Чтение онлайн

— В таком случае… — Хидэтада подошел к нему сзади почти вплотную, — я снова напоминаю, что ты обещал много вкусной еды, красивых девушек и даже вино.

— Да-да… — Юкинага стремительно обернулся, едва не столкнувшись лбом с Хидэтадой, — я сейчас отдам распоряжения.

— Займись этим. Но прикажи, чтобы вино принесли сразу и прямо сюда. Я категорически отказываюсь писать любовное письмо Като Киёмасе на трезвую голову.

Хидэтада медленно подошел к резным золоченым ступеням просторной веранды, опустился на колени и склонился в глубоком поклоне, ощутив кожей лица тепло нагретого солнцем дерева.

— Хватит считать лбом ступеньки, Хидэтада. Лучше взгляни, какая чашка!

Хидэтада поднялся, присел на самую верхнюю ступеньку и протянул руку. Тяжелая округлая чайная чашка легла в его ладонь.

— Она… восхитительна, ваша светлость. Ее форма настолько совершенна, что, взяв ее в руки, не хочется выпускать. И эти едва заметные потеки глазури — они словно говорят о несовершенстве всего сущего, что только подчеркивает ее изысканную красоту. Но даже она не способна сравниться своей красотой и изысканностью с этим великолепным чайником, на который можно смотреть часами, не отрывая взора.

— Зря стараешься, Хидэтада. Все равно не подарю, сколько раз уже говорил. Это мой любимый чайник!

Хидэтада едва слышно вздохнул.

— И не вздыхай. Бери чашку, и довольно с тебя. Сам же сказал, что она тебе нравится. А если настолько чайник хочется потрогать — так вытащи то, что у тебя в рукаве, и завари его.

— А от вашего взора ничего невозможно утаить, — Хидэтада широко улыбнулся и достал из рукава небольшую деревянную шкатулку.

— Сегодня просто великолепная погода, ты заметил? — Хидэёси провел рукой по воздуху, словно одновременно оглаживая его и обводя окрестности. — Чувствуешь, какой сильный запах у распустившихся цветов?

— Да, ваша светлость, я это тоже отметил. Поэтому и пришел к вам.

— Ты совсем позабыл про меня, — проворчал Хидэёси. — Я удивлен, что ты нашел время между прогулками по городу с юными красавицами и веселыми вечерами с друзьями.

— Вовсе нет! Господин Хидэёси! Это вы все время заняты, я уже и не помню, когда мне удавалось пригласить на прогулку вас! Вы помните, когда выходили куда-нибудь за пределы этого сада в последний раз?

— Я уже слишком стар для прогулок с юношами, вроде тебя, Хидэтада.

— Что вы такое говорите? — в голосе Хидэтады послышалось откровенное возмущение. — Я уверен, что пригласи я вас к своим друзьям, вы бы всех превзошли в танцах и пении, а юные красавицы даже не посмотрели бы в нашу сторону!

— Ты поэтому никогда меня не приглашаешь, да? Чтобы все внимание доставалось тебе? Ну хитрец! — Хидэёси звонко расхохотался.

— Конечно, — совершенно серьезно ответил Хидэтада, а затем улыбнулся, — но прогулки вдвоем — это совершенно другое. Ведь ваше внимание тогда принадлежит только мне.

— Прогулки… Какие могут быть прогулки, а, скажи мне? Вот будешь править страной — я посмотрю, сколько времени у тебя останется на прогулки.

— Я?! Страной? — на лице Хидэтады отразился такой явный испуг, что Хидэёси засмеялся еще звонче и даже прислонился боком к перилам, чтобы удержать равновесие.

— Вот, видишь? А ты — прогулки…

— Я согласен с вами, ваша светлость, — Хидэтада снова низко поклонился, — однако, осмелюсь вам сообщить, что лодка, на которой я хотел предложить вам прогуляться по реке, уже готова и ждет нас в западной части сада. Править буду я сам, никто не помешает нам и не отвлечет.

— А-а-а… так вот почему ты не торопишься готовить чай?

— Именно, — Хидэтада поклонился еще раз.

— Что же… Я думаю, такая прогулка не слишком утомит меня. Помоги мне подняться.

Хидэтада встал, наклонился и протянул руку, чтобы господин Хидэёси мог на нее опереться. И, как и ожидал, почувствовал лишь легкое прикосновение.

— Чашку не забудь, она твоя. А чайник, чайник не трогай. И даже не смотри в его сторону, хитрюга!

Тем не менее, когда они подошли к лодке, Хидэтада вновь протянул руку, помогая господину Хидэёси взойти на борт. И на это раз это не было простой вежливостью.

— Хм… Если у меня закружится голова и я упаду в воду, ты спасешь меня?

— Я спасу вас даже ценой своей жизни, ваша светлость.

— Тут воды по колено. Твоей жизни будет угрожать опасность, только если на нас нападет каппа [7] .

Хидэтада коснулся пальцами рукояти меча. Только близким родственникам разрешалось носить оружие в присутствии господина Хидэёси, и Хидэтада очень гордился оказанным доверием:

— Не извольте беспокоиться. Я справлюсь с любым, кто осмелится напасть на вас. Будь это хоть человек, хоть демон.

Хидэёси прошел под навес и опустился на подушки, устраиваясь поудобнее.

— Когда я говорю с тобой, Хидэтада, во мне вновь просыпается вера в людей.

— Благодарю вас, ваша светлость, — Хидэтада смущенно отвернулся и оттолкнулся веслом от берега.

— Течение здесь тихое. Положи весло и иди сюда. Я все еще предвкушаю тот чай, который ты приготовил мне в подарок.

Хидэтада опять улыбнулся, опустился на колени перед столиком, на котором стояли все необходимые чайные принадлежности, и поставил на край шкатулку.

Некоторое время Хидэёси молча наблюдал за тем, как ловко двигаются руки Хидэтады, размешивая чай, а потом начал оглядываться по сторонам.

— А знаешь, — наконец проговорил он, — о чем я мечтаю?

Хидэтада поднял голову и посмотрел вопросительно.

— Чтобы кто-то вроде тебя увез меня далеко, в тихое место, где я мог бы провести остаток своих дней, избавленный от тревог и тяжкого груза власти. Моя юность давно прошла, но кто возьмет на себя мое бремя?

— Господин Хидэёси… Ваш сын вырастет, достигнет зрелости, и ваши мечты сбудутся.

— Эх, мальчик мой… — Хидэёси похлопал Хидэтаду по руке, — я не доживу до этого светлого часа…

— Что… вы говорите такое? У вас впереди еще долгие годы! Вы просто устали, и вам нужно отдохнуть.

— У меня нет времени на отдых. И мой сын еще так мал…

— Господин Хидэцугу станет вашей и его опорой на эти годы.

— А-а-а… замолчи, Хидэтада, — Хидэёси махнул рукой, — не надо об этом. Лучше… почитай мне свои новые стихи. Я уверен, ты взял их с собой.

Хидэтада тяжело вздохнул, протянул господину Хидэёси чашку и уставился в пол.