Чтение онлайн

Оно возникло в середине XVII в. до н. э. в результате слияния пришлых индоевропейцев (неарийцев) с местными племенами, находившимися до того времени под властью арийцев. Географически хетты занимали центральную часть Анатолии. Будучи соседями с Рутену и Митанни, они связывали с ариями реальную военную угрозу для себя, отчего и назвали своего бога войны Ярри. Этот пример наглядно показывает, что, с одной стороны, хетты испытали непосредственное влияние языка и культуры ариев (заимствование имени бога), а с другой – с некоторых пор захотели выступать независимой от ариев силой (изменили смысл образа бога Яра). Среди документов хеттской знати обнаружен трактат о тренинге лошадей, относимый к XIV в. до н. э. Он содержит индоарийские профессиональные термины и написан специалистом-арием. Познания в коневодстве и использование двухколесных боевых колесниц были тем преимуществом, которое предопределило военные успехи митаннийцев, да и ариев в целом.

Письменные документы, обнаруженные археологами, позволяют восстановить в общих чертах историю взаимоотношения хеттов и ариев. Первый («полулегендарный») царь хеттов Лабарна отвоевал у ариев часть средиземноморского побережья. В одной из хеттских табличек сказано, что он расширил пределы страны «от моря до моря» (обеспечил выходы к Черному и Средиземному морям). При этом хетты присоединили к себе ряд городов-царств в Северной Сирии и проникли в Палестину. Предел этой экспансии положили воины страны Митанни. Они выступили союзниками Рутену. Митаннийцы отвоевали у хеттов все спорные территории и в буквальном смысле поставили их на место. Позже, в битве при Мегиддо (1469 г. до н. э.), хетты воевали уже в союзе с ариями. Но и до того, и после они мечтали только о лидирующей роли в Передней Азии. Из-за этого хетты неоднократно вступали в конфликт с Митанни и рутенами Палестины.

Сразу же после битвы при Мегиддо египтяне поработили Палестину, Финикию и вторглись в Сирию (походы Тутмоса III). Жители этих земель частью попали под египетское иго, частью влились в число митаннийцев, а частью отступили в западные области полуострова Анатолия. Будучи «урезанными» территориально, митаннийцы, однако, еще долго, вплоть до образования Ассирии в XIV в. до н. э., оставались влиятельнейшей политической силой в этой части мира. Закат второй эпохи могущества ариев («скифов») в Азии символизировала Троянская война и походы «народов моря» на Египет.

Итак, нельзя не признать, что историческая концепция Трога, хотя и написана широкими мазками, заключает в себе значительный пласт исторической правды. Римский историк обозначает общим словом «скифы» все те племена, которые вышли с территории Восточной Европы, либо вошли в зону их политического влияния. Трог называл скифами ариев и их потомков. Он подчеркивает в своем рассказе, что основные силы скифов находились вне Азии: Плин и Сколопит были изгнаны из своего северного отечества. В этом их судьба схожа с братьями Скифа – Гелоном и Агафирсом, чьи потомки и основали скифскую общность на территории Малой Азии.

Обратимся теперь к третьей версии относительно происхождения скифов. Она, на наш взгляд, заслуживает наибольшего внимания, так как ее рассказывали сами скифы. По их словам, скифы произошли от первопредка Таргитая, сына Бога Небес, и Борисфены, дочери реки Днепр. У родителей было три сына: старший – Липоксай, средний – Арпоксай и младший – Колаксай. По преданию, которое записал Геродот, в их царствование упали с неба золотой плуг, ярмо, боевой топор и чаша – символы власти над земледельцами и воинами. Сыновья Таргитая захотели поднять эти предметы, но как только двое из старших братьев приблизились к ним, возгорелось пламя и заставило их отступить. Когда же вышел вперед самый младший брат, пламя улеглось. Тогда он взял эти символы власти и стал царствовать над скифами.

Скифы указали на свою связь с Поднепровьем. Это уже не Русский Север или Волга, как в греческих мифах, но по-прежнему пределы Великой Скифии, которая мыслилась античными авторами от Дуная до Уральских гор. Однако из каких краев родом Таргитай? В данном случае восстановление его родословной как раз и решает проблему прародины скифов.

Академик Б. А. Рыбаков предлагает видеть в прародителе скифов старца-богатыря Тарха Тарховича из наших древнейших сказаний. Он живет на Сиянской горе и враждует с Бабой-ягой, которая в этом сюжете выступает предводительницей южного, степного войска: воюет с пастухами быков верхом на коне во главе женского конного отряда. Эта точка зрения поддерживает автохтонную теорию происхождения скифов, но у нее есть два слабых места. Во-первых, само имя Тарх Тархович говорит о том, что у нашего богатыря был отец Тарх, про которого древнерусский эпос ничего не доносит. Во-вторых, форму «Тарх» в имени старца нельзя признать русской по происхождению. Имя Тарх пришло к нам из Малой Азии, и соотносится оно с именем хеттского бога-быка (недаром Тарх Тархович правит пастухами быков). На наш манер богатыря следовало бы величать Тур Турович (то есть Бык, сын Быка).

Но академик Б. А. Рыбаков, безусловно, прав в том, что образы Таргитая и Тарха Тарховича связаны между собой. И если говорить об их общем мифологическом прототипе, то это морской кудесник Торкий, о котором шла речь во второй главе. Он, по всей видимости, и почитался древнерусскими сказителями за отца Тарха Тарховича. Отчество героя – вот и все, что сохранил древнерусский эпос о нем. С катастрофическим потопом исчезло Русское море, и люди, жившие на его берегах, перестали поклоняться морским богам. На первый план вышли солнечные божества, жившие на вершинах гор. Таким как раз и изображали Тарха Тарховича. Что же до его имени, то оно пришло из Азии вместе со скифами. Поэтому можно сказать, что Тарх Тархович – потомок Торкия, один из прародителей скифов, воюющий с племенами амазонок (приазовскими меотами).

Исследователи-иранисты, отстаивая азиатскую теорию происхождения скифов, предлагают сопоставлять Таргитая с иранским Траетаоной, мифическим родоначальником персидских царей, и индийским Траитаной, которые, согласно мифам, боролись с трехглавым драконом и освобождали женщин и стада быков. Но их имена не очень-то схожи с Таргитаем. А вот имена хеттского Тарху и армянского Тарку имеют с ним (с учетом оглушения «г») один корень. Прародиной Таргитая была Малая Азия: скифы – малоазийцы по происхождению, и странно, что еще никто до нас не написал об этом…

Скифы помнили, что исторический Таргитай жил за тысячу лет до вторжения в Скифию персидского царя Дария, то есть около 1513 г. до н. э. Историки относятся к этой информации без всякого интереса. Они раз и навсегда решили для себя, что скифы – ираноязычные племена. В середине II тыс. до н. э. иранцы еще не выделились из арийской общности, поэтому свидетельство скифов о древности своего происхождения расценивается учеными как похвальба. И совершенно напрасно.

Как уже говорилось, в XVI в. до н. э. началось постепенное «выдавливание» арийских племен из восточной Анатолии и северной Месопотамии (хеттами), из Палестины (египтянами), а также из Греции и с Крита (ахейцами). Местом их концентрации стала юго-западная и западная Анатолия, где образовалась коалиция стран Арсавы. На рубеже XV и XIV вв. до н. э. ею правил царь Тархунорадус. Он наголову разбил хеттов и был настолько могуществен, что сам фараон искал брака с его дочерью. Схожесть корней в именах Тархунорадуса и Таргитая очевидна. Компонент «радус» в имени первого из них относится к кругу арийско-славянской лексики и имеет значение «родитель», «радетель» или «раджа» – царь (по-санскритски). Тархунорадус (царь Тархун) жил всего веком позже 1513 г. до н. э. – «официальной» даты рождения скифского царства. Он был одним из представителей династии царей, создавшей государство Арсаву. Неизвестно, правда, был ли он старшим из рода Тархунов, но его политические успехи были наиболее значительными за все время существования Арсавы. Вполне вероятно поэтому, что, говоря о своем прародителе, скифы вспоминали именно Тархунорадуса.

Идея отождествить Тархунорадуса с Таргитаем становится еще более убедительной, если учесть, что имена правителей с основой «тарх» («тарг») в Анатолии чрезвычайно редки. Можно указать разве только царя Таргасналиса, известного по хеттским источникам и правившего во второй половине XIV в. до н. э. страной Капаллой, входившей в состав коалиции «стран Арсавы». В то же время в западной Анатолии обнаружена лувийская иероглифическая надпись, из которой вычитывается царское имя Таргасна-или. У хеттов царей с похожими именами вообще нет. Таким образом, уже сам ареал распространения таких царских имен локализует место скифской прародины.

Особого разговора заслуживают золотые предметы, упавшие с неба перед сынами Таргитая: плуг, ярмо, боевой топор и чаша. Каждый из них, как оказывается, имел свой священный смысл.

Начнем с плуга. Для исследователей, пытающихся изобразить скифов кочевым народом, упоминание о нем – все равно что нож в сердце. Плуг – это значит земледелие, оседлый образ ведения хозяйства, наличие поселений и, конечно же, городов. В связи с этим вспомним историю закладки Рима.

Когда Ромул и Рем решили основать новый город на берегах Тибра, то обратились за помощью к этрускам. В древние времена переселение с одного места на другое было рискованной процедурой: приходилось опасаться, что обожествленные предки разгневаются и обрушат свою кару на колонистов. Плутарх и Дионисий Галикарнасский сообщают, что Ромул пришел к этрускам из Тарквиний с вопросом: какие обряды ему следует совершить, чтобы его предки приняли новый дом?