Чтение онлайн

Он напрягся. И Джессалин пожалела о своих словах.

Нейл посмотрел в ее лицо. Он знал, чего она ждет. Он знал, что, отдав ему себя, Макиннес надеется услышать от него это. Но он не мог пообещать ей, что останется в Шотландии. А до тех пор пока он не узнает, будет ли Спотти Оливер мстить за его исчезновение из форта Огастес, Нейл не мог пообещать отвезти ее в Лондон. Единственное, что ему оставалось, – это сказать правду:

– Что бы там ни было, я не жалею о нашем браке. – Она вздохнула и заставила себя улыбнуться.

– Но я очень жалею, что не ухаживал за вами раньше и не смог устроить свадьбу, какую вы заслуживаете.

Она с напускным равнодушием пожала плечами:

– Мой отец болел. Долгие ухаживания были бы невозможны, и я не могла позволить себе пышной свадьбы. Члены моего клана сделали все, что могли, и все же они стыдятся, что не преподнесли нам свадебные подарки.

– В любом случае вы заслуживали лучшего, – вздохнул он. – Гораздо лучшего, чем то, что получили, и я надеюсь… – Он замолчал, прежде чем дать ей повод мечтать о будущем. – Я намерен возместить это вам.

На этот раз ее улыбка была искренней, и свет, исходивший от ее лица, горел и в глазах.

– Вы это уже сделали.

Он вопросительно поднял бровь.

– Вы подарили мне полет на небеса. – Она покраснела. – И не один раз. Это больше, чем требуется для возмещения моральных убытков.

Он покачал головой:

– Я хочу дать вам еще больше. – Она открыла ему объятия:

– Я жду вас, милорд.

Он проснулся от урчания и ноющей пустоты в желудке. Нейл осторожно скатился с постели и подбросил еще одно полено в огонь. Он изо всех сил старался не разбудить жену, но она пошевелилась, когда он попытался вытащить из-под нее свой плед.

Она села и зевнула:

– Что такое?

– Мой желудок, – усмехнулся Нейл. – Он разбудил меня своими жалобами.

– Вы больны? – В ее лице отразились участие и забота.

– Я голоден. Все эти занятия любовью с моей ненасытной шотландской воительницей…

– Английской графиней, – поправила она. – Шотландские вожди никогда не бывают ненасытными. Тогда как все знают, что английские графини могут быть какими угодно.

– Где вы слышали подобные сплетни? – удивился он. – Я знаю многих английских графинь и только одну шотландскую, и… – он наклонился и посмотрел ей в глаза, – и я предпочитаю шотландскую графиню.

– Почему? – спросила она.

– Потому, что она ненасытна, – поддразнил он. – Но занятия любовью не проходят даром, и я должен съесть что-то существенное, если она ожидает от меня продолжения.

Джессалин свесила ноги с кровати:

– Я принесу что-нибудь из кухни.

Боясь, что ее поход на кухню может закончиться большой миской овсянки или, того хуже, сухим овсяным печеньем, Нейл поднял ноги Джессалин и засунул их под одеяло.

– Нет, – возразил он. – Вы останетесь здесь, в тепле. Я сам схожу. – Он стянул весь тартан с кровати и начал оборачивать его вокруг талии, чтобы пойти наверх.

– Нет! Нет! Не так! – запротестовала она, поморщившись.

Нейл отбросил ткань и в отчаянии взмахнул руками.

– Тогда как? – спросил он, когда тартан соскользнул на пол.

– Возьмите ваш плед и рубашку. – Джессалин показала на комод с бельем. – И принесите мне тот кожаный ремень, что висит на крючке возле умывальниками золотую брошь с туалетного столика. Я выполнила все обязанности жены. – Она одарила его лукавой улыбкой. – Так что теперь могу сложить ваш килт.

Нейл собрал вещи, которые она просила, и подал ей.

– Вы уверены, что готовы сделать это?

– Да, – ответила она. – Поднимите руки. – Она развернула льняную рубашку своего отца и, встав на кровати, надела на него.

– Вы знаете, что они подумают, когда увидят, как я шныряю по кухне? – спросил Нейл.

– Да. – Джессалин подняла глаза, и их взгляды встретились. – Они подумают, что я опомнилась и предъявила права на своего мужа. – Она начала укладывать ткань вокруг его талии. – Подержите вот так, – попросила она и застегнула ремень, который ловко надела поверх складок килта.

Нейл повиновался.

– А теперь, – торжественно произнесла она, – смотрите внимательно.

Он следил за движениями ее проворных пальцев, когда она искусно перекинула тартан через его плечо и закрепила на груди брошью, которая раньше принадлежала ее матери.

– Вам надо побольше, – задумчиво проговорила она, закончив эту работу.

– Плед? – спросил он, испугавшись, что ему каждое утро придется бороться с дополнительными ярдами материи. Или терпеливо стоять, пока Макиннес сделает это за него.

Она засмеялась:

– Нет, брошь побольше. Эта сделана для женщины. – Она прикоснулась к золотой булавке. – Она принадлежала моей матери, но придется обойтись этой, пока мы не изготовим для вас другую. – Она вздохнула. – Я бы дала вам брошь моего отца, но…

– …ее может носить только вождь клана. Я не Макиннес. Макиннес – вы.

– Но вы мужчина.

– Я муж Макиннес, – мягко пояснил он. – И я горжусь тем, что вы решили сложить для меня килт и доверяете настолько, что отдали мне брошь вашей матери. – Он улыбнулся ей. – Для меня большая честь носить ее.

– Мои родственники могут посчитать это странным, – предупредила она.

Нейл пожал плечами:

– Я англичанин. Они и так уже считают меня странным.

Она посмотрела на него, удивленная его готовностью принять ее более высокое положение в клане. У нее были родичи и соседи-горцы, которым было трудно смириться с этим. Возможно, это объяснялось тем, что се родственники и соседи знали се с тех пор, как она была ребенком, и даже не могли представить, что именно она будет наследовать своему отцу. У нее было шестеро братьев, любой из которых больше подходил на роль вождя, чем она. Ее муж – английский граф и солдат. Как солдат, он привык подчиняться приказам старших по званию офицеров, но она давно поняла, что он прирожденный лидер и ему гораздо больше подходит отдавать приказы, нежели их выполнять. И она подумала, что он вряд ли когда-нибудь будет подчиняться приказам женщины. Она пришла к выводу, что его поведение даже более поразительно теперь, когда он знает ее так близко, ведь он получил уникальную возможность узнать все ее тайные страхи и слабости характера, которые она упорно старалась скрыть.

– О чем вы думаете, миледи? Что-то не в порядке с моим костюмом? – Он взглянул на свой килт.

– Нет, милорд, – улыбнулась она. – Вы очень красивы в этом шотландском наряде. – Она смахнула ворсинку с кружевного жабо его рубашки. – Все, что вам нужно, – это ваша сабля и ваш кошелек.

– И сапоги. – Он пошевелил пальцами босых ног. – Чтобы не отморозить ноги.

– Сапоги закроют ваши ноги.

– Для этого они и сделаны. Закрывать мои ноги и согревать их.

Она подняла на него глаза и застенчиво улыбнулась: