Чтение онлайн

Вновь отряд шел по ничейной земле. Уже оставалось два дневных перехода, и они дома, на родной земле.

В ночь перед последним днем отряд разбил лагерь. Ничто не тревожило воинов и, кроме одного часового, все спали спокойным сном. Среди ночи Гумбу разбудил бодрствующий воин:

— Вождь, наш лагерь заметили люди Ндорумы, они лежат за тем небольшим холмом, — говоривший показал на еле заметный в ночи бугорок.

Сон пропал, Гумба напряженно вслушивался, но ни единый шорох не нарушал тишины. Видно, враг ждал рассвета.

Утром воинственный крик огласил долину и внезапно смолк. Раздалась далекая пальба, и Гумба, еще ничего не видя, понял, что произошло более страшное и пеожи данное, чем нападение воинов Ндорумы, — к его лагерю приближались газве. Бежать было поздно. Проснувшиеся носильщики бросились врассыпную, но пули настигали их. Никто не нашел спасения.

Воины Гумбы сошлись около него. Что они могли сделать с копьями и щитами против ружей газве? Но никто не дрогнул, когда с гиканьем и криком враг подошел ближе. Засвистели гангата, воины Гумбы принимали бой. Нет, враг не хотел подходить вплотную, он залег и стал расстреливать горстку храбрецов. Пули пробивали тростниковые щиты и воины падали у ног своего вождя. Оставшись один, Гумба с высоко поднятым копьем пошел на врагов. Он шел, а пули свистели вокруг. Сильный удар в грудь. Вождь зашатался и упал навзничь.

Крики газве постепенно стали удаляться. Забрав все, что вез караван, грабители спешили восвояси.

Гумба на миг очнулся, и смотря на полуденное солнце, подумал, что он не сдержал своей клятвы и Мбио так ничего и не узнает о белом.

К вечеру мать нашла тело сына. Она знала, куда он ушел, она ждала его и слышала ружейные выстрелы в саваннах. Кто отомстит за сына? Кто скажет ей, что эта круглая ранка на груди не сделана людьми того белого, к которому шел ее сын?

Ни мать, ни Мбио не узнают, что белый, который шел к Бангези с Рингио, — друг азанде, друг Мбио. Юный Гумба не сдержал клятвы, данной белому другу и тот никогда не узнает, почему так случилось.

Туча закрыла луну, и в наступившей темноте слышался плач одинокой женщины.

Прошли десятилетия. Всего в нескольких сотнях километров на запад от прежней области Мбио возникло первое независимое государство Экваториальной Африки— Гана. Началось пробуждение свободолюбивых сил черного континента, создание национальных государств и республик. Прежняя независимая область Мбио стала частью республики Конго. Потомки азанде получили свободу. А в старинном доме на берегу Невы как память хранится кусочек дерева, внешне мало примечательный, под которым небольшая подпись:

«Амулет посла. Этот амулет носил посол вождя Мбио, пришедший к русскому путешественнику В. В. Юнкеру в 1871 году. Получив уверенность в хорошем приеме, посол отбросил амулет, как ненужную вещь. Его поднял В. Юнкер и привез в дар музею».

ТРАГЕДИЯ ОГНЕННОЙ ЗЕМЛИ

Письмо состояло из нескольких десятков небольших листов, мелко исписанных по-испански. Находка письма среди коллекций, полученных еще в 1912 году, была событием. Хотя письмо ничего не добавило к опубликованным в свое время общим описаниям огнеземельцев, однако оно рассказывало такие подробности, которые вряд ли кто мог знать. Письмо не имело прямого обращения. Оно начиналось так:

«Есть события, о которых я не могу молчать. Сейчас пользуюсь случаем, чтобы сказать, во весь голос о страшном зле, которое творится на многочисленных островах архипелага Терра дель Фуего. Мир должен знать об этом.

