Чтение онлайн

Что же, все просто, все ясно. Но почему-то так пусто внутри...

Комментарий к

решил не затягивать эту главу и немного сократил количество "воды"

========== Интерлюдия: подготовка.
– черновик ==========

Интерлюдия: подготовка.

Николас устало потер переносицу. Быть президентом межзвездного государственного образования это не то, что можно назвать простой работой. Постоянная игра на грани, лавирования между внутренними политическими силами, внешняя политика - все это лишь малая толика его обязательств. Успех может гарантировать светлое будущие всему человечеству, а поражение закончиться крахом. Разумеется, один человек не способен потянуть эту ношу и у Николаса был целый штат советников, министров и прочих людей, трудящихся на благо Конфедерации, но ответственность за принятие решений лежит на нем.

Но если он позволит себе хоть на миг пожаловаться на свою судьбу, это сделает его дегенератом, для которого забота о собственном виде не священный долг, а тяжкая ноша. Он пожертвовал многим ради своей должности, ради человечества и не имел права на жалость к себе, даже мимолетную.

Вот на что он имел право, так это на презрение к представителям тупиковой ветви развития человечества поскольку ничего иного они не заслуживают. И сейчас президент вновь в этом убедился.

– Господин президент?
– спросила появившаяся голограмма мисс Льюис.
– Вызывали?

– Да, Оливия, - произнес Николас и сделав короткую паузу спросил.
– Что, это, такое?

– Вы о чем?
– удивилась эта, прости Всевышний, секретарь.

– Как вы знаете, мисс Льюис, через шесть месяцев состоится празднование Дня Победы над демоническими полчищами. Я буду выступать с речью в Лондоне, в окружении высокопоставленных лиц, восхваляя силу нашего народа, его веру, отвагу и чистоту духа. Эту речь будут транслировать по всему Земному шару и во всех колониях. Специально для этого из бюджета была выделена немалая сумма для создания специальной сети квантовых коммуникаторов. Вы помните об этом?

– Конечно, - кивнула женщина.

– Тогда вы должны помнить, что речь должна заканчиваться открытием серебряного памятника высотою в десять метров. Для подбора архитектора, что должен будет проектировать памятник, был устроен жесткий отбор с самыми жестокими правилами конкурса. Вы помните?

– Эм... Да, - ответила женщина.

– Ну так вот. Я очень удивился, когда среди двух сотен проектов возможного памятника на сто сорок четвертом месте увидел вот эту вот... Хрень, - произнес президент, нажав на клавишу и рядом появилась иная голограмма.
– Должен признать, что в первые пару минут, я просто не мог поверить в то, что видят глаза мои, - поведал Николас большой секрет.
– Вторые пару минут я хотел лично расстрелять архитектора, предложившего такое. Потом, я хотел расстрелять людей ответственных за подбор кандидатов.

– Эм...

– Естественно, что я вызвал их к себе и узнал интересный факт, - продолжил президент.
– Точнее сказать, я узнал, что тот больной человек с синдромом Дауна, предложивший такое, попал в контрольную группу лишь из-за вашей личной просьбы, - на минуту Николас замолчал.
– Разумеется эти идиоты, пошедшие у вас на поводу, были с позором уволены.

На этих словах в глазах женщины вспыхнуло возмущение, а губы сжались в тонкую полоску.

– Господин президент! Это возмутительно! Джошуа Харви современный архитектор известный в...

– Мне совершенно безразлично в каких кругах знаменито это существо неопределенного пола и с такой же ориентацией, - спокойно ответил президент стальным голосом.
– Раз уж вы ручались за него, то будьте так добры пояснить, что это за хреновина?
– велел Николас показывая на голограмму, представляющую из себя следующие зрелище: на постаменте стояла Цитадель (та самая) задранная "носом" в верх. Вокруг нее стояли три безликих фигуры держащихся за руки, словно они грудью защищали ее от неизвестной угрозы.

– Этот памятник должен был символизировать достижения человечества!
– гордо произнесла Оливия.

– Это каким образом?
– спросил Николас, совершенно не удивившийся такому ответу. В общении с мисс Льюис он уже давно познал Дзен.

– Человечество преодолело все невзгоды, иномирное вторжение, объединилось в Конфедерацию и влилось в галактическое сообщество как равноправный партнер! Так представители совета, что будут на церемонии, определенно оценят этот культурный жест и стремление человечества к мирному и взаимовыгодному существованию!

Николас молчал, долго молчал, просто молчал и смотрел на генерального секретаря.

– М-м-м... Господин президент?
– спросила женщина, что вдруг почувствовала себя крайне неуютно.

Она не могла знать, что Николас, в данный момент времени, серьезно размышляет - стоит ли брать еще одно смертоубийство на душу или нет?

– Оливия...
– начал Николас спокойным, почти нежным, голосом.
– У вас отличный ум и талант к выполнению своих прямых обязательств. Но в плане культуры и работы с общественностью... Скажем так - это не ваше. Оставьте это специалистам в данном вопросе.

– Но...
– хотела ответить женщина, но Николас не дал ей вставить и слово.

– Поймите, людям Конфедерации плевать на представителей Совета. В этот день мы вспоминаем героев Великой Войны. Таких как Цербер, основатель одноименного ордена, Палача, мученицу Дюран и многих иных чьи подвиги неоспоримы. Именно они достойны быть изображены на памятнике, а не три непонятные фигуры без лиц и гендерной принадлежности. А само наличия Цитадели, о которой во время Судного Дня и последующих Войн Квейка знать никто не знал - оскорбление для светлой памяти святых.

Некоторое время Оливия молчала, обдумывая услышанное.

– Я поняла господин Президент. Прошу прощения, этого больше не повториться, - ответила женщина.

"Ну да, конечно. Скорее демон станет ангелом, чем нигер поймет, что такое достоинство, честь и память".

– Свободны, Оливия, - ответил президент.

Голограмма погасла, а Николас еще некоторое время смотрел в пустоту. Внешне он был совершенно спокоен, но в его сердце горела ненависть.

Ненависть к этой ошибке природы слезший с пальм и считающей себя человеком, ненависть к ее покровителям, вынудившим его мириться с этой идиоткой на столь высоком посту и ненависть к Цитадели за то, что та посмела появиться на проекте памятника...

"Что же... Еще четыре года до нового заседания и очередных перевыборов. За это время успею провести все необходимые приготовления и на третьем сроке так вам всем гайки затяну, что сами избавитесь от своей ставленницы. Причем со слезами дружбы и радости, кланяясь до Земли и задницу мне вылизывая..." - подумал Николас доставая сигары из столика.

– Ну вот же, нормальный вариант, - задумчиво проговорил Николас смотря на предложение под номером восемьдесят восемь.

Голограмма показывала солдата в закрытой броне у ног которого лежал поверженный демон. Нога солдата попирала морду врага, а в вытянутой руке боец держал вырванное сердце противника.