Чтение онлайн

– Всего дюжину, дорогая? – удивился он. – Я совершенно точно научил тебя большему.

– Возможно, – ответила она. – Но это было так давно, что, думаю, мне будет трудно припомнить их все.

– Вероятно, мне придется преподать тебе еще несколько уроков, – задумчиво предположил он.

– Вероятно, мне понадобится даже больше. – Она игриво подвигала бровями, передразнивая его мимику.

Нейл обхватил ладонями ягодицы жены и, прижав ее к себе, опустил голову и начал ласкать языком маленькое ядрышко наслаждения, скрытое под треугольником рыжих кудрей.

– Моя леди становится немного дерзкой. Мне нравится это в женщинах.

Он дразнил и ласкал ее, пока она не выкрикнула его имя, когда ее страсть вырвалась наружу, чтобы ее освободить. Нейл поднял ее и усадил к себе на бедра, прижав спиной к двери. Джессалин обхватила ногами его талию и осторожно ввела его в себя. Нейл прижался губами к ее шее и рванулся в нее. Она была горячей, влажной, зовущей, а он был тверд как скала и был весь желание. Он входил в нее снова и снова, а она отдавала ему всю страсть, на какую была способна.

Они занимались нежной пылкой любовью всю ночь напролет, передвигаясь от двери к креслу, от кресла к кровати, от кровати к ванне и обратно. Они занимались любовью с горьковато-сладким привкусом отчаяния – ведь эта ночь могла стать их последней ночью. И когда Нейл наконец рухнул на подушку рядом с ней и закрыл глаза, он знал, что она изменила его навсегда. Он знал с непоколебимой уверенностью, что, даже если бы он прожил тысячу лет, он никогда бы не смог полюбить никого другого так сильно, как любил эту женщину. Он открыл рот, чтобы сказать ей это, но слова прозвучали нежным бормотанием, слишком тихим, чтобы она могла их услышать. Он поцеловал ее в макушку, и ее волосы зашевелились от его дыхания. Завтра, пообещал он себе, завтра он расскажет ей о своей любви и своих планах на будущее.

И вот наступило завтра. Нейл проснулся и, обнаружил, что лежит в их постели один. Неприятное чувство зародилось в нем, когда он оглядел комнату. Его белая льняная рубашка была аккуратно сложена на шелковом кресле. Его покрытый мехом кошель лежал сверху. Узкие шотландские штаны, сшитые из пледа Макиннесов, и кусок тартана лежали рядом. Перед диваном стояли его черные кожаные сапоги. Она приготовила для него брюки, потому что знала, что ее не будет рядом, чтобы сложить для него килт. Нейл вскочил с постели, оделся, как мог быстро, и поспешил к двери. Она была заперта. Он потянулся за ключом вождя на своей шее. Ключ исчез. На его месте висел женский ключ, который раньше уютно лежал в ложбинке между ее грудей. Слова, которые он вчера сказал в шутку, зазвучали в его ушах: «Что вы собирались сделать? Спрятать меня в комнате тайных встреч вождя?» Планировала ли она это раньше или придумала только сейчас, но Макиннес поступила именно так. Она заперла его в тайной комнате вождя и ушла, чтобы встретить английских солдат одной. И он ничего не мог с этим поделать.

– Джесси! Джесси! Они приближаются! – Йен Маккарран, крича, вбежал во двор замка. – Я их видел.

Джессалин встретила его перед недавно обновленными дверьми замка. Она была одета в темно-синее платье и такие же темно-синие туфли, украшенные золотыми пряжками с сапфирами, которые она нашла на своей подушке на второе утро после прибытия каравана. На ней была белая кружевная накидка и плед Макиннесов, обернутый вокруг талии поверх ее юбки и заколотый на плече брошью клана. Ключ, который она обычно носила на серебряной цепочке на шее, теперь был у Нейла, а ключ, который она отдала ему – ключ вождя, – был спрятан в потайном кармане юбки. Волосы она заплела в длинную косу. Шапка ее отца, украшенная веткой падуба и двумя орлиными перьями, завершала наряд.

