, Дженсон Карлайл, – тихо сказала она. – Я люблю тебя больше, чем может любить человек, и временами это пугает меня. Но я ничего не могу с этим поделать, я не могу иначе.

К покою и радости жизни с Майклом Стивеном теперь добавились страсть и любовь, которые становились все сильнее и полнее с каждым проведенным с Дженсоном мгновением. Вот уже три недели они ежедневно проводили вместе по два часа, пользуясь сном Майкла Стивена, уходом на рынок Зена и воспалением легких бедной Бриджит Бомлей. Эти тайные свидания Сарина переживала потом мысленно вновь и вновь, а каждое расставание становилось для нее бессмысленным пробелом на ткани ее жизни. Сегодняшний день обещал быть самым тяжелым.

Дженсон уже много раз откладывал поездку в Кантон и в конце концов назначил следующий день днем отплытия, поклявшись, что в этот раз непременно уедет. Он будет отсутствовать по крайней мере два месяца, как можно нежнее и терпеливее объяснил он Сарине, потому что открытие филиала его компании в крупном китайском порту было задумано задолго до того, как Сарина вошла в его жизнь, а сейчас он уже и так отчаянно с этим запаздывал.

Позволив себе еще один долгий взгляд, Сарина выскользнула из кровати и начала одеваться. Вскоре с рынка вернется Зен, и уже пора будить Майкла Стивена.