Чтение онлайн

– Он был настоящим героем, - печально промолвил Грин.

– И был им столько, сколько я его знаю, - произнесла Льявалла и, вытерев слезы, вдруг улыбнулась.
– Никогда не забуду его рассказы про Хельгу. Жаль, что он так и не нашел ее.

– Кто знает, может уже нашел?
– тихо проговорил Бэнкси и отвернулся.

Наступившее молчание нарушило деликатное покашливание седовласого старца.

– Перед тем как спрыгнуть, он просил передать, чтобы вы уходили без оглядки, - проговорил он.

– В суматохе мы совсем забыли представиться, - спохватился Грин.
– Меня зовут Грин, это Льявалла и Бэнкси. Если вам не трудно, расскажите, что произошло на кладбище?

– Искренне рад знакомству, - кивнув головой, промолвил старик, - и еще больше благодарен за спасение. По порядку значит. Зовут меня Густав Черрет. Тридцать с лишним лет я работаю смотрителем на кладбище Аколиса, но такое, признаться, вижу впервые! С тех пор как над городом эта окаянная штука появилась, ни словом сказать, ни пером описать, что теперь творится на моем кладбище!

– Это, вы, про какую штуку толкуете?
– перебил юноша.
– Не про черный ли замок, что словно костьми окружен вьющимися шипами и нынче парит над Аколисом?

– Про него, про него. Горемычная моя головушка! Сколько я за кладбищем ухаживал?! Полол, чистил, прибирал и все коту под хвост! Сначала ямы какие-то стали появляться то тут, то там, будто крот гигантский завелся и глубокие такие, что аж дна не видать!

А еще, ты, поди подумай, жители нашей округи стали поговаривать, что по ночам вроде как мертвецы из могил начали вылезать! Это на моем-то кладбище! Последние годы я с наступлением сумерек стараюсь по могильникам не бродить, старость как-никак, но раньше почти каждую ночь делал по одному обходу и клянусь вам, ни разу никого не видал! А тут на днях зашел ко мне кум полечиться и рассказал кой чего. Дескать, кузина его ночью шла мимо кладбища и заприметила издалека странные фигуры. Без одежи, без волос покойники, да и только. Темно правда было, да и ей вдруг плохо стало, повезло, говорит, что сама ушла, а не осталась там лежать навеки вечные.

Я кума выслушал и дай, думаю, проверю, правду ему кузина сказала или байки с три короба наплела? Заодно может, узнаю, кто ямы роет. Вот ночью и собрался дурья башка в обход по могильникам стариной тряхнуть. Поначалу все в порядке было. Кладбище вдоль и поперек исходил и уже домой собрался, как вдруг вижу, забор сломан. Я ближе подошел, чтобы осмотреть, так сказать, место преступления. Больно уж мне интересно стало, у кого сил хватило железные прутья поломать, что спички? Так вот пока я там ползал на карачках, да высматривал в темноте, что да как веболги, откуда ни возьмись и появились. Сотня не меньше, шагают мимо кладбища, будто у себя дома. Я тихонечко в кусты отполз и затаился. Они бы так и прошли, не заметивши, кабы господин твемет не появись прямо у них на виду. Выскочил из темноты, шуму наделал да треску, чуть покойников не разбудил, да как назло рядом с кустами, где я прятался. Он мешок свой бросил да в рощу побежал, а я, недолго думая, за ним. Я так думаю, повезло нам неимоверно: в темноте такой мы веболгов с факелами хорошо видели, а они рассмотреть толком ничего не смогли, потому не сразу уразумели, что произошло и к счастью торопиться не стали. Мы сначала молча бежали, а потом как услышали, что веболги нагоняют на помощь звать стали. Вернее господин твемет первым начал звать, а я уж следом его поддержал. Кричали недолго, почти сразу в ответ раздался голос вашего друга великана. Я как его увидал, думал конец мой пришел, но сейчас-то понимаю, как неправ был и очень сожалею, что все так вышло. Дальше как дело было, вы знаете.

Объясните-ка мне вот что, до сих пор не могу понять, зачем понадобилось веболгам по кладбищу рыскать, да ямы рыть?

– Они их не рыли, - уверенно произнес Бэнкси.

– Как не рыли?!
– не поверил Густав.
– Кто ж тогда?

– Мы не знаем, - ответил Грин.
– Только не похожи они ни на покойников, ни, тем более, на веболгов.

– Вы что тоже их видели?
– удивился старик.