В 1882 году в лондонской газете [1] я прочитал следующую заметку: «Наблюдается начало широкой коло-низании самого большого из островов архипелага Терра дель Фуего. Кроме золота, найденного в долине Рио-Гранде, считается возможным развивать скотоводство не только на побережье залива Сан-Себастьян, но и во всей северной части острова. Этот план освоения острова может привлечь колонистов Старого Света, которым предоставляется широкое поле для проявления мужества и обогащения, поскольку другой стороной плана является необходимость истребить огнеземельцев. За убитого огнеземельца власти будут платить фунт стерлингов, и в четыре раза больше за его голову заплатит некое антропологическое общество в Англии!»

Я ужаснулся и еще раз перечитал заметку, не веря своим глазам. Неужели, думал я, после известной всему миру и осужденной трагедии тасманийцев, когда английские завоеватели уничтожили все многочисленное население острова Тасмания, в наш век возможны такие циничные призывы к уничтожению целого народа. Я не поверил сообщению газеты и в резкой форме написал редактору, что он должен опубликовать опровержение. Прошло несколько недель, прежде чем я получил ответ. Редактор сообщал, что нет нужды опровергать события на Терра дель Фуего, так как это правда.

Вскоре я получил пересланные мне копии сообщений из Аргентины и Чили, подтверждающие самые страшные предположения. Я был молод и только что окончил медицинский факультет. Мое призвание было спасать людей. Я писал статьи протеста во все газеты, но меня осмеивали и не печатали. Целью моей жизни стало попасть на Огненную Землю. Вскоре представился случай, и по предложению одного патера, близкого друга моей семьи, я выехал на Огненную Землю врачом христианской миссии.

Вот уже почти тридцать лет я живу здесь. Я стал свидетелем многих трагических событий, которые надорвали мне душу. Я обращаюсь с призывом спасти целый народ. Иногда мне кажется, что уже поздно, но я не теряю надежды. Я, как ни страшно в этом сознаться, не верю в божью милость. Бог не спасет огнеземельцев, которых уничтожают люди, их могут спасти только люди.

Не верьте тем, кто скажут, что жители Терра дель Фуего полуживотные. Нет, и еще раз нет! Они люди, такие же, как и мы, но со своей жизнью, своим бытом и культурой!

Природа не проявила к ним щедрости. Она оголила скалы, создала почву, непригодную для посевов, отняла у человека тепло солнечных лучей. Казалось, было сделано все, чтобы здесь погиб человек, но он выжил, и не только выжил. Вдали от цивилизованных путей, в борьбе с суровой природой человек был лишен стимулов к прогрессу, и он остался с примитивными орудиями. Но разве виноват в этом человек, и разве не достоин он восхищения в своем стремлении и упорстве наперекор всем стихиям.

Я прибыл на Огненную Землю. В мои обязанности входило оказывать медицинскую помощь как колонистам, так и огнеземельцам. Бывая часто и подолгу во многих поселениях огнеземельцев, я наблюдал их жизнь, научился их языку и даже завел друзей.

На архипелаге тогда жило три племени — она населяли самый большой остров — Огненную Землю, алакалуф — расселялись в западной части архипелага, на островах южной части жили ямана.

Еще в середине прошлого века во всех трех племенах было 12 тысяч человек, но уже к 1880 году их оставалось немногим более 8 тысяч. Сейчас, когда я пишу эти записки, идет десятый год нового столетия, с 1880 года прошло тридцать лет — меньше одного поколения, а огнеземельцев осталось менее двух тысяч. Никто не может поручиться за то, что смерть остановится в своей страшной жатве. «Что будет дальше с нами?»— совсем недавно задал мне вопрос мой друг из племени она, Куанип. Я ничего не мог ему ответить. Он в свои двадцать восемь лет видел все, что творилось вокруг, и я не мог лгать.

Его жизнь день за днем — картины печали и горя.

Расскажу все по порядку.

Из всех частей архипелага остров Огненная Земля самый привлекательный. В центральной части и на севере можно встретить ровные безлесные низменности с прекрасными пастбищами. Длинношерстные и длинноногие бурые гуанако, похожие на овец, паслись здесь. Охота на них давала средства к пропитанию. Но гуанако все же не так много, и каждый род она имел свою охотничью территорию. Охотиться на территории соседа было самым большим преступлением.