Cвобода действий / Freedom of action
Шрифт:
— Да.
Я старалась делать вид, что меня не волнует то, что меня назначили на такую унизительную работу, но иногда это слишком хорошо проявлялось. Я то начинала ходить быстрым шагом по своей комнате, то заглядывать в окно, иногда даже задумывалась о том, чтобы поднять скандал, но быстро избавлялась от этой мысли.
Когда за мной зашла одна из девушек, которую тоже назначили на подготовку комнаты, я быстро кивнула ей, и мы вместе начали идти к покоям.
Зайдя в них, там уже находилась пара аг и Дженет калфа, которые следили за нашими действиями. Мы начали прибираться в покоях, переставлять предметы, если это требовала Дженет, и даже не заметили, как наступил вечер.
Аги ушли, сказав нам, что мы должны остаться, если султану потребуется что-то. Когда Дженет тоже собралась уходить, я быстро подбежала к ней:
— Прошу, можно мне тоже уйти?
Она удивлённо посмотрела на меня:
— А что, у тебя какие-то личные счёты с Повелителем? Ана, оставайся здесь. Ему будет на что посмотреть.
И после этих слов, Дженет ушла с таким видом, будто сказала что-то будничное и обыкновенное в своём роде.
Прошло около тридцати минут, как и без того роскошные покои, наполнил свет свечей, а на столе стояли потрясающие кушанья. Не было лишь самого именинника, для которого были сделаны все эти труды.
— Внимание! Султан Мурад Хан Хазрет Лери! — послышался голос стражника за большими дубовыми дверьми, которые в ту же секунду раскрылись.
Мурад, такой же, каким я его и запомнила, уверенной походкой прошёл в глубь комнаты, и расположился на большом диване с золотой вышивкой. Он не посмотрел на меня, не узнал меня, и у него ничего не дрогнуло вспомнив об Эдит. Дженет калфа была права. Мураду есть на что посмотреть помимо меня.
— Когда Они прибудут? — спросил султан у всей прислуги в комнате в целом.
— С минуты на минуту, — сразу же ответила какая-то молодая калфа, которую я прежде видела в гареме раза два.
Без всяких объявлений, действительно, ровно через минуту в покои вошли красиво одетые девушки, которых выбрал сегодня утром ага. Заиграла ласкающая уши мелодия, и девушки начали ритмично танцевать, покачивая бёдрами то вправо, то влево.
Я же не могла оторвать взгляда от Мурада, который голодными глазами смотрел на девушек и их тела. Как же он мог так легко забыть Эдит? Это просто в голове не укладывалось.
Когда танец закончился, то Мурад бросил ближайшей девушке фиолетовый платок, который та слишком быстро, как мне показалось, подобрала.
Молодая калфа всех жестом начала направлять прочь из покоев. И я уже было собралась уходить, как ко мне протянулась рука с пустым кубком.
— Наполни его, и принеси ещё вина, — даже не смотря на меня, приказал Мурад не участным голосом.
Я стояла над ним, и чуть ли уже не прожигала его взглядом, но он продолжал смотреть на наложницу с фиолетовым платком, которая до сих пор стояла перед ним на коленях. Видимо, им давали какие-то особые инструкции.
Я осторожно взяла пустой бокал, при этом не задев руки Мурада, и подошла к заранее подготовленному кувшину с вином, на случай, если первый кувшин опустеет. Вновь подойдя к Мураду, я протянула ему бокал, и поставила новый кувшин с вином на стол, рядом с нарезанными фруктами.
Я бросила последний взгляд на него, уверенная в том, что он не посмотрит на меня, буквально, на мгновение, но было уже поздно. Его зелёные глаза покрылись пеленой узнаваемости, а выражение лица изменилось ещё сильнее. Мурад сразу же перевёл взгляд на вино в своей руке, будто не хотел видеть меня.
— Уходи прочь.
Развернувшись, я прошла к выходу. Может для Эдит ещё и не всё потеряно?
====== Part 13. ======
Мне бы не помешало проще относиться к вещам, которые меня не касаются и никогда не будут касаться.
Почему Мурад так отреагировал на меня? Он помнит, что я дружила с Эдит, помнит, что мы жили в одной комнате вместе с ней? Что если Мурад жалеет о том, что он выслал Эдит из дворца? Что, если он лишь сделал то, что от него требовал долг и теперь не может простить себе этого?
Я смотрела на подол своего платья, который переливался в слабом свете факелов, что освещали мраморные коридоры, и не могла сложить элементарные вещи. Как Мурад мог говорить такие вещи Айше тогда в больничном крыле, а затем проводить ночь с наложницей без угрызения совести.
Я перевела взгляд дальше по коридору. Впереди, кучками шли калфы и аги, о чём-то непринуждённо болтая. Их точно не заботили такие вещи, как, например, что сейчас происходит у Айше и тем более у Эдит в старом дворце. Как минимум, они привыкли к такому раскладу, что султан не постоянен.
Ко мне из-за угла вышел незнакомый ага и тихо сказал:
— Вас ожидает Айше султан.
Молча кивнув, я проследовала следом за ним.
Когда мы вошли в её покои, то первое, что бросилось в глаза, так это разбросанные по всей комнате платья. Сама же Айше сидела на стуле с пышной обивкой.
— Гримель ага, можешь оставить нас, — сказала она сухим голосом, и медленно повернула голову в мою сторону, но не подняла взгляда.
Ага вышел, и аккуратно прикрыл за собой двери.
Я молчала, предполагая о чём может пойти речь.
— Ты ведь помогала украсить покои Мурада к празднику?
— Да, — ответила я.
— Было красиво? — спросила она, и я заметила, как она сжала край своего шёлкового халата.
— Да, — не сразу ответила я, чувствуя, как что-то изменилось в поведении Айше.
— Он ведь выбрал себе девушку на ночь? Верно? — ещё тише спросила султанша, и я с лёгким удивлением заметила в её голосе ни горечь, ни обиду, а лишь сплошную усталость в голосе.
— Да.
Айше подняла правую руку к своему лицу, и прикрыла ей свой рот.
— Я думала, что у нас будет всё как прежде… — совсем тихо, практически шёпотом, сказала сероглазая. — Думала, что эту ночь мы проведём вместе.
Я машинально бросила взгляд на разбросанные платья.
— Как зовут ту наложницу?
— Я не знаю, — поспешила ответить я, и увидела, как Айше поджав губы почти незаметно кивнула.
— Какого цвета у неё волосы?
— Это имеет значение?
— Имеет! — её руки сжались в кулаки.