Чтение онлайн

Юман продолжал смотреть на меня и без раздумий ответил:

— Предлагаю, потому что это единственный выход из ситуации. И не боюсь, — усмехнулся мужчина. — А ты боишься…

— Пойти на такое безумие, — перебила я. — Боюсь, конечно! Но, вы правы, выбора у меня особо нет.

Профессор отвернулся и как-то поник, спина его округлилась, а голова склонилась на руки. Он тоже делал выбор. Выбор, который может сломать ему жизнь. Юману, как и мне, придётся пожертвовать шансом обрести в этом мире любовь. Мы будет обречены на всю жизнь. И здесь будет распоряжаться сама судьба. Либо мы найдём общие точки соприкосновения, либо останемся одинокими.

Эти мысли выбили воздух из лёгких и заставили сжать кулаки до боли. Это у меня нет выбора. Я умру от метки, если откажусь от брака, и заберу жизнь Кларма. Он, конечно, козёл, но смерти его не желаю. Представляю, как он бесится сейчас от того, что я вновь пропала с радаров. Теперь ведь и его собственная жизнь под угрозой, если Кларм не проведёт со мной ритуал, то сам умрёт. Ха-ха-ха. Это уже истерическое…

Зато у профессора есть выбор. Он просто приносит себя в жертву, чтобы не тратить моё время попусту. Юман может просто бросить странную иномирянку на произвол судьбы и не упускать шанса обрести в этом мире счастье, семью. Зачем он предлагает такое? Я ведь своими руками вырву его сердце и заставлю отвечать за мои ошибки.

— Нет! Я не могу с вами так поступить, — оживилась и этим привлекла внимание профессора. — Вы не должны жертвовать своей жизнью, исправляя то, что я сама натворила.

— Ты своей ради меня рискнула, чуть от собственной силы не сгорела, — принялся отговаривать меня. — Я ничего не потеряю от брака с тобой. Наоборот…

— Но вы ведь подписываете себе пожизненный приговор на одиночество! — перебила мужчину, потому что эмоции лились через край, не желая останавливать поток. — Я не хочу принимать решение, жертвуя вашим будущим. Вы, конечно, не идеальны, но всё-таки шанс на нормальную жизнь имеете.

— Не успел даже метку свою поставить, а ты уже со мной разводишься. Не стыдно Лили? — вопросительно изогнул бровь профессор.

— Думаете, мы с вами станем примерной семейной парой? Очень в этом сомневаюсь, — фыркнула я и отвернулась от него. Нечего тут вселять в меня ложную надежду. Сердцем чувствую, что кончится это всё плохо. Да и что за пара из нас получится? По силе, конечно, мы подходим. Но характеры разные — у Юман он вообще отвратительный. И всю жизнь терпеть его равнодушие… Да и я не подарок. Профессор со мной поседеет раньше времени.

— Вот заодно и проверим, кто оказался прав, — угрожающий голос врезался в затылок и резко замолк.

Еле слышный шёпот заставил повернуться к мужчине, но чужая рука схватила левое запястье. Я удивилась, что Юмана не оттолкнуло как в прошлый раз, но потом поняла почему. Метка на груди заныла и стала выворачивать тело. Ноги и руки затряслись, словно в конвульсиях. Профессор не отпускал левую руку, продолжал что-то говорить, но выловить даже отдельные фразы не удавалось. Кожа под пледом нагрелась и пульсировала. Меня будто бросили в лаву и заставляли страдать от жара в бурлящей огнём жиже. Река боли перемещалась от груди к запястью. Теперь левую руку опалило огнём, но потом так же быстро отпустило.

Чёрные точки плясали в глазах, а звон в ушах сводил с ума. Тупая боль в голове заставила удерживать сознание. А чужое прикосновение к горячей ладони окончательно вернуло в явь.

Постепенно приходя в себя, я прижала ладонь к себе, мечтая успокоить ноющую кожу. Но заметив рисунок на запястье подпрыгнула.

— Зачем вы это сделали? — ударила в грудь профессора больной рукой и рухнула обратно на диван, потому что запястье вновь заныло.

— Зато теперь ты от меня никуда не денешься, — оскалился Юман и сел в кресло у камина. — Жду слов благодарности за спасение.

Наглый. Индюк. Каким был, таким и остался! Хотелось разгромить всё вокруг, кинуть что-то тяжелое в спокойного и довольного профессора. Пустить в полёт огненную птицу, которая легко расправится с его одеждой. Хотя нет… не надо. Не готова я видеть Юмана без одежды. Но всё-таки представила, как мужчина избегает атак магической птицы, которая всё равно задевает ткань футболки, и пепел мелкими частицами опускается на пол. А крепкие и накаченные руки профессора машут, создавая новые щиты и заклинания.

Щёки от таких мыслей опалило жаром, и я спрятала лицо за волосами, которые так удачно расплелись. Пульс не хотел замедляться, норовя выдать меня, как школьницу. Профессор ведь оборотень, слух, наверное, идеальный и чуткий.

— Кстати, забыл предупредить, — весело тянул интригу Юман. — Мы будем иногда ощущать эмоции друг друга. Советую, к-хм, сдерживать их.

Его слова окатили ледяной волной. Профессор мои эмоции теперь читать будет? То есть, я зря скрывала красное лицо, а он всё равно понял. Чудненько! Полный попадос…

Мне было жутко стыдно за свои мысли и картинки, которые рисовало воображение. И как мне теперь себя вести? Эмоции рядом с Юманом всегда накрывают опасной лавиной, готовой снести всё на пути. Даже сейчас магия огня загоралась от вспышек гнева и стыда.

Индюк самый настоящий! Предупреждать о таком надо! А вдруг я ещё чего-то не знаю? Или он умышленно что-то скрыл?

— Погодите, — осенило меня. — Но от метки Кларма я не ощущала чужие эмоции. В принципе ничего не чувствовала. Почему тогда ваша метка другая?

Я принялась рассматривать красивый рисунок, обхватывающий запястье. Тонкие и нежные белые линии изгибались волной, словно стебли цветка, на которых крепились мелкие лепестки неизвестного растения. Метка была бледной, она будто находилась под кожей. Пальцами второй руки я нежно прикоснулась к ней и аккуратно погладила, выводя каждой ответвление стебелька.

— Вампирские метки отличаются от общепринятых, но вряд ли не имеют таких же особенностей связи. Скорее всего ты просто ничего не испытывала к вампиру, поэтому ваша связь на уровне начальной метки не укрепилась. Ритуал бы, конечно, всё исправил.

— Хотите сказать, что моя метка работает, потому что я что-то испытываю к вам? — выгнув бровь, возмутилась я.

— Возможно, — усмехнулся он и продолжил смотреть на огонь.

Я замоталась в плед и подошла к мужчине. Теперь моя очередь смотреть на него сверху вниз. Профессор поднял довольный взгляд и задержал его на моих губах. От меня не ускользнула его перемена настроения, но я пресекла дальнейшие действия просьбой:

— Можно посмотреть на вашу метку?

Огромная ладонь легла в мою хрупкую и маленькую руку. Запястье Юмана обвивали точно такие же стебельки, но на них были не лепестки, а другие мелкие рисунки. Пришлось наклониться, чтобы изучить каждый. Маленькие огоньки пламени чередовались с мелкими розочками. Это показалось мне странным, и я неосознанно провела пальцами по рисунку, который неожиданно вспыхнул красным сиянием. Посмотрев на своё запястье, увидела, что и моя метка искрилась и переливалась.