– Не только видели, но и чуть не попались к ним в лапы, - сказал Грин.
– Когда вы упомянули, что именно после нападения на Аколис на кладбище начало твориться неладное, мне сразу стало ясно, что эти события как-то связаны. Очевидно безликие чудовища, напавшие на нас в подземелье, появились там благодаря черному колдовству. Они откликнулись на призыв парящей цитадели, получили от нее силу и выбрались из темных глубин, чтобы убивать.

– Откуда вообще взялся этот замок?!
– возмущенно воскликнул старец.
– И какого рожна враги выбрали мое кладбище для своих гнусных делишек?!

– Места боли и скорби дают им силу, - предположила Льявалла.
– Скорее всего поэтому безликие появились на кладбище.

– Вот оно что!
– задумчиво пробормотал Густав.
– Стало быть, бежать мне теперь надобно, возвращаться назад опасно. Страшные дела нынче творятся, ох страшные!

– То, что происходит сейчас - всего лишь начало, - мрачно изрек Бэнкси.
– Совсем скоро эти земли наводнят порождения тьмы, самыми безобидными из которых будут гарры.

– Чего им тут понадобилось?!
– с удивлением произнес молчавший до сих пор Вигль.
– Неужели снова близится война? И что делать нам? Бежать?

– Бежать бесполезно, - покачал головой Грин.
– Но и опускать руки ни в коем случае нельзя. Война действительно на пороге и, увы, на сей раз затронет всех без исключения. Если хотите выжить сражайтесь, отстаивайте свободу с оружием в руках. Рано или поздно спасение придет, быть может, откуда его совсем не ждали нужно лишь верить.

– Сдается мне, молодой человек, знаешь ты гораздо больше, чем говоришь, - хитро прищурился Густав Черрет.
– С виду тебе не дашь больше двадцати, но рассуждаешь и ведешь себя как умудренный годами муж. Такое редко встретишь, особенно в наше время.

– У меня были отличные учителя, - сказал Грин.

– Э нет. Я, знаете ли, давно эту землю топчу и в людях научился разбираться. Так преображает только борьба. Борьба и ответственность. Большинство она ломает, но те, кто никогда не сдается, становятся поистине сильными людьми. У тебя, Грин Коэл, обманчивая внешность. Глаза печальны и пусты, а взгляд засушлив как сама пустыня, но за всем этим спокойствием кроется несгибаемый дух. У тебя простодушное лицо и доброе сердце, но вместе с тем воля твоя прочнее закаленной стали. Очень немногие способны разглядеть настоящего Грина Коэла, но те, кому это удается, получают честного и верного друга, который никогда не бросит в беде.

– И что воля и дух помогут ему выжить?
– язвительно усмехнулся Вигль.
– Их на хлеб не намажешь, да и от веболгов ими вряд ли отобьешься. Деньги - вот сила! Будь у меня много денег, нанял бы войско, которое по одному моему приказу выгнало бы всех веболгов и гарров. Все проблемы, как говорится, от нищеты.

– Сами по себе монеты безобидны, - вмешалась в разговор Льявалла.
– Кусочки драгоценного металла бесспорно нужны, чтобы легче обмениваться товарами. Гораздо страшнее те, кто ими одержим. Охваченный жаждой власти и денег человек сам того не желая становится порождением тьмы, ибо от него страдают его же сородичи.

– Какая глупость!
– воскликнул твемет.
– Все мы любим в первую очередь себя, но редко в этом признаемся. Уверяю вас, жажда получить от жизни как можно больше есть у всех без исключения, идти против нее - значит идти против себя!

– Вот тут ты прав!
– неожиданно согласилась Льявалла.
– Бороться с собственными желаниями трудно и на первый взгляд глупо, но так думают только недальновидные люди. У самых низких пороков есть очень дурное свойство - они заразительны. Жадность, ненависть, зависть расползаются и плодятся по свету с быстротой лесного пожара, и однажды приходит день, когда мир больше не может вынести столько зла. Вот тогда начинается хаос войн, бедствий и разрухи. Того, кто жил неправедно и смеялся над добродетелями, постигнет жестокая кара, ибо причиненное зло всегда возвращается.

– Я тебя умоляю, оглянись вокруг!
– воскликнул Вигль.
– Святоши если и остались, то где-то на задворках! Попрятались в глухих деревнях и селах. Сора давно в руках богачей, а деньги и жажда власти давно захватили умы ее жителей. Где же обещанная кара?!

– Уже недалеко отсюда, - усмехнулся Бэнкси, - самонадеянный ты наш. Мир вот-вот сгорит в черном пламени, а такие молодчики как ты все никак не уймутся.

– О чем это ты?
– презрительно сморщившись, буркнул твемет.