Йен остановился в изумлении.

– Сколько их? – спросила она.

– Очень много, – ответил он.

– Ты считал их, Йен? – спросила Джессалин.

– Я пытался, – смутился парень. – Но их слишком много. И они идут очень быстро. Мне пришлось бежать, чтобы сообщить тебе.

– Они не могут прийти сюда снова!

– Что мы будем делать?

– Мы должны дать им то, что они хотят! Мы должны сказать им то, что они хотят услышать!

– Мы должны уйти. Мы должны убежать и спрятаться! – Женщины, столпившись во дворе, испуганные приближением солдат, смотрели на своего вождя – на Джессалин, ожидая ее решения.

Джессалин глубоко вздохнула:

– Я не буду приказывать вам остаться, если вы хотите убежать на холмы и спрятаться там. Но я хочу, чтобы вы поняли, что, если сбежите и спрячетесь, вы можете вернуться на пустое место. Англичане заберут все, что смогут, и уничтожат оставшееся. Они не будут более милосердны к пустой деревне, чем к населенной. И они не будут милосерднее, если мы скажем им то, что они хотят знать, или если мы будем хранить молчание. Когда они смотрят на нас, они видят не людей с сердцами, душами, желаниями и мечтами – они видят дикарей. Они видят врагов. – Она помолчала. – Англичане уже были здесь раньше. Мы пережили это, и мы переживем это опять. – Она сделала знак Давине приблизиться.

Давина пробралась через толпу женщин и встала рядом с Джессалин. Она держала большую корзину, и женщины с любопытством наблюдали, как она поставила ее на землю перед ними.

Джессалин нагнулась, достала кинжал из корзины и подняла руку, чтобы все могли его видеть.

– Мы собрали все кинжалы и ножи в замке. Возьмите все по одному для себя и для своих дочерей, матерей и сестер. Спрячьте их на себе и используйте, если возникнет необходимость защититься от любого английского солдата, который попытается изнасиловать вас или любую другую женщину в деревне. – Она подняла юбку и засунула нож за подвязку, удерживающую ее чулок, потом выдвинула корзину вперед и смотрела, как женщины подходили одна за другой и выбирали себе оружие.

– Есть еще одна вещь, о которой вы должны знать, – обратилась к ним Джессалин, когда все женщины взяли по ножу или кинжалу и стояли, ожидая дальнейших указаний. – Я глава этого клана, и я буду защищать вас до последнего вздоха, но знайте твердо – я убью любого мужчину или женщину, кто предоставит англичанам информацию о моем муже или о мужьях Магды и Флоры. Понятно?

Женщины клана Макиннес согласно кивнули.

– Хорошо. А теперь расскажите об этом всем и продолжайте заниматься своими делами как обычно. – Джессалин махнула рукой и направилась к замку.

Двумя часами позже колонна английских солдат вошла в Гленонгейз во второй раз за последние годы. Большинство солдат были пешими, и только двое мужчин сидели верхом на лошадях. Джессалин решила, что всадники руководят этой колонной, но она не знала, кто из них главный и как выглядит Спотти Оливер, пока один из них не заговорил.

– Доброе утро, дамы, я лейтенант Бертон инженерных войск армии его величества в форту Огастес. – Он кивнул женщинам, – Я бы хотел поговорить с владельцем этого замка.

Джессалин оставила безопасный круг своих людей и вышла вперед.

– Я Джессалин Маконес, глава клана Маконес. Этот замок и деревня вокруг него принадлежат моей семье в течение семи сотен лет. – Она назвала шотландский вариант своего имени, зная, что для англичан все имена звучат одинаково.

Если лейтенант и был удивлен, что главой горного клана является женщина, он ничем этого не выдал.

– Рад познакомиться, мадам.

Джессалин даже не попыталась изобразить учтивость. Она сразу же перешла к делу: