Чтение онлайн

Сейчас тот решительный Мадока, наверное, прячется где-то среди воронов.

В какой-то момент из Рёунгу, за которым внимательно наблюдал Тэруя, вылетели вороны. Видимо, их собирали на подмогу Кин-мон. Хлопая крыльями, черные птичьи силуэты, соблюдая строй, исчезали вдали. Судя по такой большой стае, в Рёунгу осталось не больше одной десятой охранников.

Сердце забилось. Забурлила кровь.

«Не паникуй, не паникуй», – словно заклятие, повторял он про себя, ожидая, когда все черные тени скроются из виду.

Все, исчезли. Пора! Он коротко свистнул, и тут же из укрытия выскочили товарищи. Он глазами подал знак и, опершись на их плечи, стал карабкаться вверх по стене, когда вдруг встретился взглядом с проходившим внизу воином.

– Эй! – растерянно крикнул тот.

Тэруя расхохотался ему в лицо и спрыгнул вниз.

– Ты чего это?.. – начал было воин, но обезьяна уже перерезала ему горло спрятанным в рукаве мечом. Брызнула кровь, солдат мешком осел на землю.

Тело небрежно оттащили под деревья и направились к главным воротам, выходившим на большую дорогу. По дороге они несколько раз столкнулись со стражами, однако тех было мало, и справиться с напуганными воинами оказалось проще простого.

Они без единого звука добрались до цели и тем же способом прикончили охрану у ворот. Открыв изнутри оставшиеся без присмотра створки, они распахнули их настежь. Вороны, гуляющие по проспекту, пока так и не поняли, что происходит. Смешавшись с ними, обезьяны изо всех сил бросились по дороге в другую сторону. Там, в конце дороги от Рёунгу, строилось заграждение. Просветы между крупными камнями засыпаны мелкими, но вал получался непрочный, да и вырос пока ненамного.

Очевидно, воинов, которые обычно следили за улицей, тоже отправили на подмогу, равно как и рабочих.

Взобравшись на недоделанную стену, одна из обезьян повернулась к лесу и замахала руками. Тут же сюда легко взлетели тени: по дороге ее беззвучно догнали товарищи в человеческом облике.

Вороны на проспекте поначалу разинув рот глазели на выбегающих из безлюдного леса «ятагарасу», однако наконец почуяли неладное. Кто-то нахмурился, кто-то испуганно удрал в храм – этих обезьяны спокойно отпустили. Но кое-кто покраснел от злости и рванул к захватчикам, недоумевая, откуда они взялись.

– Вы кто такие? А ну, стой! Не сметь сюда ходить! – Один из ятагарасу ухватил кого-то из обезьян за рукав, и тот бросил взгляд на Тэрую.

«Эх, ладно. Давай», – махнул он рукой, и товарищ, которого остановил ворон, пронзил тому грудь каменным лезвием.

На проспекте раздались вопли. Словно по сигналу, его товарищи, разрывая свои черные одежды, стали оборачиваться обезьянами. Маленькие слабые тела наливались мускулами и увеличивались до огромных размеров, черные одежды разлетались в клочья. На мерзкой голой коже с шорохом отрастала великолепная шерсть. Лица краснели, покрывались морщинами, во рту вырастали клыки, глаза засверкали желтым. Только сейчас застывшие было в изумлении вороны в страхе заметались. Повсюду послышались крики.

Безжалостно расшвыривая воронов на своем пути, нападающие прорывались к главным воротам. Заслышав шум, сбежались воины, но к этому времени обезьяны уже наступали на Рёунгу. Вернув себе истинный облик, чудовища – около пятидесяти мощных бойцов разного возраста и пола – ворвались во дворец. Даже самые слабые женщины и старики в рукопашном бою стоили нескольких воронов. Если до этого дойдет, им достаточно только ворваться в дома – и победа обеспечена.

Они двигались ровным потоком – словно вышедшая из берегов коричневая река. Одновременно с Тэруей выдвинулся отряд, который должен взять в плен воплощение Золотого Ворона. Тут же, согласно плану, внутрь проник третий отряд, вспомогательный.

Отовсюду доносились громкие вопли воронов. Пожалуй, теперь уже можно сказать, что самая главная работа – привлечь товарищей – закончена.

Заметив Тэрую, к нему подбежала группа, которая займется припасами. Нужно отвести их в кладовые. Только он развернулся, как раздался свист и щеку оцарапала стрела. Он поднял голову: оставшийся в живых ворон на сторожевой башне дрожащими руками направлял лук в его сторону. Вот болван! Бежал бы лучше!

Тэруя с легкостью увернулся от стрелы – со страху лучник даже прицелиться толком не смог – и взобрался на башню. Ворон в панике попытался обернуться и улететь, но обезьяна поймала его за лапу и, прыгнув вниз, ударила врага о землю.

Голова с забавным звуком раскололась от удара о камень, брызнула ярко-алая кровь. Ворон не успел обернуться полностью, поэтому клюв странно торчал в сторону, и тело выглядело смешно. Тэруя внезапно расхохотался – такой занятной показалась ему эта нелепая смерть. Так они легко возьмут все под контроль. Тэруя обменялся взглядом с товарищами.

Но тут раздался тяжелый, гулкий звук.

У хохотавшего рядом приятеля не оказалось головы. Что произошло?

Рядом тонко и протяжно зазвенело, и Тэруя поднял голову. С неба что-то падало. Камни. Сверху градом летели камни и стрелы.

– Тэруя! В дом! – Тому, кто окликнул его, в плечо вонзилась стрела, он застонал. А через секунду голову ему разбил еще один камень. Тэруя увидел, как от удара вылетели из орбит глаза.

Рядом, встав на четвереньки, пыталась убежать другая обезьяна, но прямое попадание камня переломило ей спину.

Раздумывать времени не было. Он влетел под сосны рядом и сквозь ветви растерянно посмотрел вверх. С неба, которое только что было закрыто лишь тучами, обрушивались ятагарасу в полном вооружении. Один отряд ровным строем молниеносно падал и бросал камни, другой сидел на спинах птиц и обстреливал обезьян.

Тэруя встретился взглядом с одним из них – и тут же в сосну совсем рядом с его лицом вонзилась стрела.

«Проклятье! Они ведь должны были улететь на подмогу к Кин-мон. Когда они успели вернуться?!»

Отовсюду раздавались крики. Правда, теперь вопили его товарищи.

– Вы что, не видите?!

Он вздрогнул от окрика и повернулся на голос: это вышел из храма один из захватчиков. Он тащил худого бледного мужчину – наверняка воплощение Золотого Ворона. Ну, раз удалось схватить заложника, бояться нечего.

Однако не успел Тэруя перевести дух, как раздалось неприятное жужжание.

– А-а-а!

Одна из стрел, прилетевших сверху, беспощадно вонзилась в плечо правителя.

– Больно! Больно! – рыдал он. Из раны потекла кровь.

Растерявшаяся обезьяна смотрела вверх. С неба с гудением полетели бесчисленные стрелы. Правитель с рыданиями умолял пощадить его, а вороны, похоже, в своем стремлении перебить обезьян, были готовы вместе с ними пристрелить и собственного старейшину.

– Да вы в своем уме? – орал Тэруя, но наверху его, конечно, услышать не могли.